шубой, не дорогим платьем или толстой мошной, а своим умением. Вот если этот настрой тебе и дальше удастся сохранить, то всё будет хорошо. Но какие-то поблажки мастерам должны быть, чем-то они должны отличаться от других. Не едой, не одеждой, а вот чем, понять не могу.
– Это я и хотел от тебя услышать. Меня немного беспокоит, что много людей разных племён и разной веры живёт вместе. Не получилось бы споров между ними.
– Вполне возможно, что такое произойдёт. И порой подобное готово случиться, но есть что-то, а вот что, не пойму, сдерживающее людей. Здесь только ты сможешь принять меры, причём надо их принимать достаточно быстро. Какое-то непонятное сомнение начало ходить среди людей. Может, нужна новая вера, может, чудо какое, не знаю. И помочь здесь я тебе не могу. Я просто не понимаю, чем вызвано такое беспокойство.
– Хорошо, Вышеслав. Ты подтвердил мои сомнения и опасения. Буду думать, и быстро думать. А пока спасибо тебе. Просто спасибо. Тогда разбежались, дел полно.
И мы разбежались. Правда, далеко убежать я не смог. Ноги сами привели меня на излюбленное место на берегу, и буквально забросив все дела, отдался размышлениям об услышанном от Вышеслава. Моя задумчивость была настолько глубокой, что только в последний момент услышал приближающиеся шаги. Это была Галка, видимо, заметила мои страдания и не могла оставить меня наедине с ними.
– Присаживайся, Галина свет Александровна, посидим, помолчим.
– Укатали сивку крутые сявки, так, что ли, Витёк?
– Вспотеете укатывать, я ещё сам покатаюсь на этих сявках.
– Вот таким ты мне больше нравишься. О чем тогда задумался?
– Что-то происходит с людьми, а что, понять не могу. Витает в воздухе какое-то беспокойство, надо что-то делать, а вот что, не знаю.
– А ты просто поговори с людьми. Не за столом, не на собрании, а просто так собери всех и поговори. Расскажи, о чем думаешь, что хочешь сделать, какие планы на будущее строишь. Глядишь, всё и успокоится. Я тоже об этом думала, и мне показалось, что это будет самым лучшим вариантом. Просто у нас образовался какой-то информационный вакуум, всех всё устраивает: порядки, еда, отношения, а вот цели у людей нет. Они не знают, что их ждёт и для чего всё это делается.
Если раньше был поп или какой-нибудь священник, жрец, мулла, да неважно кто, и он говорил о служении богу, пророку, какому высшему разуму, то сейчас нет никого и ничего впереди, и люди начинают сомневаться, туда ли они идут, не сбились ли с дороги. Пока только появляется сомнение, но оно вырастет очень быстро до неимоверных размеров. Вот ты и должен стать для людей этим пророком, шаманом, лидером или вожаком, который скажет: «Верным путем идёте, товарищи».
– В точку, Галка. Именно так и надо поступить. Всё мне понятно, пошёл дальше кататься.
Первым делом я зашёл к Могуте. Он стоял у стола и задумчиво массировал свой затылок. Ни слова не говоря, я подошёл к нему, обнял и после этого ткнул кулаком в бок.
– С Вышеславом говорил. Он сказал, что ты остаёшься в городе. Совсем одичал в своей кузне, мог бы хоть словечко сказать.
– Мог бы и сам спросить.
– Ладно, не ворчи. Что задумался? Лампа у тебя получилась, такой она и должна быть. Все сам сделал, молодец. Теперь только делай и делай. Да, надо сделать с круглым стеклом, – я переворошил стопку эскизов и нашёл нужный, – такая лампа называется летучая мышь. Но сначала начни делать печку, что я тебе рисовал. Конвекционная называется. Она будет нужна для того, чтобы греть помещение и сушить бертолетку горячим воздухом.
Огня там быть не должно. Мы к ней приделаем глиняные трубы, топить её будем в другом помещении, а горячий воздух будет поступать на сушку.
– А какой металл на это пустить?
– Ну, мастер, тут тебе виднее. А почему спрашиваешь?
– Да есть у нас много свиного металла, никуда нельзя использовать, и не представляю, что с ним делать.
– Так это же хорошо, Могута! Этот металл, он называется чугун, и пойдет на литьё корпусов гранат. Конечно, можно его и в сталь превратить, если интересует, расскажу чуть позже. Но по-моему, его надо пустить на литьё корпусов. Кого на это дело поставишь? Молчуна?
– Нет, новенького, Гойко зовут, он у нас руду плавит, вот пусть и занимается этим делом, а я присматривать буду.
– Надеюсь, без присмотра его не оставляй, дело очень ответственное. Трудности должны быть, так что вместе будем разбираться. Сделаю макет гранаты, приду форму готовить. Так что ждите. Да, совсем забыл, сделай сверла для Тумны, как делать – ты знаешь, они нужны, чтобы отверстия сверлить в ручках.
Оставшееся время прошло в постоянном курсировании между мастерами, каждому надо было разъяснить, что надо делать, и для чего служит каждая деталь. Но худо-бедно дело стронулось с места, теперь оставалось запустить на полную мощность производство бертолетки, и можно ждать больших неприятностей, кто-нибудь всё равно что-то сделает не так.
Галка-психолог
В общем, забегали все. Прежней размерности и порядка как не бывало. Всех взбудоражили рассказы очевидцев испытаний гранат, и все понимали, что с таким оружием жить нам будет гораздо спокойней. Так что многие творческие планы пришлось подкорректировать, и поставить в качестве первоочередных задач проблемы ВПК.
Встряска оказалась полезной и в другом плане – появилась реальная цель, как была в прошлом году, когда ждали врагов. Это ещё не забылось, поэтому все метания и душевные переживания быстро забылись, и народ принялся с редким энтузиазмом заниматься подготовкой к войне. Хорошо бы не понадобилось.
Глава 6. Определение целей и постановка задач
А сейчас мне предстоял непростой разговор. После долгих раздумий о сказанном Вышеславом и Галкой, я понял, что мы прошли начальный период становления города, самые первоочередные задачи решены, есть дружеские нам поселения, мы способны прокормить себя и защититься от врагов. И для дальнейшего развития нам нужна цель. Или, если подойти к этому по-другому, нужна новая идеология – не выживания, а развития и созидания. А может быть, ещё какая-нибудь другая. Это уже зависит от того, поддержат меня или нет.
С утра отправил пацанов предупредить всех, чтобы после завтрака собрались на площадке у нашего первого дома. Это место как-то само превратилось в центр нашего города. Погода стояла просто прекрасная – ясная, солнечная с лёгким морозцем. Народ собирался неторопливо, обстоятельно, только пацаны, как всегда, старались успеть побывать в самых разных местах одновременно.
Когда все собрались, вышел на
