ТАРАНТОГА. И не подумаю! Дайте слово Новаку!
ГОСТЬ. Что-о? А-а… прочь! Отстань! Нет, я тебе сейчас…
Озирается сумасшедшими глазами. Видит большое зеркало на стене, подбегает к нему, и начинается ссора: то голосом Новака, то голосом Гипперкорна, яростно размахивая руками, жестикулируя, грозя себе, даже давая самому себе затрещины. Гость кричит.
ГОСТЬ. Гипперкорн, перестань, а то я тебя извайглую!
ГОСТЬ. Шать твоя, гнилой деревиной расписканная!
ГОСТЬ. Чтоб тебе струпель зеленной в пескоустье!!
ГОСТЬ. Катись вместе со своей Эльжбетой, ты, грязнонос нановатый!
ГОСТЬ. Погоди, вот вернемся, я как дам тебе матрикулом через гелайстер, так тебе родная штамповница не поможет!
ГОСТЬ. А тебя и бортолайза не спрячет, грызна ты мурчапная!
ГОСТЬ. Фрук тебе в рентак!
ГОСТЬ. Во-он! Прошу меня немедленно отключить!! Не останусь с этим хамом больше ни секунды!
ГОСТЬ. Да погоди, ведь нан выскочит…
ГОСТЬ. Пусть выскакивает, мне все равно!
ГОСТЬ. Профессор, прикажите арестовать этого нанофила!
ГОСТЬ. Замурковать его! Расклеймать! Перептолемизировать!
Слышен стук в дверь. Гость вдруг отступает в угол и затихает.
МЕЛАНЬЯ (входит). Профессор! Какая-то дама к вам.
Прежде чем профессор успевает ответить, входит могучая жена Гостя, за ней магистр Сянко.
СЯНКО. Извините, профессор, эта дама настойчиво утверждала, что у вас находится некий Новак… О! Он и вправду здесь!
ЖЕНА. Как ты себя чувствуешь, котик? Добрый вечер, профессор! Не сердитесь, пожалуйста, что я так ворвалась. Я только за мужем пришла…
ТАРАНТОГА. Это… ваш муж? Как его зовут?
ЖЕНА (с легким смешком, очень спокойно и по-деловому). Что значит — как? Новак. Казимир Новак. Мы живем на Саской Кемпе[2]… Он очень скандалил, скажите?
ТАРАНТОГА. Ну… нет…
ЖЕНА. Профессор, это вы из вежливости так говорите, но я по его глазам вижу… Он у меня так через каждые два месяца сбегает, вот представьте! Сначала я место ему устроила в кооперативе, но разве у него это в голове! Только бы сказки рассказывать. Другое дело, что это-то он умеет, ночь напролет можно слушать. Но не для меня, не для законной супруги, что вы! А какие истории знает! Он ведь в цирке сначала был чревовещателем, но выгнали его, потому что пил без просыпу. Нигде ему неохота работать. «Ладно, — говорю, — я уж тебя прокормлю, сиди только дома!» А он ушки на макушке, а через несколько дней уж смотрит, как бы улизнуть. И ходу! Ему больше нравится сумасшедшего корчить, вот подумайте, чем с женой жить, как полагается, в хорошей квартире! Интересно мне, какой он тут номер отколол? В прошлом году, как пошел в больницу, сказал, что он — король Мандрагорос из Питвы какой-то, что ли, у него сорок четыре планеты в подданстве. Вот вам! А как ему надоест, так ото всего откажется, выпишут его как здорового, он и вернется… Но в этот раз что-то уж очень долго его не было. Я бегала, расспрашивала… Ага! В Обленцин попал. Но уж и пакостей там наделал! Без милиции не обойдется. Ну, идем, Казик! Только ты мне тут представлений не устраивай, а то перед профессором стыдно будет. Давай домой! Интересно, кто он теперь? Князь Ксафириус со звезды Опал Шесть?
ТАРАНТОГА. Нет. Магуранин с Марса.
ЖЕНА. С Марса? Вон как — с Марса! Марсианин, значит? Ну, иди, марсианин ты мой, иди…
Новак покорно идет за ней. Тарантога смотрит на них.
ЖЕНА (с порога). Прошу прощенья, профессор, за все хлопоты, что он вам доставил, и за потерянное время…
ТАРАНТОГА. О, это ничего, ничего…
ЖЕНА. Спокойной ночи!
Выходят. Сянко смотрит на Тарантогу. Тарантога на Сянко.
СЯНКО. Вот так история! Он тут часа два просидел, пожалуй, воображаю, что он вам нарассказывал… Хи-хи! (Давится со смеху, сразу закрывает рот.) Извините…
ТАРАНТОГА. Значит, вы склоняетесь к мнению, что он не из будущего?
Сянко издает нечленораздельный звук, смотрит на Тарантогу, как на сумасшедшего.
ТАРАНТОГА (спокойно). А вы обратили внимание на ее ноги?
СЯНКО. Нет… А что?
ТАРАНТОГА. Ее туфли… Я сейчас вам объясню. Но сначала будьте любезны, выбегите побыстрей на улицу и посмотрите, что с ними случилось. Ну, идите же, раз я говорю!
Сянко крутнулся на месте, побежал. Профессор прохаживается у открытой балконной двери. Вскоре запыхавшийся Сянко возвращается.
СЯНКО (с порога). Нет их… Нигде… Я до угла пробежал… Наверно, ее такси ждало внизу…
ТАРАНТОГА. Не было никакого такси. Я поглядел в окно.
СЯНКО. Так как же? Улица видна в обе стороны, она пуста. Никого нет, скоро двенадцать… Вы думаете, они спрятались в саду? Зачем?
ТАРАНТОГА. И в саду они не спрятались. Ее послали, чтоб забрать его отсюда по возможности деликатно. Не верите? Попробуйте завтра через милицию поискать Казимира Новака с женой на Саской Кемпе. Вы все еще ничего не понимаете? Ее выдали туфли. Таких ни одна женщина не надела бы. Она была одета, как одеваются женщины сейчас. Это они могли высмотреть со своих хронобусов — с летающих тарелок… Но туфель с большого расстояния толком не рассмотришь. Это туфли — ну, примерно, начала девятнадцатого века…
СЯНКО. А это доказательство?
ТАРАНТОГА. Для меня — да. Я, конечно, не противился, делал вид, что принимаю все за чистую монету, а то они могли бы прибегнуть к более энергичным средствам. Они хотели забрать его отсюда без шума, так, чтоб ни следа не осталось… Даже мысли в чьей-либо голове… Что касается вас, это им удалось. Они исчезли, говорите? Наверно, тротуар под ними расступился! Ну, уже поздно. Ничего не поделаешь, надо спать ложиться, завтра опять рабочий день. Доброй ночи, дорогой магистр Сянко! Спокойных снов…
Приемные часы профессора Тарантоги
Действующие лица
ПРОФЕССОР ТАРАНТОГА.
МАГИСТР СЯНКО.
ИЗОБРЕТАТЕЛЬ ПЕРПЕТУУМ-МОБИЛЕ.
ЗАКРЫВАТЕЛЬ ИЗОБРЕТЕНИЙ.
ИНЖЕНЕР ЗУМПФ.
ИЗОБРЕТАТЕЛЬ АНТЕРРОИДА.
ДВОЕ ПРЕДВОСХИТИТЕЛЕЙ.
Кабинет профессора Тарантоги. Профессор заводит музыкальную шкатулку, довольно фальшиво напевает мотив. Потом заводит другую. Стук в дверь.
ТАРАНТОГА. Магистр Сянко, вы? Заходите.
СЯНКО. Пора начинать, господин профессор. В приемной полно народу.
ТАРАНТОГА. Много посетителей, вы говорите?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
