Читаем без скачивания Повелитель бурь - Е. Юань

Древний бог Солнца мог играючи, обходными маневрами отсечь от Себя и ссудить Им «Уникальности» без малейшего ущерба. Вот только с Адамом дело пахло совершенно иным керосином: «Фантазер» являлся неотъемлемой частью этого самого квинтета «Всеведения и Всемогущества». Соответствующая «Уникальность» служила одним из железобетонных краеугольных камней, на которых зиждилось возвышение Древнего бога Солнца до статуса «Великого Древнего». Иными словами, её вес приравнивался к одной из трех характеристик первой Последовательности, необходимых для ковки истинного божества нулевой ступени. Как, дьявол побери, её можно было вот так запросто вырвать из себя и отдать?

Как-никак, даже Сасрир, будучи Наместником Небес и Божественной Левой Рукой, так и не наложил лапы на «Уникальность» стези «Повешенного». Что уж заикаться о Леодеро, Херабергене и Аусекусе.

Изначально Клейн грешным делом прикидывал, что Древний бог Солнца, спинным мозгом почуяв пробуждение «Первозданного», намеренно затеял финт с деторождением. Дескать, Он виртуозно спихнул на отпрыска одну из пяти «Уникальностей», добровольно срезав собственный статус, дабы хоть как-то дать отпор этой леденящей скверне и разъедающей порче.

С высочайшей долей вероятности, подобными же иллюзиями тешились и остальные божества вкупе с Королями Ангелов той седой эпохи.

И лишь услышав ту самую фразу Эрихога — «Адам — отнюдь не обязательно Адам», сыщик нутром почуял, что в этой многоходовочке зарыто поистине бездонное двойное дно, выстроив целый веер дерзких гипотез.

А уж когда его взору предстали последние строчки на второй «Скрижали Богохульства», пазл окончательно перестал складываться. В конце концов, «Уникальность» выступала монолитным фундаментом для статуса «Великого Древнего». Если «сефирот» можно было сравнить с котлованом, то «Уникальности» являлись несущими колоннами. Выбей хотя бы одну — и вся конструкция с оглушительным треском повалится в тартарары. Вздумай Древний бог Солнца прагматично сбросить балласт и урезать статус, куда благоразумнее было бы отсечь от Себя парочку Потусторонних характеристик первой Последовательности — этот шаг таил в себе на порядок меньше фатальных рисков.

Облаченный в аскетичную белую сутану и щеголяющий густой золотистой бородой Адам неспешным шагом приблизился к Клейну. Повернувшись вполоборота и устремив тяжелый взгляд на «Скрижаль Богохульства», Он проронил:

— У «Фантазера» имеется одна весьма занятная специфика.

— Классическая нулевая Последовательность зиждется на железобетонном слиянии «Уникальности» и трех характеристик первой ступени. Выкинь хоть один элемент — и титула истинного бога тебе не видать, останешься лишь Королем Ангелов. А вот «Фантазеру», благополучно вскарабкавшемуся на престол нулевого ранга, по зубам виртуозно отсечь от себя целых две характеристики первой Последовательности, заменив эту брешь их иллюзорными, «выфантазированными» копиями.

— Эти «выдуманные» элементы настолько пугающе реальны, что в тандеме с подлинной «Уникальностью» и одной настоящей характеристикой первой ступени работают просто безупречно. Они позволяют «Фантазеру» ни на йоту не просесть в статусе и сохранить Свою сокрушительную мощь в полном объеме.

— Что же до тех двух отсеченных, подлинных характеристик первой ступени — их можно играючи сплавить с одной из Своих личин или же влить в какого-нибудь «выфантазированного» бедолагу, выковав из них полноценных «Писателей». Эти мастодонты смогут вольготно бродить по миру, обладая автономией, а в критический миг, оседлав определенный ритуал или медиум, бесшовно переродиться в само подлинное тело.

— А уж если речь заходит о «Всеведущем и Всемогущем», то Ему вполне по силам «сотворить» суррогат «Уникальности», балансирующий на тончайшей грани между подлинным и иллюзорным, дабы сохранить Свои кондиции незыблемыми. Загвоздка лишь в том, чтобы не перегнуть палку и держаться в рамках дозволенного.

«Так вот оно что… Стало быть, именно в этом и кроется подлинная связь между „Драконом Фантазий“ Ангелведом и Его отпрыском — „Драконом Кошмаров“ Алесуходом? А я-то грешным делом полагал, что стези „Провидца“ и „Мародера“ являют собой апогей гротеска и парадоксальности. Оказывается, им до Пути „Зрителя“ пилить и пилить… Ох уж эти „Зрители“, с ними кровь из носу надлежит держать ухо востро…» На Клейна снизошло ослепительное озарение, наглухо разрубившее один из самых грызущих гордиевых узлов в его рассудке. Теперь сыщик кристально ясно осознал, какого дьявола «Дракон Фантазий» Ангелвед сплел столь ювелирную многоходовочку, дабы перо «0–08» неминуемо пересеклось с «Дневником путешествий Гросселя».

Стоит им лишь столкнуться лоб в лоб, как «0–08» — артефакт, выкованный из останков «Дракона Кошмаров» Алесухода — тотчас же «пробудится». Перо переродится в самого «Дракона Фантазий» Ангелведа, пускай и в слегка урезанном статусе. А вслед за этим восставший из пепла древний бог, виртуозно оседлав Свою же темную, извращенную личность, наглухо запертую за теми самыми бронзовыми вратами, сможет исподволь зачерпнуть мощь «Моря Хаоса». И этот финт в долю секунды вознесет Его на престол абсолютного гегемона среди Королей Ангелов, уступающего лишь истинным божествам.

Лишь обзаведясь столь железобетонным фундаментом, Он выгрызет себе призрачный шанс бросить вызов Адаму в борьбе за престол «Фантазера» и триумфально воскреснуть во всем Своем первозданном величии.

«На фоне всей этой шизофреничной карусели, методы „Темного Императора“ по возвращению с того света выглядят до одури простыми, рублеными и изящными…» — Клейн едва уловимо кивнул и произнес:

— Точь-в-точь как отношения между «Драконом Фантазий» и «Драконом Кошмаров»?

Адам плавно опустился, усевшись бок о бок с Клейном:

— Истинно так.

— Впрочем, «Дракон Фантазий» и Сам изрядно нахватался леденящей скверны, да еще и вобрал в Свою плоть примеси с чужих стезей. Его рассудок и тело барахтались в весьма плачевном состоянии, отчего отсечь от Себя Ему удалось лишь одного-единственного «Писателя». Попытайся Он выкинуть финт посерьезнее — и неминуемо сорвался бы в бездну потери контроля прямо на месте.

Благоразумно проигнорировав сидящего по соседству Адама, Клейн, всё так же неотрывно сверля взором вторую «Скрижаль Богохульства» прямо по курсу, спросил:

— И в чем же кроется фундаментальная пропасть между этим фокусом и клонами «Мародера»?

— Вскарабкайся Амон на престол «Ошибки», и Он точно так же смог бы играючи наклепать себе как минимум парочку двойников первой Последовательности.

Адам, слегка подавшись вперед, пояснил с бритвенной лаконичностью:

— Клоны и оригинал — это по-прежнему единый, монолитный организм, банально раскиданный по разным координатам.

«Иными словами, „выфантазированный“ мастодонт первой ступени наглухо отсечен от подлинного тела? Его можно смело считать абсолютно автономной, независимой личностью, а пробудить оригинал по зубам лишь через виртуозные ритуалы или специфические медиумы?» — Клейн, глубокомысленно нахмурившись, задал очередной вопрос:

— Ты пробудился в тот самый миг, когда вскарабкался на престол «Фантазера»?

— Отнюдь, — устремив безмятежный взгляд прямо перед собой, мягко отозвался Адам. — Это случилось в час Моей гибели, когда на свет вылупился «Истинный».

Клейн, на долю секунды опешив от такого откровения, с нескрываемой оторопью вопросил:

— И неужто ни одна из заоблачных сущностей не почуяла