Глава 51
Ричард прижал Кэлен к стене темного каменного коридора, дожидаясь, пока по перпендикулярному коридору не пройдет группа Защитников Паствы. Когда их шаги затихли, Кэлен, привстав на цыпочки, прошептала:
– Мне здесь не нравится. Мы сможем выбраться из этого Дворца живыми?
Ричард быстро поцеловал ее в нахмуренную бровь.
– Конечно, сможем! Обещаю! – Схватив ее за руку, он нырнул под низкую балку. – Пошли, хранилище тут.
Стены были в желтых потеках воды, просачивавшейся между верхними плитами.
В полу вода выбила круглые ямки цвета яичного желтка, и было слышно, как падают редкие капли. За двумя зажженными факелами проход расширялся и потолок поднимался, чтобы не перекрывать огромную дверь в хранилище.
Подходя к каменному монолиту шестифутовой толщины, Ричард почувствовал, что здесь что-то не так. Не только мрачный свет за дверью насторожил его волосы у него на голове встали дыбом, и он ощущал касание магии, будто легкая паутинка щекотала ему кожу на руках.
Он потер ладони, желая избавиться от этого ощущения.
– Ты ничего необычного не чувствуешь? Кэлен покачала головой.
– Что-то непонятное со светом.
Кэлен остановилась. Ричард тоже увидел распростертое на полу тело. Женщина лежала, свернувшись в клубок, будто спала. Но Ричард понял, что она не спит.
Женщина была неподвижна, как камень.
Подойдя ближе, они увидели справа, за стеной, мертвых Защитников Паствы.
Ричарда едва не стошнило. Каждый солдат был аккуратно рассечен надвое на уровне груди. По полу разлилось целое озеро крови.
С каждым шагом тревога Ричарда росла.
– Слушай, мне надо сначала взять кое-что, – сказал он Кэлен. – А ты стой и жди меня. Я скоро вернусь.
Кэлен ухватила его за рукав.
– Ты знаешь правило.
– Какое еще правило?
– Тебе не разрешается удаляться от меня больше, чем на десять шагов, иначе я разозлюсь.
Ричард посмотрел в ее зеленые глаза.
– Уж лучше ты будешь сердитой, чем мертвой.
Кэлен нахмурилась.
– Это ты сейчас так думаешь. Я слишком долго ждала тебя, чтобы так запросто тебя отпустить. И зачем вообще туда лезть? Можно и отсюда бросить факелы, поджечь Дворец или сделать еще что-нибудь в этом роде. Все эти бумажки должны гореть, как высохшая трава. Нам незачем туда заходить.
Ричард улыбнулся:
– Я тебе говорил когда-нибудь, как сильно тебя люблю?
Кэлен ущипнула его за руку.
– Рассказывай! Ради чего мы рискуем жизнью?
Ричард, притворно ойкнув, вздохнул.
– Там есть книга пророчеств, которой более трех тысяч лет. В ней упоминаюсь и я. Она мне в свое время очень помогла. Хотя бы ее мне хотелось бы сохранить. Может, она мне еще не раз поможет.
– А что там о тебе сказано?
– Там меня называют «Фуер грисса ост драука».
– И что это значит?
Ричард повернулся к хранилищу.
– «Несущий смерть».
Кэлен некоторое время молчала.
– Так как мы туда попадем?
Ричард оглядел погибших солдат.
– Уж точно не пойдем. – Он поднял руку до уровня груди. – Что-то разрезало их на этой высоте. Значит, прежде всего нельзя вставать в полный рост.
Примерно на высоте, которую он показал, в комнате висело что-то вроде пласта дыма толщиной с вафлю. Это что-то светилось, но почему оно светится и что это такое вообще, Ричард не знал.
На четвереньках они пробрались в хранилище и поползли под этим странным образованием. Чтобы не угодить в лужу крови, они старались держаться поближе к стене, пока не доползли до полок. Вблизи светящийся пласт оказался еще более странным. Он не был похож ни на дым, ни на туман. Он казался сделанным из чистого света. Ричард никогда ничего подобного не видел.
Скребущий звук заставил их замереть. Ричард оглянулся и увидел, что каменная дверь закрывается. Ясно было, что, как бы они ни торопились, им все равно не успеть выскочить прежде, чем она захлопнется.
Кэлен повернулась к нему:
– И теперь мы здесь заперты? Как же нам выбраться? Есть другой выход?
– Нет, но я могу открыть и этот, – ответил, Ричард. – Дверь связана со щитом. Если я приложу ладонь к металлической пластине в стене, плита поднимется.
Кэлен пристально посмотрела на него:
– Ты уверен?
– Вполне. Раньше это всегда срабатывало.
– Ричард, теперь, когда мы снова вместе, я очень хочу, чтобы мы оба выбрались отсюда живыми.
– Мы выберемся. Обязаны выбраться. Кое-кому нужна наша помощь.
– В Эйдиндриле?
Ричард кивнул, пытаясь найти слова, чтобы сказать ей то, что хотел. Слова, которые могли бы закрыть возникшую, как он считал, между ними пропасть.
– Кэлен, я сделал то, что сделал, не потому, что хотел чего-то для себя. Клянусь. Я хочу, чтобы ты это знала. Я понимаю, какую боль тебе причинил, но это был единственный выход. Я поступил так только потому, что действительно был уверен: другого способа спасти Срединные Земли от Имперского Ордена не существует. Я знаю, что задача Исповедниц – защищать народ, а не просто удерживать власть. Я верил, что ты поймешь, что я действую из тех же соображений, хотя, возможно, и не в соответствии с твоими желаниями. Я хотел защитить людей, а не править ими, и у меня разрывалось сердце из-за того, что я был вынужден сделать с тобой.
В хранилище надолго воцарилось молчание.
– Ричард, прочитав письмо в первый раз, я была просто уничтожена, наконец проговорила Кэлен. – Мне было оказано величайшее доверие, и я не хотела прославиться как Мать-Исповедница, потерявшая Срединные Земли. Но пока я сидела здесь с ошейником на шее, у меня было много времени на размышления. Сестры сегодня совершили благородный поступок. Они пожертвовали наследием трех тысячелетий ради высшей цели, ради того, чтобы помочь людям. Не скажу, что я была счастлива от твоего поступка, и тебе все же придется дать мне кое-какие объяснения, но я выслушаю тебя с любовью в сердце.
С любовью не только к тебе, но и ко всем жителям Срединных Земель, которые нуждаются в нас. За те недели, что мы добирались сюда, я поняла, что мы должны жить будущим, а не прошлым. И я хочу, чтобы это будущее было таким, где мы могли бы жить в мире и безопасности. Важнее этого нет ничего. Я знаю тебя и прекрасно понимаю, что ты не сделал бы этого из одного лишь желания власти.
Ричард погладил ее по щеке.
– Я горжусь тобой, Мать-Исповедница!
Она поцеловала его пальцы.
– Потом, когда нас перестанут пытаться убить и у нас появится немного свободного времени, я встану перед тобой, скрестив руки на груди, нахмурюсь и буду нетерпеливо притопывать ногой, как и положено Матери-Исповеднице, а ты будешь лебезить передо мной и заикаться, пытаясь объяснись смысл своего поступка, но сейчас – не могли бы мы просто побыстрее убраться из этого проклятущего Дворца?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
