- Какой ее труп? - Вытаращился служитель "Животного мира".
- Свежий.
- Кы-кы-как? - Аж начал заикаться мужик. - Кого убили-то?!
- Никого не убили, а жаль. - С сожалением ответила Ниночка.
Представители закона в зоопарке удалились, оставив меня и подругу в гордом одиночестве. Напоследок они пробормотали что-то вроде "наглые девки. Вот с Нинкой так всегда. Грубит она, а все шишки делим поровну.
Подруга вздохнула, потрепала меня по волосам, что с ее стороны это было едва ли не высшим проявлением дружбы и верности, и минут пять мы слышали только утробный шум какого-то странного животного, а также большое количество детских писков и визгов. В это время моей слабой во всех смыслах голове значительно полегчало.
- Кать, - грустным голосом спросила подруга, первой нарушая тишину, - как ты думаешь… - Она на мгновение замолчала и забарабанила своими длинными ногтям по лавочке.
Я заинтересовано взглянула на подругу. Неужели волнуется, что там с ее Келлочкой будет? Надо же… неужели он начинает нравиться Нинке? Единственные мужчины, о которых она так забоится и даже страдает - любимые реслеры, когда им прилетает по голове очередным странным предметом, неизвестно как попавшем на ринг во время очередного поединка.
- Кать, а если… - Она опять замолчала и сцепила пальцы в замочек.
- Что? - С любопытством спросила я. Мне, конечно, самой безумно жаль Келлу, но кажется, что с ним все будет в порядке. Надо Нинку утешить, что ли?
Но утешать никого не пришлось, потому что лучшая подруга выдала:
- А что если в среду это дебил к жабе не сможет приехать? Что делать-то тогда? Как думаешь, может, нанять актера-двойника? Хотя, старая крыса имеет отличное зрение, да и память у нее прекрасная.
- Чего? Двойника? Ты вообще о чем думаешь? Келле по твоей милости по голове прилетело от твоего же Яги, а ты только о своей жабе волнуешься!
- А о чем мне волноваться? - Искренне поразилась блондинка, - не убили же они этого гада. А я очень хочу наследство.
- Можно подумать, ты бедная нищенка. - Возразила я.
- Из-за причуд папандра я не могу делать все, что хочу. Тебе не понять, ты и так с головой не дружишь. Чуть где кровь - все, пиши пропало. В обморок падаешь.
- Но я же не упала сегодня в обморок. Просто мне стало плохо, - смутилась я.
- Зато в девятом классе, когда у нас брали кровь, хлопнулась, и тебя на весь день от занятий отстранили, а меня нет, и тогда, между прочим, была годовая контрольная по химии. Я тебя уговаривала с нее смыться, чтобы не писать, а ты отказалась. И я из-за тебя пострадала. - Показала мне чудеса своей злобной памяти Нинка. Действительно, тогда, в школьном кабинете, мне стало так плохо, что медсестра едва ли не вызвала мне скорую, а потом и вовсе домой отправила.
- Девушки, - вдруг подбежал к нам парень в белом халате, - вы тут пострадавших не видели?
- Кого? - Подняла брови подруга и прошептала мне. - Полная психушка, не находишь?
- Да тут скорую вызывали, мы приехали, а никого нет, вот, бегаем по всему зоопарку, ищем. - Развел руками молодой человек в халате.
- Не ищите, - посоветовала я, сочувствуя парню. - Пострадавшие уже уехали самостоятельно.
- Вот же люди, - с чувством плюнул на землю санитар, - спасибо, девушки.
- Это все учительница виновата, - зачем-то сказала Нина. - Если увидите тут пожилую даму в зеленом костюме, около которой будут много туповатых детишек, знайте - это из-за нее вы сюда прибыли.
- Понятненько. Найду - погорю с ней. Ложны вызов - это вам не хухры-мухры.
И он убежал.
- Ну и денек, - задумчиво сказала я. - Я его долго не забуду.
- Я тоже, - выбросила пакетик чипсов куда-то под ноги Нина, не замечая мусорного бака. - Я тут такие планы на Кея строила, а из-за этих… Почему именно сегодня удача повернулась ко мне задницей, а? Что-то мне на Кеечку вообще не везет. Ну ничего, трудности мне только нравятся. Все равно моим будет.
И она стала описывать прелести того, как ей будет хорошо, как только она завоюет этого беловолосого красавца.
- Ладно, если тебе получше, может, перекусим? - Не понимая, что когда человека тошнит, он не может думать о еде, поинтересовалась Нинка.
- Давай, не будем пока про еду? - Скривилась я.
- Началось, блин. Хорошо, тогда пошли в слоновник, я так до него и не добралась, из-за рыла. Ох, ты такое сегодня чучело, аж рыдать охота.
- Нин, ты что, не переживаешь совсем? - Поднялась я вслед за подругой, чувствую себя почти что хорошо.
- Переживаю, естественно - такой день мне загубили. Видал, какой у меня с Кеечкой контакт установился. Кстати, как ты думаешь, а этому психу волосы отстригут?
- Келле? Не знаю.
- Обычно, если рана на горшке…
- Где-где?
- На голове. Если на ней ране, то волосы сбривают. Фу, Катя, я не буду с лысым встречаться! А вдруг он в лысом виде Эльзе не понравится? Вот же непруха! Ладно, пошли к слонам, я давно хотела их за уши подергать.
- Тебе сколько лет? - Только и смогла спросить я. Наверное, я погорячилась, и не нравится бедный Келла Нинке, ох, не нравится.
В результате мы с ней еще часа четыре проходили по "Животному миру", успев посмотреть всю его флору и фауну. Особенно надолго мы зависли около террариума, находящегося в небольшом здании под лаконичным названием "Змеиный дом". Там подруга долго сюсюкала со змейками через стекло и выразила желание купить себе какую-нибудь пресмыкающуюся милашку.
Вдоволь находившись, она все-таки оттащила меня в открытое кафе, где накупила кучу всего, долго заигрывала с совсем юными парнями, находившимися под впечатлением от ее длинных ног и от моего ужасного наряда. В нем, кстати сказать, я чувствовала себя уже вполне уютно и почти не комплектовала, когда меня повторно назвали цыганкой, правда косвенно. Просто поинтересовались, далеко ли расположился табор?
Гордо дав мальчишкам номер местного отделения Федеральная Службы Безопасности, выдавая его за свой собственный, Нинка, наконец, покинула территорию гостеприимного зоопарка, нашла такси и повезла себя и меня ко мне домой.
- У меня скучно, - заявила она мне свой выбор, - а у тебя всегда что-нибудь веселое происходит.
Увы, в этот день у меня ничего интересного не происходило. Родственнички еще не вернулись, потому что у кого-то там сломалась машина, поэтому мы с Нинкой ограничились громкой музыкой и пространными разговорами, пятьдесят процентов которых было посвящена тому, какой же "Кеечка милый и классный, так и хочется его всего зацеловать", процентов тридцать - ярому негодованию подруги на неандертальца Валерия, а еще двадцать тому, какое ей купить новое платье - красное или оранжевое, а то она, видите ли, не может выбрать цвет.
И только поздно вечером она позвонила Келле на телефон, чтобы убедиться, что он "жив-здоров, и что голову ему заштопали", лишив волос только на виске. Таким образом, неугомонный барабанщик стал обладателем новой прически - над одним ухом волосы были модно сбриты, а над другим свисали длинные синие пряди.
