Кейна, послышавшийся с улицы, заставил меня отвлечься от высоких мыслей и вернуться с небес на грешную землю заниматься грязным делом – разбирать награбленное.
***
Артефактов больше не нашлось. Только всякий, хоть и без сомнения дорогой, но все-таки хлам, годный лишь на продажу или на украшение кабинета. Обставлять свою тканевую халупу я не собираюсь. Но ведь и продать это добро не так-то легко – я не могу на глазах у первого попавшегося торговца начать доставать из инвентаря шкафы и комоды. Так я выдам в себе Отблеска. А оно мне надо?
Поэтому после проверки каждого предмета мебели я тут же помещал его обратно в невидимый карман. Когда мы с Кейном закончили с этим, выглянул наружу и приказал Шону срочно подготовить крытый склад. Как он будет справляться с поставленной задачей, его проблемы.
Затем мы перешли к наиболее лакомым кусочкам – сундукам. Демонстрируя Кейну свое доверие, я, сгребая монеты в инвентарь, озвучивал ему количество.
- Итого миллион восемьсот пятьдесят восемь тысяч пятьсот сорок золотых, - произнес некромант, подсчитывав сумму в уме. Сверившись с числом внизу сетки инвентаря и вычтя из него те гроши, что были найдены раньше, я кивнул, поражаясь вычислительным способностям парня. - Знаешь, ты мог бы все бросить и сбежать, например, в Иширию. Доживать свои года и горя не знать, - немного прищурившись, он буквально пронзил меня подозрительным взглядом.
Задумавшись, я поймал себя на мысли, что слова Кейна продиктованы здравым смыслом. Я умыкнул казну целого города и могу купить практически все что угодно. Зачем мне и дальше каждый миг рисковать своей шкурой? Зачем мыкаться по лесам? Биться с монстрами и Последователями других Богов? Зачем искать Зуртарн и прочие непонятные вещицы? Что мне мешает бросить Старика и всю его Паству?
Очень много сложных вопросов. Однако кой-какие ответы у меня найдутся. Прежде всего, я неуверен, что Отблеск, предавший своего Бога и не нашедший нового, продолжит жить в мрачном мире. Ведь моя душа сейчас находится в чужом теле, она и эта оболочка способны возрождаться – что это, если не магия? А любое волшебство здесь творится по воле высших сил. Ведь пользуясь любой способностью мы, по сути, за свою ману покупаем ее у Покровителя. Думаю, с жизнями Отблеска все обстоит точно так же, только платится иная монета.
Если же я, к примеру, найду другого Бога, вряд ли он позволит мне просто наслаждаться богатой жизнью.
Да и вообще, как можно расслабиться в чужом умирающем мире? Не то чтобы я спешу вернуться домой, однако понять, где я, как сюда попал, и как отсюда выбраться – лишним уж точно не будет.
Третья причина - самая субъективная. Для кого-то она может показаться ничего незначащей, но для меня весьма серьезная – при всем коварстве местных жителей и их Покровителей, в этом мрачном мире, временами таком лживом, хватает тех, кто готов сражаться с тобой бок о бок не на жизнь, а насмерть. Осознание этого не дает стать последней эгоистичной сволочью, готовой предавать своих товарищей.
Уставившись в тканевый потолок своего жилища, я предельно четко сформировал мысль: «Вот видишь, не собираюсь я тебя предавать».
- Мирная жизнь не для меня, - наконец-то ответил Кейну, немного упрощая. - Есть вещи дороже денег. Хотя тебе ли этого не знать, - я хмыкнул. Ну а что? Парень даже руки не протянул к золоту. Жизнь Мары – вот его главное сокровище, и сохранить его помогут силы Тьмы, а не монеты. - Хотя офицерская доля тебе положена, - поразмыслив секунду, произнес я. - Подставь ладонь.
- Уверен? - серьезно спросил Кейн.
- Не ломайся.
Больше вопросов некромант не задавал. Отсыпав ему десять тысяч, я предложил Кейну прогуляться. Он не стал спорить, и через несколько минут мы оказались на улице.
- Шон! - во всю глотку крикнул я, привлекая внимание старосты. - У меня есть подарки для Паствы.
Любопытный народ быстро собрался вокруг меня. Я во всеуслышание объявил, что отныне у нас появилась общая казна, которая пока что будет находится в невидимом кармане Адепта Кейна. С этими словами я на глазах у всех отсыпал некроманту еще десять тысяч золотом. Сумма крестьян поразила до глубины души. Ну еще бы, мне никак не забыть, что все семейные накопления родителей Ильзы – самых обычных охотников, не достигали даже одиннадцати золотых.
- Отправишься на встречу со старостами соседних деревень, возьмете из казны немного денег и приобретете нужные припасы. Но не жадничайте, волков не перегружайте, и о телегах не думайте – помните, на обратном пути нужно запутать следы, - наставлял я старосту. - И народу много все-таки с собой не бери.
Закончив с раздачей заданий, я выгрузил мебель из инвентаря в только что собранный склад-навес, располагавшийся рядом с еще двумя подобными навесами, где хранились лагерные припасы. Хотел оставить себе кресло мэра, однако куда оно мне? Жалко, конечно, расставаться с добром, было бы эффектно достать его в чистом поле перед глазами удивленных зрителей… Вот только эффектность мне как раз и не нужна.
После создал три ведра «Зелья «Простого Спокойствия Тьмы». Получилось практически полторы тысячи порций. На всякий случай отлил десятую часть, доверху наполнив кувшин. Остальное оставил пастве – пора усиливать тренировки. Нечего больше прохлаждаться.
Еще раз переговорил с Кейном, перекусил и вернулся в шатер. Пора хоть немного отдохнуть…
Глава 8. Третья точка
Я проспал часов десять – едва улегся на потрепанную шкуру, застеленную тряпками, тут же вырубился. Через какое-то время подмерз и в полусне достал из инвентаря свое бессменное покрывало. Черт возьми, это ж надо было так вымотаться.
Когда проснулся, было темно, а снаружи доносился только ночной стрекот насекомых. Выйдя из палатки, прогулялся по притихшему лагерю, напугав нёсших караул часовых.
Уселся под открытым небом, перекусил и по привычке заглянул в статы:
Уровень 64:
Телосложение 280
Выносливость 163
Сила 192
Ловкость 280
Интеллект 220
Цифры неплохие. А если представить, во что они превратятся, когда я доберусь до торговца характеристиками, аж дух захватывает. Тайон продавал одно такое очко всего за сотню. С моими теперешними богатствами я и вовсе превращусь в непобедимого монстра.
«Стоп!» - поток бредовых фантазий прервал глас разума. Прислушался к нему и взгрустнул. Я не первый миллионер – тот же Элиот при желании мог бы использовать казну в личных целях. Уверен, он и
