двух Семей. Половину из Ар Олэ Сальвет помнила, ходили вместе когда-то давно. Вторую видела впервые, но даже не старалась никого запомнить. Куда больше ее волновало, что ей пытаются навязать другую харпи, а невысокую фигуру в плаще оставить без работы.
- Сальвет, прояви уважение, - в сотый, кажется, раз напоминала Тамила, когда их новоявленный трюкач выразилась в довольно грубой форме. – Перед тобой глава Боевой академии.
- Именно поэтому предпочту сказать прямо, - огрызнулась Сальвет. Они стояли в небольшой комнатке. Последние. Остальные трюкачи разобрали харпи, с которыми предстояло идти на Большую Охоту, и предпочли разойтись. – Я иду со своей харпи. Нет, свое лицо она не покажет. Она не принадлежит Боевой академии. Этого достаточно.
- Почему я должен верить тебе на слово? – чуть щурился единственный темный глаз на лице. Второй был закрыт, щека покрыта полосками шрамов. Что, впрочем, не портило главу академии. Короткие перышки каштановых волос, полуседая щетина. Далеко не солнцерожденный, но что-то во внешности Сальвет привлекало. – Достаточно лица.
- Достаточно моего слова.
- Без этой харпи ты ни на какую Охоту не пойдешь, - голос Теомуна не терпел возражений, и все же Сальвет возражала.
- Значит, никуда не пойду, - огрызнулась Сальвет, которую столь категоричная постановка вопроса раздражала неимоверно.
- О, как. И что, даже не побежишь плакаться своему господину? Просто развернешься и уйдешь? – скривились губы в пренебрежительной усмешке.
- А что, глава Боевой академии пляшет под дудку какой-то Семьи? – в таком же тоне отвечала Сальвет. Тут ощутила, как ее осторожно дергают за рукав накидки. – Чего тебе?
- Попробуй согласиться на вторую, - тихо зашептал голосок из-под капюшона, когда Сальвет наклонилась ниже.
- Хм? – Сальвет выпрямилась в недоумении. Прочистила горло, прежде чем обратиться к Теомуну. – А если я соглашусь с условиями? И полезу в колодец с двумя харпи, тебя устроит такой вариант?
- Сальвет, больше…
- Да-да, - нетерпеливо пробурчала Сальвет, перебивая Хранителя чистоты. – Больше уважения. Еще больше. Ой, переборщила. Тамила, если бы этому человеку было нужно мое уважение, он бы мне сказал об этом прямо. И вообще, я его уважаю. Дурака бы Шехона не выбрала, а уж она знает толк в идиотах!
- Сальвет, - со вздохом простонала Тамила.
Буря прошла мимо. Хранителя чистоты Ша Тарэ перебил уже сам Теомун.
- Одобряю, - прямой взгляд упирался в нахальную солнцерожденную девчонку. – Бери Зу Жи и можешь идти.
- Ух ты! – восхитилась Сальвет, которая уже не ожидала положительного результата их спора. Даже начала думать о том, на какие уступки придется идти, ведь на Большую Охоту кровь носом надо. – Спасибо! Зу Жи, идем! А то сейчас, чего доброго, убегут без нас.
- Двадцать процентов добычи в счет штрафа за нарушение правил Боевой академии, - обратился за ее спиной Теомун к Хранителю чистоты.
Тамила лишь вздохнула и согласно кивнула. Двадцать – это много, они еще должны Семье Ар Олэ процентов кучу. Останется совсем немного, но даже так оно того стоило.
- Ты не скажешь им? – тихонько пробормотала из-под капюшона Ра Зу. Зу Жи шагала рядом тихой мышкой, сцепив пальцы в замочек перед собой.
- М? – Сальвет обернулась через плечо, пожала плечами и фыркнула. – Вот еще. Во-первых, ты сама не уверена, что колодец будет Проклятым. Во-вторых, чего доброго, не пустят еще никуда. Не объяснять же им.
- Сальвет, - несмелый голосок Зу Жи звучал жалобно, так что Сальвет сжалилась и ободряюще прикоснулась к хрупкому плечику. Короткое салатовое платье харпи было без рукавов, пальцы ощутили бархатистую кожу.
- Все будет хорошо. Но ты можешь отказаться, если боишься.
- Не может, - эхом протянула харпи из-под капюшона. Подол скрывал даже босые ступни. Харпи почему-то не признавали обувь. – Академия сожрет с потрохами за любое неповиновение.
- Привет, Ра Зу, - все-таки приветствовала знакомую Зу Жи. – Сожрет, твоя правда.
- Прости, Зу Жи, нам очень надо в этот колодец, - Сальвет прошмыгнула в оживленную комнату, поймала настороженный и внимательный взгляд Акана, которому разрешили пойти на Большую Охоту в качестве воина. Как трюкача по-прежнему не пускали. – Я буду очень осторожна. Хотя нет, вру, - это произнесла Сальвет, когда прошла сквозь щель и оказалась в просторном и пока еще пустом каменном колодце. – Была бы осторожна, не лезла бы сюда в принципе. Но нам надо. Из-за вашей безвременно ушедшей кошмары знают куда красавицы.
Если бы у харпи глаза не были завязаны повязками, Сальвет обязательно бы поймала на себе взгляд Зу Жи. Серые тряпочки скрывали голубые огоньки в глазницах, а потому она просто догадалась. Однако, чудное дело, Зу Жи мигом перестала и дрожать, и волноваться. Видимо, Ведьма для харпи была действительно очень важна. Жаль, что о ней позабыли почти все мотыльки.
- Готова поспорить на добычу с Охоты, что наш трюкач что-то замышляет, - негромко поделилась соображениями сури из Ар Олэ. Сегодня им предстояло принять участие вместе с группой Ша Тарэ, что безмерно раздражало.
- Сайка, ты сегодня не с той ноги встала? – Эльтиф даже оглядываться не стал на чужое ворчание. Сури весь день хмурилась и сутки до того. Кажется, еще до прибытия в Ша Тарэ была не в духе.
- С какой бы ни встала, к делу отношения не имеет, - огрызнулась воительница. – Ты посмотри на нее.
- И? – не понял причину возмущений Эльтиф. Осмотрел девушку, ожидающую возле стенки. Ключ принадлежал Семье Ша Тарэ, она поднимется на видимую только трюкачам ступень последней.
- На плечи посмотри, - посоветовал проницательный Зуррай. Ясные золотистые глаза солнцерожденного давно изучали двух мотыльков, разместившихся на трюкаче. Одна до сих пор в плаще. – Интересно, кого она прячет с такой тщательностью?
- Может, Акан знает? – Эльтиф покрутил ярко-рыжей головой по сторонам. Заметил солнцерожденного с необычной внешностью возле Хранителя чистоты и с удивлением поднял брови. А вслух поинтересовался, ни к кому конкретно не обращаясь. – До конца Большой Охоты ведь нельзя покинуть колодец. Какого в нем забыла Хранитель?
- А то ты не знаешь, что за трюкач с нами, - хмыкнул Зуррай и потерял интерес к девчонке. Та получила разрешение от подошедших Акана и Тамилы и запрыгнула на ступень. Колодец мгновенно изменился. Следом изменились в лицах воины, принимающие участие в Большой Охоте. – Кошмары нам на
