Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

Вдоль краёв кратера поднимались обломки и осколки камней. Вихрь пыли, дыма и разрушений скрывал их, но я знал, что они не остановятся. Оба шиноби — Хаширама и Мадара — продолжали сражаться, как силы природы, каждая атака разрушала всё вокруг.

Они слишком заигрываются, как и я в прошлом, летя по воздуху в сторону более обычной битвы, раздумывал. Я видел, что от их атак некоторые теряют концентрацию и умирают из-за ошибок, некоторые просто не в силах удержаться на ногах, когда происходит очередная стычка между двумя богами шиноби.

Если на Мадару влияют, как и на меня, его глаза, то Хаширама, кажется, просто не понимает, что делает. Чакра скользнула по каналам, и молния, появившаяся из моих рук, пронзила одно из корней Хаширамы. Тот, защищаясь, обратил внимание на меня, и я просто указал за себя и вокруг, тем самым давая понять главе клана Сенджу, что он тут всех угробит, если не перестанет играться и не возьмётся за Мадару всерьёз. Я увидел, как он кивнул, и дальше отпрыгнул в гущу событий. Пора и мне тоже вступить в битву, наблюдать за этими двумя интересно, но, если оставить всё как есть, потери будут колоссальными, что расстроит моих братьев.

Взмах руки, и Учиха, который почти пронзил Сенджу, распадается кусками мяса в пять слоёв, другой взмах, и группа Учих, что не успела закончить групповое ниндзюцу, умирает, лишаясь своих голов. Некоторые успевают замечать мою стремительную тень и пытаются меня задеть, но в гуще событий я как слон в посудной лавке. Слишком колоссальная была разница между силами всех вокруг и меня. Я использовал лишь Разрезы вместе с режимом чакры Доспеха Молний, который за годы использования стал настолько силён, что атаки мечами, которые успевали сделать мастера-мечники из клана Учих, просто скользили по броне, не в силах задеть меня.

Перехватив кунай со взрывной печатью, за секунды переоформил знаки, усилив эту дрянную подделку в десятки раз, и выкинул в ту же сторону, откуда она прилетела. Усиленный взрыв остался позади, а я и дальше продвигался, словно смерть. Головы, руки, ноги, защищённые броней или без, всё это не имело значения. Каждый из Учих, который поднял руку на Сенджу, умирал, пока я быстро продвигался в сторону чакры Тобирамы. Когда-то моё обещание защитить Учих, данное матери в этой жизни, я воспринимал как что-то плохое. Но сейчас, уже как несколько лет видя все ужасы войны между двумя мастодонтами в мире шиноби, понимал, что защитить этот проклятый клан можно, лишь убив сильнейших его представителей, чтобы последующие поколения росли без ненависти войны. Это было в их крови, и, видя ненависть на лице молодого парня, который успел лишь заметить мою руку, которая вырвала его кадык, я понимал, что эта ненависть будет и дальше передаваться сквозь поколения, если не решить всё это кардинально. Перебить взрослое поколение, чтобы спасти тех, кто ещё не вырос? Мы с Тобирамой много обсуждали, как изменить этот клан, и пришли лишь к этому жесточайшему решению. Хотя и мой младший рассудительный брат сомневался, он понимал резоны такого решения. Со смертью главы клана, его наследников и всех старейшин этот клан можно спасти. По крайней мере, я на это надеялся.

Синее Сусаноо, только более тёмного цвета, я заметил издалека: скелет без мышц защищался от водных техник Тобирамы и пытался задеть юркую цель в виде Сенджу, чья природная скорость и моя переданная техника Доспеха Молний помогала уворачиваться от медленных на фоне его скорости атак воина из чакры. Вот очередной размен ударов, и Тобирама смог сжатой волной из воды заставить трещать рёбра Сусаноо, на что Изуна отозвал их и вошёл в прямой ближний бой на мечах с Тобирамой. Это была ошибка, на которой просчитал своего врага Тобирама, и тут же использовал незамедлительно.

Обмен ударов проходил быстро и стремительно, удар и последующие стычки мечей раздавались ещё минут пять, и под конец как Изуна, так и Тобирама выдохлись. Всё же они не их старшие братья, хоть и талантливые. Но до своих богоподобных старших братьев те не тянули, и бой на протяжении двадцати минут истощил все их физические резервы.

Вот Изуна быстро, на грани своих пределов, приблизился к Тобираме, чтобы заставить того закрыть глаза на мгновение, пытаясь уберечься от гендзюцу, на что Изуна ударил того по лицу, опрокинув его к камню, и следом отправил огромный огненный шар, который должен был сжечь шиноби в доспехах, на что тот отправил водяного дракона, чтобы нивелировать такую атаку. Всё вокруг затопило дымом, и тут внезапно Тобирама выкинул кунаи, которые даже Учиху с одним томоэ не заденут, — что за идиотская атака, читались мысли на лице Изуны. Но он не знал, что это был тонкий расчёт на недооценку противника. Но тут внезапно тот не успел среагировать своими глазами на атаку Летящего Лезвия Бога Грома, и его пронзил меч Тобирамы. Прямо по жизненно важному органу. В очаг чакры. Такое могут вылечить лишь дедушка и Хаширама.

Мадара почувствовал, что чакра его брата начала потухать, и прибежал на помощь. Его стремительная скорость была высока, а страх чувствовался даже с моей позиции. Сильная любовь иногда может привести к тому, что сейчас произойдёт. Он не мог допустить, чтобы единственный его брат погиб в бою. Как и Хаширама, те оказались прямо перед моими глазами. Хаширама, выдыхая горячий воздух, поднял свой клинок, чтобы указать прямо в глаза Мадары. Убьёт ли он его сейчас? Когда балласт в виде младшего брата и слабость от стычки с Хаширамой не позволят драться в полную силу? Мадара держал Изуну и со странными эмоциями следил за своим оппонентом и своеобразным другом.

Мою скрытую фигуру под печатями никто и не видел, чтобы им ни казалось, но найти меня сейчас под десятками печатей фуин, которые скрывали мою фигуру, мог только Хаширама, сконцентрировавшись и впадая в режим отшельника. Я стоял на камне, который вздыбился из-под земли от атак, и ждал момента.

Момента, который, возможно, изменит всё.

— Хаширама. — Видя клинок, который направил его вечный соперник, Мадара не мог не устрашиться событием, которое сейчас произойдёт.

— Мадара, тебе не победить меня. — Это был не вопрос или утверждение, а факт. Но он так и не смог отказаться от их общей мечты. Клинок упал, вонзённый силой руки Хаширамы, и тот сказал: — Если два сильнейших клана, Учиха и Сенджу, объединятся, тогда война закончится.