Читаем без скачивания Корректор. Книга третья: Равные звездам - Евгений Лотош

Он бросил взгляд на ошеломленно глядящую на него Карину и хмыкнул.

– Майя, – задумчиво сказал он, – если ты уже раздумала меня убивать, не переключишься ли на пятый канал? Нам с Семеном лучше поговорить с Карой наедине. Боюсь, втроем мы слишком сильно ее грузим для первого раза, особенно с учетом воскрешения.

– Избавиться от свидетеля хочешь? – Майя бросила на него уничтожающий взгляд. – Джа, я тебе историю с эффектором никогда не забуду. И не надейся. Кара, когда наш хитроумный мудрец закончит пудрить тебе мозги, свяжись. Поболтаем по-своему, по-девичьи.

Она ободряюще ткнула Карину кулачком в плечо и пропала.

– А ведь я ей даже не сказал, что ускорил смерть Эхиры с помощью своих сережек-стимуляторов, – задумчиво сказал Джао. – Ну а что мне еще делать оставалось? Иначе она бы так и не собралась с духом, чтобы вовремя сделать про тебя публичную передачу. М-да. Разгребать мне, похоже, последствия своих затей еще не одну минитерцию…

Карина несколько секунд смотрела прямо перед собой, пытаясь справиться с потоком мыслей. Похоже, на нее в очередной раз свалилось слишком много подряд – поединок с Шаем, смерть, пробуждение, странная беседа с Демиургами… Что-то, что сказал Дзинтон, казалось очень важным, очень-очень важным, но что? И тут она поняла.

– Папа, – напряженно спросила она, – что означает "поднимаем до нашего уровня"?

– Ты у меня, как всегда, не только красавица, но и умница, – Дзинтон-Джао на мгновение вспыхнул одобрительной улыбкой, которую она так хорошо помнила по детству. – Вычленяешь из общего потока главное. Все просто, Кара. Теперь ты Демиург.

– Что? – Карина почувствовала, как сердце дало перебой. – Как – Демиург?

– Очень просто, – фыркнул Дзинтон. – Самый обычный Демиург. Как я. Как Майя. Как Камилл. Есть кое-какие временные ограничения, но о них позже. Поздравляю тебя, милая, с обретением полноценного божественного статуса. Хочешь собственную планету, где тебе человеческие жертвы приносят? Только скажи.

– Дзи… – Карина отчаянно попыталась собрать в кучу разбегающиеся мысли, но не преуспела. – Но как я… как ты… я же умерла!

– В той же самой степени, что и Эхира. Кара, тебе уже довольно давно затруднительно умереть без собственного желания. Тебя вообще не было в Сураграше – там присутствовала лишь твоя проекция. Я перенес твою психоматрицу на вихревой носитель, когда тебя везли через океан. Твою и Цукки.

– И Цукка… тоже?

– И Цукка, и Палек, и Яна, и Саматта, и Дентор, и Биката. И это – лишь начало. Вы – Новое Поколение, Кара. Вы те, кто придет нам на смену.

Дзинтон картинно щелкнул пальцами, и внезапно все окружающее пропало. Не стало ни комнаты, ни луга, ни горячего солнца… вернее, солнце как раз осталось. Оно великолепным огненным шаром сияло на черном бархате бездонного космоса, усыпанного искрящейся роскошью звездной пыли. У Карины вновь не осталось тела. Ее бесплотное существо пронизывало ласковое тепло ничем не ослабляемых солнечных лучей, которые, как она знала, смертельны для любого комочка биологической ткани, рожденного под прикрытием планетарной атмосферы. Мир переливался миллионами новых оттенков, для большинства которых не существовало названий, и радостное пение далеких звезд пронизывало ее существо. Она потянулась к солнцу – и внезапно умерла, с головой окунувшись в пучину гиперсдвига, и в следующее мгновение ожила, чтобы оказаться совсем рядом с ним – огромным шаром неистово пылающего пламени, ощетинившимся протуберанцами раскаленной плазмы, ревущим, неистовым – и в то же время таким родным и безопасным…

"Теперь ты смотришь на мир глазами Демиурга, Кара", – где-то на грани сознания промелькнула цепочка незнакомых символов, зазвучав голосом Джао в ее несуществующих ушах. – "Именно так мы видим мир, когда смотрим на него по-настоящему. Теперь твой мир – вся наша Вселенная, и еще мириады вселенных, какие ты только сможешь себе представить. Ты – Демиург. И, кстати говоря, кое-кто просил передать тебе свои поздравления. Транслирую…"

"Камилл в канале. Твой занудливый папочка уже закончил промывать тебе мозги?" – за цепочкой символов каким-то образом угадывалось ехидство. – "Я тебе хороший совет дам – слушай его поменьше. Иначе и тысячи планетарных не пройдет, как ты от его нотаций на стенку полезешь. Впрочем, я туда уже давно залез, так что составишь мне компанию. Поздравляю с новым статусом. Когда обвыкнешься и надумаешь заняться делом – я имею в виду, сыграть Игру-другую – чур, я первый в очереди. По-первости я тебе даже фору дам, малявка".

"Веорон в канале. Карина, не могу сказать, что во всем согласен с Джао. Думается, он слишком торопится с действиями – особенно с учетом того, что не удосужился даже заранее поставить Текирскую рабочую группу в известность о своих планах очередной коррекции, тем более – настолько глобальной. Но я рад, что ты стала одной из первых рожденных в новом поколении. Свяжись, когда освоишься, поговорим. А то я боюсь даже предполагать, что именно насоветуют тебе наши хитроумные манипуляторы. Что Джао, что Камилл, что Майя – все с одного куста розочки".

"Харлам в канале. Не имею чести быть знакомым лично, но Джао по какой-то причине счел необходимым ввести меня в курс своего социального эксперимента. Вероятно, толика уважения к первому учителю в нем еще сохранилась, что отрадно. Честно говоря, великолепная госпожа… я правильно употребляю эпитет "великолепная" с обращением "госпожа"?.. новая затея наших молодых и безалаберных озорников изначально заставила меня насторожиться. Эмоционально нестабильные и безответственные личности с возможностями Демиурга могут сильно действовать окружающим на нервы и мешать заниматься делом. Однако по изучении истории твоей семьи я склонен предполагать, что у Института пространственных манипуляций наконец-то появился шанс обрести новых сотрудников – если не в твоем лице, то в лице твоих компаньонов. Прошу передать госпоже Цукке мои наилучшие пожелания и просьбу связаться, когда появится свободное время. Возможно, сейчас о таких вещах говорить преждевременно, но через секунду-другую мы к разговору обязательно вернемся. Пока же желаю приятного времяпровождения".

"Миованна в канале. Привет, Кара. Не знаю, чего Джао ждал столько времени. Я бы вашу компанию пять-шесть планетарных лет назад перевела… если бы, разумеется, он поделился своими планами и согласился принять мое мнение к сведению. Рада видеть новых личностей в нашей до чертиков надоевшей компании. Как придешь в себя немного – вызови, пообщаемся…"

Голоса… Невидимые и неслышные за цепочками незнакомых символов, они в то же время обладали уникальными оттенками индивидуальности. Волна восторга накатила на нее и подняла на гребне, и Звездный Пруд, который в страшно далеком прошлом назывался Млечным Путем, рассыпался перед ней вихрящимися спиралями и облаками искристой бриллиантовой пыли и тускло-черными заплатами пылевых облаков. Звездный свет в богатстве ранее невидимых для нее тончайших оттенков омыл ее, словно новорожденную в теплой купели, и квазары серебряными фанфарами возвестили ее рождение.

И тут все закончилось.

Она, нагая и ошеломленная, стояла посреди зеленого сада, и Дзинтон-Джао пристроился в низкой развилке дерева, в своей излюбленной манере покачивая ногой и посматривая на нее с добродушной ободряющей улыбкой. Панариши все так же полулежал в воздухе и с интересом рассматривал ее. Карина растерянно посмотрела на них.

– Ты теперь Демиург, Кара, – проговорил Джао, и внезапно Карина поняла, что его до краев переполняет радость – за свой завершившийся план, за нее, за всех них. За то, что ее история наконец-то закончилась – лишь для того, чтобы начаться заново. – Ты – Демиург, придется привыкать. Расслабься, если сумеешь. Хотя, помнится, когда меня из биоформы наконец-то на вихревой носитель перенесли, я от избытка чувств пару минитерций между звездами скакал, как бешеный заяц.

– Пару минитерций? – пробормотала Карина – и тут же послушно пришло понимание: тринадцать планетарных лет или около того. – Папа… но когда?..

– Тебя и Цукку я перевел, когда вы в трюме парились, – пояснил Дзинтон. -В первый дни после переноса на новый носитель при притирке нейроинтерфейсов обычно возникают проблемы с управлением проекциями – конечности сквозь предметы проходят или, наоборот, их ломают, передача ощущений дрожит и сбивается, все в таком духе. Чтобы замаскировать побочные эффекты, я выбрал момент, когда вы под воздействием дурмана находились, сначала настоящим, а потом имитированным. Остальным пришлось болезненное состояние наводить искусственно. Палека я перетащил за день до того, как он свой разлюбезный гравископ отрывал, Яну и Саматту – за период до того. Помнишь, они жаловались, что на пару какую-то странную простуду подхватили? Бикату я поднял два дня назад, Дентора – неделю, Томару – две, ну и так далее. Всего в первой очереди – около восьми десятков душ, на вторую еще под тысячу запланировано, но через минитерцию-другую, не раньше – когда вы, первая очередь, освоитесь и сможете в роли наставников выступать. В считывающих коконах вы уже полтора планетарных года ходите, так что ваши психоматрицы давно подготовлены к переносу. Я лишь дожидался, когда Семен полностью подготовит восстание в Сураграше, чтобы поймать нескольких скакунов одним арканом.