оказывались там с нами, если только выпивка не лилась рекой, и мы все не напивались достаточно, чтобы провести дополнительный эксперимент. Самая странная ночь на данный момент была, когда Блейк позволил Сэйнту связать себя и использовал флоггер на своей заднице, пока я сосала его член. Зато было весело. Я была полностью за то, чтобы они пробовали что-то новое. Нэш очень часто отказывался позволять Сэйнту вытворять с ним такое дерьмо, но однажды он так напился, что согласился надеть кляп с шариком, если я тоже надену его. На следующее утро он трахал меня так жестко, что у меня возникло ощущение, что попытки сделать его покорным только сделали его более доминирующим, когда его снова выпустили на свободу. Так что я была полностью за то, чтобы уговорить Сэйнта и Киана связать его, просто чтобы посмотреть, каким взрывным он может стать позже.
Сэйнт выдвинул для меня стул, и я опустилась на него, в то время как Нэш занял место напротив, а Киан сел справа от него. Блейк и Сэйнт сели по обе стороны от меня, и я взволнованно схватила коробку с пиццей «Маргарита», подпрыгивая на стуле.
Я взяла кусочек с сыром, что аж потекли слюнки, но сначала я предложила его Сэйнту. Вместо этого он схватил меня за запястье, с силой повернув его к моим губам.
— Ты выглядишь как голодный зверь, Сирена. Я не буду есть, пока ты не съешь хотя бы два кусочка, — настаивал он, и я не собиралась жаловаться на это.
Я проглотила пиццу, и мы все погрузились в разговор о наших днях, пока я кормила Сэйнта, и вскоре он усадил меня к себе на колени.
Нэш очаровал нас всех большим количеством фактов, которые он узнал на занятиях, пока Блейк разыгрывал тачдаун, забитый им на тренировке, который, по словам его тренера, был лучшим, который он когда-либо видел. Немного поразмыслив, Сэйнт вкратце рассказал нам о своих занятиях классической музыкой, за которыми последовали его жалобы на людей с его курса политологии, которые постоянно лижут ему задницу, пытаясь обрести нового влиятельного друга для своей будущей карьеры. Усилия, которые явно были потрачено впустую.
Мой телефон зазвонил, и я достала его, улыбнувшись при виде имени Милы.
Мила:
Привет, девочка! Я дома, в Нью-Йорке, на пару недель. Мы с Дэнни подумали, что могли бы съездить в Коннектикут на несколько дней, чтобы повидаться с вами, ребята? xx
Я взволнованно взвизгнула, и Сэйнт удивленно нахмурился.
— Что такое? — спросил он, когда все взгляды обратились на меня.
— Это Мила. Она с Дэнни хочет навестить нас, — сказала я с усмешкой.
— Черт возьми, да! — Блейк крикнул.
— Полагаю, мы можем разместить их в отеле, — сказал Сэйнт, пожимая плечами, и я шлепнула его по руке.
— Они останутся здесь, Сэйнт Мемфис. Они наши друзья. Тебе лучше не забывать, что они спасли наши задницы, — сказала я, и он на секунду задумался, прежде чем кивнуть.
— Хорошо, делай все, что сделает тебя счастливой. — Он поцеловал меня в щеку, и тепло разлилось по мне, когда я ответила, сказав ей приезжать, как только она сможет.
Свет, льющийся через окно, начал приобретать темно-оранжевый оттенок, и я в тревоге вскочила со своего места.
— Солнце садится, — выдохнула я.
— Мы можем сделать это в другой раз, если будет слишком поздно? — Предложил Нэш.
— Нет, — твердо сказала я. — Я хочу сделать это сегодня. Я и так слишком долго откладывала, и сегодняшний день кажется… правильным. — Я глубоко вздохнула, мысленно готовясь к тому, что мне предстояло сделать. Я знала, что избегала этого. Но пришло время. И было несправедливо оставлять моего отца в той коробке на каминной полке только потому, что это было трудно для меня.
— Тогда мы сделаем это, принцесса. — Нэш поднялся со своего места, протягивая мне руку, и я взяла ее, позволяя ему вывести меня из комнаты, в то время как остальные последовали за ним. Мы все надели куртки и обувь, прежде чем я схватила коробку с прахом моего отца, и мы направились в гараж, загружаясь в машину Сэйнта. Я давным-давно сказала им всем, где я хотела бы это сделать. Мы с папой останавливались в Нью-Хейвене пару лет назад и вместе гуляли в парке Ист-Рок каждый обеденный перерыв, пока он работал. Это было наше любимое место, и оно было таким умиротворяющим, что я знала, что он хотел бы посетить его снова.
Сэйнт доставил нас туда меньше чем за пять минут, и мы все высыпались наружу, поспешив через ворота, после чего я побежала вперед, к одному из мостов, пересекавших реку. Я добралась до середины и посмотрела вниз, на воду, как раз в тот момент, когда солнечный свет разливался по небу огромными мазками пастельных тонов. Облака были такими неподвижными, что казались нарисованными на красочном холсте атмосферы. Это было живописно и до боли идеально.
Мои мальчики встали по обе стороны от меня, пока я держалась за коробку, боясь открыть ее и отпустить. Но я должна была. Я не могла удерживать его вечно.
— Он никогда не оставит тебя, — тихо сказал Нэш мне на ухо, когда слезы обожгли мои глаза.
— Я знаю, — прошептала я, когда мое сердце начало болеть. — Хотя это все равно тяжело.
— Когда я прощался с Майклом, а затем с мамой, я заставил себя произнести это вслух, чтобы лучше это осмыслить. Может, это помогло бы и тебе? — мягко спросил он, его рука скользнула вокруг меня, когда Блейк прижался ко мне с другой стороны.
Я шмыгнула носом, сдерживая слезы, зная, что они неизбежны, но Нэш был прав. Мне нужно было сказать это вслух. И я не хотела делать это, пока плакала.
Я провела пальцами по коробке, глядя на нее и прерывисто дыша.
— Я никогда не представляла свою жизнь без тебя, папа. Ты был единственным постоянным человеком, которого я знала. Моя опора, человек, который научил меня быть храброй и сильной и никогда не отступать от боя. Каким бы сильным ни был враг. — Нэш поцеловал меня в волосы, а в горле словно застряло лезвие бритвы. — Однажды ты сказал, что мужчина, которого ты хочешь, чтобы я выбрала своим, будет смотреть на меня так, будто готов убить ради меня. Я просто случайно выбрала четверых, которые в буквальном смысле этого хотели, и у них также был шанс это доказать. — Я весело вздохнула, когда мои ребята захихикали.
Я посмотрела на небо, в глубине души зная, что моего отца на самом
