Читаем без скачивания За Веру, Царя и Отечество - Валерий Шамбаров

А между тем вовсю шли приготовления к десанту. Опять огромное значение придавалось секретности. Чтобы не насторожить противника, ополченские дивизии сосредотачивались даже не в черноморских портах, а в далеком Мариуполе. Вроде как для перевозки на Юго-Западный фронт. Части 2-го Туркестанского начали демонстрировать атаки под Байбуртом. А Приморская группа 26.3 начала наступление у Ризе. Комбинированным ударом с суши и с моря, откуда вели огонь двенадцатидюймовки "Императрицы Марии", четыре эсминца и канонерки Батумского отряда, очередной рубеж вражеской обороны был прорван. А первый эшелон десанта, пластуны, погрузившись на транспорты в Новороссийске, появился вдруг у неприятельских берегов и начал высадку. 1-я бригада Гулыги — со "всеми удобствами", в Ризе, включившись в удар группы Ляхова, а 2-я Краснопевцева у Сюрмене — рядом с Трапезундом. Причем и тут пластуны отличились. Сочли, что боты с транспортов выгружать слишком долго, и ринулись вплавь. В апреле. И лошадей повели вплавь — хотя пластуны были пехотой, и лошади у них были не верховые, а обозные «старушки». Но утонула лишь одна, а казаки добрались до берега все. Всего в сжатые сроки было перевезено 10 тыс. пластунов, 300 лошадей и 12 орудий.

Командование противника, спохватившись, попыталось воспрепятствовать перевозкам. К Новороссийску был срочно отправлен крейсер «Бреслау», начавший обстреливать город. Но подошли броненосцы Черноморского флота, и он вынужден был убраться. У русских было хорошо налаженным и авиационное наблюдение. И германскую подводную лодку, тоже сунувшуюся было к Новороссийску, обнаружили с самолетов и сразу отогнали. А больше морское неприятельское командование не смогло предпринять ничего, поскольку Босфор блокировали русские субмарины. Собственно, ничего не сумело предпринять и сухопутное командование. Вся соль Трапезундской операции была в ее стремительности. Турецкие войска, сбитые с предшествующих рубежей, откатились на последнюю перед Трапезундом реку Кара-дере. Но закрепиться здесь им не дали, 15.4 при артиллерийской поддержке флота пластуны форсировали Кара-дере. Враг побежал. Попытался зацепиться на городских окраинах, но атаки не выдержал. 18.4 Трапезунд был взят. В качестве трофеев наступающим досталось 23 орудия — из них 8 береговых, 14 тяжелых шестидюймовок и 1 полевое. Штаб фронта докладывал в Ставку: "Победа эта была одержана при содействии Черноморского флота, искусные действия которого дали возможность блестяще осуществить огневую поддержку сухопутным войскам. Победе способствовала также дружная поддержка, оказанная войсками, действующими на прочих направлениях Малой Азии и своими подвигами облегчившими задачу Приморского отряда".

Однако сражение на этом не закончилось. Турецкое командование поняло, что проморгало, и из Стамбула поступил приказ 3-й армии во что бы то ни стало вернуть Трапезунд. Турки все еще занимали его окрестности, контролировали район между Трапезундом и Байбуртом. И, перебрасывая подкрепления с других участков, повели на захваченный город атаки с юга и запада. Закипели ожесточенные бои, переходящие в штыковые схватки. Но теперь порт был в руках русских. И сюда стали прибывать части 123-й и 127-й пехотных дивизий, на базе которых был восстановлен 5-й Кавказский корпус, который возглавил ген. Яблочкин. Натиск противника удалось отразить, и русские войска сами перешли в наступление. Оно проходило в тяжелейших условиях, в горах, покрытых сплошными зарослями кустарника и лесами, по прорезающим их ущельям, перегороженным неприятельскими позициями. Лишь постепенно, шаг за шагом, к 30.5 части 5-го Кавказского корпуса вышли на рубеж р. Самсун-Дараси в 25 км западнее Трапезунда и расширили свой участок до 20 км на юг. А 3-я пластунская бригада ген. Камянистого, наступая от Байбурта в составе 2-го Туркестанского корпуса, сумела войти в связь с 1-й бригадой Гулыги. Приморская группировка соединилась с главными силами армии. Трапезунд стал отличной тыловой и коммуникационной базой фронта. А для его защиты от новых ударов неприятеля Юденич распорядился начать строительство укрепрайона на отвоеванном вокруг Трапезунда плацдарме

Одновременно с битвой за Трапезунд развернулась широкомасштабная операция и на другом фланге Кавказского фронта. Британский корпус Таунсенда изнемогал в осаде, и союзников надо было выручать. Великий князь Николай Николаевич задумал нанести два удара — Азербайджанским отрядом Чернозубова на Мосул и корпусом Баратова на Багдад. В принципе, если бы поддержали англичане, направив в Ирак дополнительные силы, возможен был важный стратегический выигрыш. Деблокировать Таунсенда, соединиться с союзниками, разбить врага в Месопотамии и ударить на Диарбекир, в обход фланга 3-й турецкой армии. Однако переговоры на этот счет снова увязали в бесконечных оговорках, согласованиях, британцы ссылались на неготовность — в общем, "обжегшись на молоке, дули на воду".

Русским войскам тоже потребовалась основательная подготовка. Организовать тылы, перегруппироваться, дать отдых лошадям перед дальним рейдом. Чтобы предохранить солдат от солнечных ударов, заготовили специальные матерчатые козырьки на шнурках, крепящиеся к фуражке и прикрывающие лоб и затылок. Даже всех коней снабдили налобниками из белой ткани. И в конце марта наступление началось. Сбив противостоящие отряды противника, части Баратова взяли Керинд и Касри-Ширин, выходя к границам Ирака. А войска Чернозубова развернули продвижение двумя колоннами. Из Урмии выступил отряд ген. Левандовского из 3-й Забайкальской и 4-й пластунской бригад, а из Соудж-булага — отряд ген. Рыбальченко из двух полков 4-й казачьей дивизии, пограничного полка и 4-й армянской дружины.

Встревоженные турки сразу прекратили атаки Кут-эль-Амары, сняли оттуда свой 13-й корпус и бросили навстречу Баратову. Так что англичане получили отличную возможность вызволить Таунсенда и ударить на Багдад. Да и сами осажденные могли вырваться — против них остались лишь заслоны. Но ни главное британское командование, ни Таунсенд этим шансом не воспользовались. Его корпус был деморализован потерями, ослаблен болезнями, недоеданием, плохим климатом. И, по признанию немецких офицеров "окруженный лишь слабыми турецкими силами", 29.4 капитулировал после 148 дней осады. От корпуса к этому времени осталось 9 тыс. чел. Турецкая и германская пропаганда раструбили об этом как об очередной величайшей победе, заодно стараясь сгладить шок от катастроф Эрзерума и Трапезунда. Правда, автор победы фельдмаршал фон дер Гольц до нее не дожил. Тиф и дизентерия косили осаждавших так же, как осажденных, и он скончался за неделю до сдачи англичан.

Собственно, главный смысл русской операции исчез. Но она, уже начавшись, по инерции продолжалась. Части Левандовского и Рыбальченко в жестоком бою взяли г. Ревандуз. При этом погиб командир 4-й армянской дружины Кери. Создалась угроза г. Мосулу — русские были в 100 км от него. Но встретив сильное сопротивление, дальше продвигаться не стали и закрепились на достигнутых рубежах. А Баратов решил продолжить путь на Багдад — хотя бы в качестве рейда. Его войска, разгоняя отряды курдов, заняли пограничный город Ханэкин. Действия проходили в очень тяжелых условиях, по страшной жаре, при недостатке питьевой воды — ее привозили в бурдюках на верблюдах. Но дальше навстречу стали выдвигаться превосходящие силы турок. Вступать с ними в сражение Баратов не стал и приказал отходить назад к Керманшаху.

В этой операции снова отличился вахмистр Семен Буденный. От дивизии Шарпантье были высланы вперед разъезды, чтобы разведать г. Бекубэ, уже совсем рядом с Багдадом. Взвод драгун 18-го Северского полка под командованием Буденного вошел в этот городишко, противника не обнаружил, послал донесение командиру и отправился дальше. Но вдруг его нагнали посыльные и сообщили, что на обратной дороге нарвались на колонну турок. Взвод начал выбираться по вражеским тылам. Подойдя к Ханэкину, увидели караваны верблюдов — обозы всей вражеской группировки. Горстка драгун неожиданно атаковала их, наведя панику, в суматохе отбила два каравана, груженных мешками риса, сухофруктов и других продуктов. Взяли и пленных, от которых узнали, что вся местность занята большими силами неприятеля. Питаясь трофеями, поехали кружными проселками на Хирван. Потом внезапно с тыла атаковали турок, порубив и захватив в плен их заставу, и вышли к своим. Взвод был уже исключен из списков части как погибший — он путешествовал по территории противника 22 дня. Буденный за этот рейд был награжден Георгиевским крестом II степени.

55. ЮТЛАНДСКИЙ БОЙ И ТРЕНТИНО

Какое несчастье быть в союзе с такими негодяями, но что делать!

В западной и западнической литературе можно встретить порой сетования, что Антанта являлась союзом "социально и культурно разнородных организмов". Отчасти это так. Но лишь отчасти. Поскольку опять неясно, что понимать под словом «культура». Если брать техническую сторону, то подобное утверждение больше относится к Центральным Державам, там разница между Германией и Турцией была куда более разительной, и тем не менее их союз был весьма эффективным. А если брать нравственную сторону, то утверждение можно считать справедливым — но не в том плане, как обычно понимается авторами. Особенностью Антанты стало соединение в общем альянсе России, где в то время моральные и духовные ценности все еще сохраняли приоритет над материальными, и Запада, где понятия нравственных идеалов тоже существовали, и пожалуй, были более сильными, чем в наши дни, но уже занимали подчиненное положение по отношению к приоритетам прозаичной материальной выгоды.