на Идель. И тоже не знала, что сказать. Это хороший момент. Она его определенно запомнит, как жаль, что все напрасно.
Богиня протянула свою когтистую лапу к фигурке и осторожно взяла ее в руки, чтобы не сломать. Ведь это подарок ее сестренки. Она сама его сделала. И хоть это не было, чем-то вроде того же винчестера Патрици, он был ей намного более дорог любых других даров. Но… Она поставила статуэтку обратно на стол и под удивленный взгляд Идель, отодвинула фигурку обратно к ней.
— Не могу, я не хочу. чтобы все повторилось вновь.
Идель не знала, что сказать. Она ведь все сделала правильно? Девочки говорили, как сделать все правильно. Нужно просто говорить от сердца и она говорила, тогда, что не так?
— Почему? Фел, почему? Скажи мне.
— Ты человек, Иди. С присущими им чувствами. Понимаешь… Я могу тебя простить. Могу подпустить ближе. — Идель показалось, что голос Фелиции дрогнул, а сама богиня сейчас расплачется. — Да, что говорить, я уже готова тебя обнять и забыть про все на свете.
— Так, что тебе мешает?
— Ты! — Мир поджала губы и не отрывала взгляд от злосчастной статуэтки. — Придет время, Иди. И ты снова станешь богиней войны. Той кем ты была, до этого. Пламя снова будет застилать твои глаза и твой разум. Ты забудешь все, что говорила, а я нет. И что тогда будет? Ты заставишь меня вылизывать твои сапоги?
— Фел, я не..
— Или может оторвешь мне голову и насадишь на кол прямо на палубе этого корабля, а потом будешь насмехаться, мол “Смотрите как у вашей Фелиции выпучились глаза и вывалился язык”. А может…может просто будешь вытирать мной пол.
Идель не знала, что ответить… Хотя бы потому, что вероятность этого была совсем не призрачной.
— Я не хочу, чтобы ты снова разбила мне сердце, Иди. — Фелиция отодвинула статуэтку от себя еще дальше. — Было бы так просто тебя убить именно сейчас. Но я не могу… Я слабая… Ты победила, Идель. Еще тогда ты победила. Одного только прошу, когда ты вернешься…Просто убей. Не мучай. Я не хочу пережить это все вновь.
Комната погрузилась в тишину. Казалось еще немного и обе богини разревутся как маленькие девочки.
— Фелиция… прости.
— Хватит! — Мир стукнула обоими кулаками по столу. — Выметайся отсюда! И чтобы я тебя больше не видела.
Идель медленно встала из-за стола и направилась к выходу. Горько… На сердце было очень горько. Она и не знала, что оно может так болеть. Хотелось, просто разодрать руками себе грудь и вырвать его. Люди… Странные и непонятные, сейчас казались довольно простыми. Богиня почти дошла до двери, но все же остановилась.
Война развернулась и быстрым шагом вернулась за стол. А после, пододвинула фигурку на край стола, в сторону Фелиции, взяла ее ладони в свои и накрыла ими статуэтку.
— Может это и так. Может, я снова стану бесчувственной машиной для убийства, упивающейся кровью и страданиями. Но сейчас… Сейчас я человек. Сейчас я могу тебе сказать, что у меня на душе. Это будет честно, от всего сердца и искренне. Позволь мне сделать это сейчас, когда я могу это сделать именно так… — Идель на секунду замолчала и посмотрела в глаза Фелиции. — Прости меня, сестренка. Прости за все, что я натворила. И…прости за то, что еще натворю… — С этими словами Война в очередной раз поднялась из-за стола и теперь уже вышла из каюты Фелиции окончательно.
Война ушла, а Мир осталась. Сейчас большая кошка, подняла своими когтистыми пальцами маленькую статуэтку со стола и осторожно прижала к груди. Ее губы непроизвольно стали подрагивать, а глаза защипало так, как будто в них насыпали песка.
Прошла какая-то секунда и эта самая большая кошка, просто тихонько захныкала. Ничего особенного. Просто слезы. Такое бывает. Особенно у людей.
* * *
Мы так и продолжали сидеть с Кианой в обнимку. Оба потные, но вполне удовлетворенные друг другом. Погрузившись с головой в ощущения, мы совсем забыли о третьей косвенной участнице нашего действа.
Рита, стояла в той же позе, в которой мы оставили ее час назад. Правда, выглядела она весьма загадочно.
Раскрасневшееся лицо, тяжелое дыхание и покрытые дымкой глаза. Я вспомнил, про приказ о молчании и поспешил его отменить.
— Ра…Рада, что вы наконец-то закончили, капитан Джек. Теперь вы можете…меня освободить? — Несмотря на дозу сыворотки от Фелиции и на то, что ей пришлось наблюдать все это время. Валькирия все еще продолжала оставаться в сознании и даже собиралась просто уйти. Однако, у Сайрин были несколько иные планы.
Девушка усмехнулась и стала медленно подниматься с моего члена, наслаждаясь ощущениями как плоть ее цветка тянется вслед за уходящим из нее стержнем Джека.
— А ты крепкий орешек, Рита Розвайс. Но в том, что с тобой сделала, госпожа Фелиция, не хватает одной важной детальки. Давай, я тебе покажу какой. — Сайрин подошла почти вплотную к Рите. Сейчас лоно Гершера было переполнено семенем ее любимого.
Сайрин провела обеими ладонями вдоль живота, опустила их к своим нижним губкам и разведя их пальцами, несколько раз сжала мышцы.
— Оказывается…Это не так просто… Хах, никогда бы не подумала, что мне понадобиться эта часть тела. — Впрочем, уже через несколько секунд, из киски Сайрин стала капать белая жидкость прямо на пол перед лицом Риты. Но и на этом, девушка не остановилась, она провела ладонью по своему интимному месту, так. чтобы на нем осталось не только семя Джека, но и ее собственные соки. А после присела и приложила свою руку к лицу Риты.
— Дыши, моя красавица. Дыши… Давай же, вдохни этот чудесный аромат и ты все поймешь.
Горничная начала вертеть головой пытаясь сбросить ладонь со своего лица, но для Сайрин не составляло труда удерживать ее на месте. Еще минуту продолжалась их бессмысленная борьба и Рите в конце концов, все-таки пришлось втянуть воздух.
Запах самца тут же ворвался в ее легкие, стал разноситься по венам. Тело стало распаляться с новой силой.
— Вот так, хорошая девочка. Хоро-ошая. Дыши. Дыши, моя ненаглядная. — Сайрин, все еще удерживала ладонь у лица Риты, при этом второй рукой заботливо поглаживая ее по голове.
Несмотря на то, что Рита уже восстановила дыхание, она продолжала жадно втягивать воздух проходящий через ладонь Гершера. Сейчас ей казалось, что нет и не было прекрасней запаха, чем этот.
— Ну, вот. Кажется она готова. — С этими словами Риту все- таки спустили на землю. Девушка обессиленно рухнула на пол и чуть
