Читаем без скачивания Мир-кольцо. Летающие колдуны. Реликт империи - Ларри Найвен

— Сам бы я назвал это фаллическим символом. Что скажешь, Богат Эй? Если это фаллические символы, то довольно стилизованные. Человекоподобные, но не человеческие — так можно сказать.

Пираты присоединились к кораблю. Они повисли в небе близ его серебристо парящего корпуса, готовые броситься на Манна, когда инфракрасные детекторы «Владыки кукол» обнаружат его.

Манн на полной скорости метнулся на запад, держась так низко, как только отваживался. Шпиль прикроет его на минуту или около того, а потом…

— Эти растения — не фазовые деревья, Богат Эй. Они выглядят, как какая-нибудь здешняя трава. Должно быть, ей требуется что-то в камне, из которого состоят эти сооружения. Хм. Горячих мест нет. Тебя все-таки нет там внизу. Ладно попробуем следующий.

В те секунды, когда он отваживался оглянуться, Манн видел позади себя «Владыку кукол», направляющегося ко второму шпилю, тому, который он только что покинул, с серой полоской во мху у основания. Четыре точки — люди — свободно двигались рядом с кораблем.

— Ку-ку, — сказал джинксианин. — И прощай, убийца.

Ядерные двигатели «Владыки кукол» заработали. Из него вырвалось бело-голубое копье пламени, ударив по склону колонны и по мху внизу. Манн повернулся вперед и сосредоточился в полете. Он не чувствовал ни восторга, ни жалости, одно только отвращение. Все-таки джинксианин оказался глупцом. Он не увидел на Мире Кита-Т никакой жизни кроме фазовых деревьев. У него было Лишь слово Манна, что ее нет. Неужто он не мог сделать напрашивавшихся выводов? Может быть, мох-мех обманул его. Он, конечно, выглядит просто как желтый мох, собравшийся вокруг шпилей, словно нуждался в каком-то химическом элементе камня.

Взгляд назад сказал ему, что пиратский корабль все еще извергает белое пламя на шпиль и на растительность внизу. От Манна сейчас бы уже осталась одна зола. Должно быть, джинксианин очень сильно желал его смерти. Ну…

Шпиль сдвинулся весь разом. Он осел на лавандовую равнину полусферой разноцветного огня, поглотившей соседние шпили и корабль джинксианина, а затем, начавшей расти и расширяться. Манн изменил склонение полета на вертикальное, чтобы уйти от почвы. Мгновением позже его накрыла ударная волна и он закувыркался в воздухе.

Две белые дымные нити поднялись вертикально вверх из тусклого облака взрыва. Два других шпиля стартовали! Видимо огонь добрался до листвы у их оснований.

Манн проводил их взглядом, вывернув голову назад и комично извернувшись под панцирем скафандра. Выражение лица было странно сосредоточенным. В такие минуты он мог забыть о себе и о своих мелких амбициях перед ликом Вечности.

На поднимающихся дымных следах одновременно образовались два узелка. Пошла вторая ступень. Теперь они поднимались очень быстро.

— Богат Эй.

Манн поспешно достал свой передатчик.

— Ты как-то ухитрился выжить?

— Нет. Я не чувствую сейчас ничего ниже плеч. Послушай-ка, Богат Эй. Я меняюсь с тобой секретами. Что случилось?

— Большие башни — это фазовые деревья.

— Э? — наполовину вопрос, наполовину агонизирующий вскрик.

— У фазового дерева две стадии жизненного цикла. Одна — это куст, другая — большая многоступенчатая форма. — Манн говорил быстро, боясь потерять слушателя. — Эти формы чередуются. Фазовое дерево приземляется на планете и прорастает в виде куста. Потом кустов становится много. Когда семя попадает на особенно плодородную почву, оно прорастает в многоступенчатую форму. Ты еще здесь?

— Да.

— Живая часть большой формы — корень и фотосинтезирующие органы вокруг основания. Так что ракетной части не приходится нести столько веса. Она вырастает прямо из живой части, но сама по себе она так же мертва, как сердцевина старого дуба, не считая семян на вершине. Когда семена созреют, ракета выстреливает. Обычно она достигает скорости убегания для той системы, в которой находится. Кидд, я не вижу твоего корабля. Придется подождать, пока дым не рассеется…

— Просто продолжай говорить.

— Я бы хотел помочь.

— Поздно. Продолжай говорить.

— Я проследил путь фазовых деревьев через двадцать световых лет пространства. Бог знает, откуда они пошли. Ими покрыты все системы поблизости отсюда. Стручки с семенами проводят в космосе сотни тысяч лет, а когда они достигают системы планет, то взрываются. Если в ней есть пригодный для обитания мир, одного семени хватит для заселения. Если же нет — там, откуда прилетел этот стручок, их еще много. Это бессмертие, Капитан Кидд. Это растение добралось дальше, чем человечество, и оно гораздо старше. Миллиард с…

— Манн.

— Да.

— Двадцать три запитая шесть, семьдесят запятая один, шесть запятая ноль. Не знаю, как она называется на звездных картах. Повторить?

Манн забыл про фазовые деревья.

— Лучше повторить.

— Двадцать три запятая шесть, семьдесят запятая один, шесть запятая ничего. Ищи в той зоне, пока не найдешь. Красный гигант-недомерок. Планета небольшая, плотная, без луны.

— Понял.

— Ты дурак если воспользуешься этим. Тебе повезет так же, как и мне. Поэтому я тебе и сказал.

— Я испробую шантаж.

— Они тебя убьют. Иначе бы я не сказал. За что ты убил меня, Богат Эй?

— Мне не понравились твои замечания о моей бороде. Никогда не оскорбляй асимметричной бороды чудестранца, Капитан Кидд.

— Больше уже мне это не удастся.

— Я бы хотел помочь. — Манн всмотрелся в перетекающее облако дыма. Теперь оно образовывало черный столб, подсвеченный по краям двойным солнечным светом. — Твоего корабля еще не видно.

— Сейчас увидишь.

Пират застонал… и Манн увидел корабль. Он успел отвернуться достаточно быстро, чтоб спасти глаза.