по делу, а не разговаривают сплошным текстом, как вы.
— А за что тебе перепало? — немедленно заинтересовался Индра, прихлебывая кофе из кружки.
— А они фею смущают и дразнят, — тут же наябедничала Кира. — Илоне надоело, вот и вступилась за подругу.
— Я бы попросил! Не «они», а конкретно рыжий, — укоризненно заметил Даррен, садясь в кресло и перекладывая Мурку себе на колени. — Мы так, больше наблюдатели. А вот Гелиос да, смущает… Тем, чем в известной человеческой поговорке ежика лесного пугают.
Оба переглянулись и тут же паскудно загоготали, как малолетние хулиганы, которых ловила, но не догнала Полиция нравов. Привычное равновесие было восстановлено.
Когда до Индры дошло, что парни имеют в виду, он почувствовал, как снова краснеет, на этот раз не только от стыда за обоих, но еще и от злости.
В кухне мигнул свет. Присутствующие с опаской уставились на принца, у которого потемнели глаза.
— Гелиос, ты совсем уже с катушек съехал? — тихо и очень зловеще спросил он. — Или вы к девкам деревенским на каникулы приехали, которые безмерно рады богатым и щедрым господам соколам, и готовы ради этой щедрости на все? Или у нас в бункере открыли новый храм Утешений, а я и не в курсе? А может, ты на званом вечере в академии Золотого крыла, где подвыпившие чародейки охотно окажут свою благосклонность тому, кто повыше и посимпатичнее?
— Малой, ты чего? — оторопел Гелиос.
— Я тебе в отряде «малой», и то максимум на оставшийся год! — рявкнул Индра. — А здесь я тот, кого повелитель сделал ответственным за налаживание дипломатических отношений между Землей и Иномирьем. А ты, пока я валялся три недели в лихорадке, решил за Июлию взяться? Да уж, упущение с ее стороны, оказаться единственной незамужней девицей среди земных женщин, нам помогающих! Ты же от нее теперь не отцепишься, верно?
Гелиос сначала растерянно заморгал, а затем нахмурился.
— А теперь напомни мне, о великий и ужасный принц Индра, разве я когда-нибудь хоть одну девчонку тиранил или неволил? — также зловеще спросил он. — Или жаловались, что я силой действовал? А может, я подонок хуже Стратора, на которого и пожаловаться страшно?
— Нет, — неохотно признал Индра спустя несколько секунд. — Но, я надеюсь, ты понимаешь, что здешние девицы отличаются от тех, с которыми ты имел дело в Иномирье. И нельзя с ними общаться, как ты привык, если не хочешь опозорить нас перед союзниками.
— Уже понял, — хмыкнул Гелиос, махая рукой в сторону присутствующих и плюхаясь на стул, поближе к вазочке с конфетами. — Даю слово, что не обижу твою драгоценную феечку. Просто она изначально меня неправильно поняла, а теперь дуется.
— Вот не надо заливать, а? — Индра закатил глаза. — В некоторых вопросах ты выражаешься яснее некуда, даже я на ее месте понял бы тебя правильно!
На этот раз к хоровому ржанию присоединилась и валькирия. Рыжий сокол демонстративно надулся и шагнул к полке с чашками, но тут же замер, благоговейно пропуская к столу Витта с подносом, на котором еле уловимо покачивался огромный пышный бисквит.
«Интересно, по какому случаю праздник?» — подумал Индра. Но вслух спросил совсем другое — то, что больше волновало его в текущий момент.
— Где Алиса? И остальные?
— Девчонки в городе, Артур с Риком и Гиннаром в лаборатории с утра засели, сейчас им лучше не мешать, они опять какую-то дрянь испытывают. Алиса в школе, и тоже пробудет до обеда.
— Тогда я за ней, — Индра залпом допил кофе, сунул в рот хрустящее печенье и встал.
— В таком виде? — укоризненно взглянула на него Кира. — И с пустыми руками?
— А что не так с моим видом и руками? Вроде все на месте, ни одну по дороге не потерял.
— Ну, смотри, — валькирия пожала плечами. — Вам, мужикам, виднее. Но я бы к своей невесте на день рождения хоть с букетом пришла, тем более, после трехнедельного отсутствия…
— Что?! — Индра замер, открыв рот.
Конечно, у нее сегодня день рождения! А он, погруженный в свои проблемы, благополучно об этом забыл!
— Меня, значит, отчитал за неподобающее поведение, а сам про праздник своей избранницы и не вспомнил, — тут же ввернул шпильку дующийся Гелиос.
— Прекратите ссориться, — попросил Витт, осторожно разрезая пышный корж изогнутой кондитерской струной. — Хуже нет, когда над выпечкой спорят или ругаются! Лучше бы помогли с украшением, ему еще до вечера пропитываться.
Взрослые соколы охотно поднялись с мест. Индра же не пошевелился, растерянный и огорченный.
— Я никакого подарка ей не приготовил, — признался он. — Кроме книжки с живыми картинками, но это просто так, не на праздник…
— Если это легенды о происхождении Иномирья, то ты лет на десять опоздал, — фыркнул Даррен, доставая из холодильника миску с ягодами. — Она же не малышка, а девица, уже достигшая возраста первой зрелости.
— Девкам драгоценные камушки надо дарить, да подороже, они это дело очень любят, — блеснул опытом Гелиос. — Могу одолжить из своих запасов, я и бриллиантов с собой захватил, и изумрудов парочку…
— И что она с ними делать будет, в лоб себе воткнет? Это не Иномирье, а Земля, и девушки нынче пошли другие, я тебе не раз об этом говорила, — напомнила Кира. — Надеюсь, ты фее еще ничего из своих запасов не предлагал?
— Нет, но хотел, — признался рыжий сокол. — Думал, может, хоть так сговорчивее станет.
— Лучше у меня сначала спроси насчет подобных вещей, — валькирия снова подняла брови домиком. — Иначе, не ровен час, окажется у тебя твой драгоценный запас в… Тьфу, уже и я с вами скоро выражаться начну хлеще помойного гоблина! Индра, собирайся и поехали в торговый центр. У тебя деньги здешние есть?
— Навалом, — просиял парень, вскакивая.
— Вот и отлично, заодно тебя прибарахлим. Все-таки в нарочито армейском стиле не стоит ходить по городу, привлекая ненужное внимание. Старших молодцев мы уже переодели, теперь с тобой разберемся. И насчет подарка у меня идея есть. Только никому не показывай, сколько у тебя денег с собой, чтобы у окружающих не возникло вопроса, откуда они у подростка…
* * *
Итоговое собрание подошло к концу, восьмые классы гуськом выходили из актового зала. В коридоре стоял гул, школьники смеялись и возбужденно переговаривались, радуясь окончанию учебного года.
Алиса понуро брела сквозь толпу, опустив голову. Не веселило ничего, даже новые джинсы с вышивкой и голубая, по-девичьи нежная рубашка с рукавами-фонариками, открывавшая тоненькую шею и изящные ключицы. Мама вчера водила ее в парикмахерскую, где мастер обстриг кончики волос хитрым способом, позволяющим прядям красиво завиваться, и утром собственное отражение в зеркале привело девочку в
