Сейчас взлохмаченный гном, южанин и братья-эльфы напряженно глядели на расстилающуюся перед ними на равнинах панораму. На правом фланге кипел самый яростный бой, северяне целеустремленно расшатывали оборону легионеров, пытаясь подняться по склону утеса. Граничный Легион держался, но сил его солдат едва хватало на отражение бешеной атаки. Местность непосредственно под городскими воротами все еще скрывал густой дым от горящего масла и деревянных мостов, превратившихся в груды пылающих бревен. Вокруг дымового облака суетились растерянные северяне, тщетно пытаясь восстановить смешавшиеся боевые порядки и продолжить сорванное наступление. Слева, всадники Легиона вырвались из-под укрытия клубов черного дыма и столкнулись со вражескими силами.
На правом фланге располагался большой отряд кавалерии карликов, который по плану должен был противодействовать именно таким маневрам, какой произвели тирсианцы. Однако северяне не успели вовремя заметить начавшуюся на фланге атаку и были захвачены врасплох. Граничный Легион быстро рассеял плохо обученных верховой езде карликов, и началась решительная атака на открытый фланг армии Севера. Растянувшись цепью к северу, всадники полка опустили свои пики с крючьями, выстроились в три шеренги и устремились в центр войск ошеломленного врага. Точный удар солдат Актона пробил глубокую брешь в открытом фланге и едва не обратил в бегство крайние правые ряды армии Севера. Маленькая группа на вершине Внешней Стены напряженно следила за тем, как враг торопливо перестраивает свои войска чуть правее центра, готовясь отражать новую атаку; Гендель немедленно подал Балинору знак. В середине линии обороны был опущен второй мост, и во главе второго полка солдат Легиона, спускающихся на затянутые дымом равнины, появилась высокая фигура Мессалайна. Полк пехотинцев пропал в темном мареве, но у подножия временного моста остался охранять путь к отступлению небольшой отряд. Балинор сомкнул ряды обороны и поспешил присоединиться к друзьям на вершине громадной стены, чтобы наблюдать за последствиями этого удара.
Удар был выполнен безупречно. Как только изумленные воины правого фланга огромной армии Севера повернулись лицом к атакующим их всадникам Граничного Легиона, из клубов дыма по их центру ударила пехота под начальством Мессалайна. Тесно сомкнутой фалангой, ощетинившись копьями поверх стены сомкнутых щитов, ветераны Легиона ворвались в гущу ошеломленных и сбитых с толку врагов. Они погнали северян назад, как скот, убивая их дюжинами, и каждые несколько шагов перед ними падали на землю мертвые и искалеченные тела. Всадники Актона продолжали атаковать слева. Все правое крыло вражеской армии начало рушиться, и крики ужаса, доносящиеся оттуда, стали столь оглушительны, что даже яростный бой на левом фланге на миг прервался и изумленные северяне взглянули на запад, тщетно пытаясь понять, что там происходит. Глаза Мениона Лиха, стоящего на вершине Внешней Стены, потрясенно округлились.
— Это невероятно. Легион теснит их. Они разбиты!
— Еще нет, — мягко поправил его Гендель. — Сейчас только начинается настоящая битва.
Взгляд горца вернулся к полю сражения. Северяне по-прежнему отступали под натиском идущего вперед Легиона, но в их тылу, за рядами пятящихся воинов, начало что-то происходить. Никто и не надеялся так легко разбить армию Повелителя Колдунов; недостаток боевого опыта ей с лихвой возмещали чудовищные размеры. Из тыла отступающей пехоты уже выехал огромный отряд конных карликов, направляясь против всадников Легиона. Карлики немедленно обошли наступающую кавалерию Актона с севера; при поддержке нескольких рядов лучников и пращеметателей они ринулись в атаку. Из тыла вражеской армии выдвинулся полк громадных воинов, закованных в тяжелые латы, собрался в тесное каре и начал прокладывать себе путь сквозь ряды своей армии в сторону пехотинцев Легиона. Первое мгновение наблюдатели на вершине Внешней Стены смотрели на них озадаченно, затем — с изумлением: латники внезапно начали прорубаться мечами и пиками сквозь ряды своих же отступающих воинов. Подобного Менион еще никогда не видел.
— Скальные тролли! — горячо воскликнул Балинор. — Они растопчут Мессалайна и всех его людей. Командуй отступление, Янус.
Его новый командир поспешил поднять на ближайшем Флагштоке большое красное знамя. Менион Лих удивленно взглянул на умолкнувшего полководца. Битва казалась почти выигранной, а он вдруг внезапно объявил отступление. Он встретит взгляд Короля, и тот мрачно усмехнулся, прочтя в глазах горца немой вопрос.
— Скальные тролли учатся сражаться с младенчества — это вся их жизнь. В рукопашном бою они разобьют даже Граничный Легион. Они лучше тренированы и намного сильнее физически. Продолжая атаку, мы ничего не добьемся. Мы уже нанесли им ощутимый урон, а утесы пока остаются за нами. Если мы рассчитываем победить, нам придется отрубать от них по маленькому кусочку.
Менион понимающе кивнул. Коротко махнув им рукой, Балинор спустился со стены и вернулся к командованию войском. В этот момент его больше всего заботил путь к отступлению для двух сражающихся полков Легиона, для чего необходимо было успешно защищать временные мосты, единственный путь, каким солдаты могли вернуться в город. Горец смотрел ему вслед, пока его могучая фигура не исчезла из вида, затем вновь повернулся к стене. На равнинах внизу шло страшное побоище. От самого подножия утеса до задних рядов армии Севера землю устилали тела мертвых и искалеченных воинов. Подобной битвы еще не видел никто из стоящих на стенах Тирсиса, и они не могли оторвать взгляд от разворачивающегося внизу ужасного зрелища.
Пехотинцы Легиона под командованием Мессалайна начали организованно отступать под защиту городских стен, но громадные скальные тролли уже почти прорвались сквозь смешавшиеся ряды своей армии и готовились начать преследовать ненавистных тирсиан. В то время, как пехота беспрепятственно отступала, конный полк столкнулся с неожиданным сопротивлением опомнившихся всадников-карликов. Слева от наступающих троллей завязался жестокий бой. Актон, очевидно, не смог или не захотел бежать от этой яростной атаки, и его всадники попали под беспощадный перекрестный огонь двух шеренг карликов-лучников, атаковавших их с севера. С тыла к сражающимся всадникам подступил большой отряд карликов и троллей, вооруженных мечами, и люди Актона оказались окружены с трех сторон.
Гендель злобно что-то заворчал себе под нос. Мениону впервые за всю битву стало страшно. Даже Янус Сенпре начал нервно мерить стену шагами. В следующий же миг все их худшие опасения воплотились в реальность. Тролли-латники, свежие и готовые к утомительной погоне, неожиданно рванулись вперед с такой скоростью, что отступающие тирсиане, усталые и потрепанные, не успели добраться до утесов. Почти в стоне ярдов от спасительного моста им пришлось повернуться и принять бой. Клубы дыма от затухающего пламени черной стеной поднимались перед низкими валами, скрывая все происходящее на поле битвы от глаз Балинора, стоящего перед городскими воротами, но те, кто наблюдал с огромной городской стены, ясно видели, как разворачиваются страшные события.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
