а детям любить отца и матерь и повиноваться им, как мужу учить свою жену, а ей, «как Богу угодить и мужу своему уноровить», как держать слуг и смотреть за ними, как беречь от болезней, всяких скорбей, особенно от волшебства и т. д. Третья и самая обширная часть, «О домовном строении», посвящена подробным наставлениям по разным отраслям домашнего хозяйства; например: как хозяйка должна распределять рукодельные работы и смотреть за ними, как делать годовые запасы и покупать всякие товары, ходить за садом и огородом, устраивать пир, варить пиво и сытить мед, дозирать за хлебниками и поварами, что готовить в пост и мясоед, как держать житницы, закрома, сенники, погреба и ледники, как хранить в них запасы и пр. Эта хозяйственная часть Домостроя дает нам подробные сведения о домашнем быте наших предков, о внутреннем распорядке, о частях дома и всех его хозяйственных принадлежностях, платье, посуде, рухляди и всей так называемой движимости.
Священником Сильвестром или кем-либо еще до него разные части Домостроя были собраны и приведены в порядок. Самому Сильвестру, во всяком случае принадлежит заключительная (64-я) глава Домостроя. Она представляет послание, обращенное к его сыну Анфиму и жене сына Пелагее; здесь вкратце повторяются главные правила, извлеченные из полного Домостроя, с присоединением указаний на пример собственной жизни. Глава сия известна под именем «Малого Домостроя». Из этой главы видно, что сын Сильвестра Анфим служил царским приставом у таможенных дел.
Домострой вообще изображает быт зажиточного человека в чертах, так сказать, идеальных, т. е. как по понятиям того времени следовало домохозяину и домохозяйке жить и вести свою семью и челядинцев. Правила, собранные здесь, конечно, выработаны как самой жизнью, самой русской действительностью, так и церковными преданиями, усвоенными преимущественно из византийских писателей. Если осуществить все эти правила, то получаем следующую картину.
Перед нами просторные, теплые и светлые хоромы, окруженные обширным двором со всеми хозяйственными строениями и принадлежностями. Житницы, закрома, сушила, бочки, сундуки и короба, погреба, ледники и пр. полны всяких съестных запасов, каковы: солод, рожь, овес, пшеница, мука, горох, конопля, греча, толокно, сухари, хлебы, калачи, сыры, яйца, пиво, сыченое и простое, брага, разные квасы, хлебные и яблочные, кислые щи, вино, горячее и фрязское, меды всякие, уксус, отруби, дрожжи, хмель, мед, масло, соль, полтевое мясо, свежее и солонина, всякая рыба свежая и просольная, прутовая, вялая и ветреная, лук, чеснок, огурцы, капуста, репа, рыжики, икра, рассолы, морс, яблоки, груши, дыни, арбузы, сливы, лимоны, пастилы и пр. В клетях и подклетях хранятся всякое платье и збруя: епанчи, шапки («ке-бенки»), шляпы, рукавицы, полости войлочные и медвежьи, ковры, попоны, седла, саадаки и луки со стрелами, сабли и топорки, рогатины, пищали, узды, стремена («остроги»), плети, кнуты, вожжи, моржовые и ременные, шлеи, хомуты, дуги, оглобли, мехи дымчатые, сумы и мехи холстинные (т. е. мешки), шатры и пологи, лен и поскон, веревки и канаты («ужища»), мыло и зола, гвозди, цепи, замки, топоры заступы и всякий железный запас. А в амбаре помещаются: в одном — сани, дровни, телеги, колеса, возки, коптаны, колымаги, в другом — всякая «поваренная порядня»: корыта, жолобы, корцы, сита, решета, фляги и пр. На конюшнях стоят кони, в хлевах коровы, свиньи, гуси, утки, куры и пр. Главный помощник домовладыки или «государя» в хозяйственном деле его «ключник» или «дворецкий», который обязан за всем присмотреть: чтобы всякая вещь сохранялась бережно, чтобы лошадям давалось каждый день сена потребное количество, а под ноги подстилалась свежая или перетрясенная солома, чтобы на водопой лошадей водили бережно и «робята бы на них не гоняли», чтобы их попонами растирали и накрывали, чтобы конюхи и другие слуги с фонарем ходили вечером в конюшню и хлева бережно, чтобы всякому запасу ключник вел счет и что нужно держал бы под замком и выдавал бы все по счету, а за слугами смотрел бы, чтобы каждый делал свое дело, чтобы все было в свое время вычищено и подметено.
Внутри дома над слугами и служанками распоряжается хозяйка, сама в свою очередь во всем послушная своему мужу. Она встает ранее всех и распределяет всякое рукоделие, заказывает поварам кушанье и смотрит за тем, чтобы все было чисто и прибрано в горнице, в сенях, и на крыльце, и на лестнице, столовая посуда и скатерти, постели и платья; рубашки, убрусы и ширинки чтоб были вымыты и бережно укладены; а также мониста и всякие украшения хранились бы в сундуках, коробьях за замками, а ключи были бы у нее в малом ларце. Она смотрит за слугами, чтобы те держали себя смирно и чинно, чтобы блюда, ложки, ковши, братины, ведра, квашни, горшки, кувшины, корчаги — все это было тщательно вымыто, выскрещено, вытерто, высушено и положено на свое место, а не валялось бы по лавкам. Перед нижним крыльцом постлана солома или сено, а у сеней перед дверьми рогожка или войлок для отирания грязных ног. Во всяком сколько-нибудь важном деле хозяйка спрашивается мужа. Над всем в доме царит его хозяин. Он наблюдает прежде всего благочестие: у него в доме не только везде святые иконы, но есть особая образная, или крестная, комната, куда вся семья и домочадцы утром и вечером собираются на молитву; кроме того, муж не должен пропускать ни одной церковной службы, а жена ходит в церковь, когда нужно, по совету с мужем; также и в гости она ходит только с позволения мужа. Сей последний держит в страхе всю семью и домочадцев, для чего прибегает к частым побоям, наказывает за всякий проступок и особенно за ослушание. Домострой советует слуг и детей, «смотря по вине, наказывать и раны возлагать». Но в то же время порядочный домовладыка прилежно заботится о своих домочадцах и холопах: он их хорошо кормит, поит и одевает, учит страху Божию, вежеству и смирению, а также разным добрым промыслам; за службу награждает платьем, конем, а то и пашней или какой торговлей.
Лучшие люди того времени, по-видимому, сознавали не христианское начало рабства и еще при жизни своей отпускали на волю своих холопей. Так, Сильвестр в своем Малом Домострое идет далее Полного Домостроя и рассказывает, что «всех своих работных он освободил и наделил; выкупал и чужих рабов, чтобы дать им свободу, и все его домочадцы живут у него по своей воле, будучи свободными». Многих сирот и холопей обоего пола он вскормил в своем доме и научил, к чему кто способен: кого грамоте и книжному делу или иконному письму, кого серебряному мастерству или другому рукоделию,
