«Знаешь, я даже тебе скажу. Только второй раз умирать очень не хочется. Это больно и досадно. Как же я тебя, хитреца, недооценил!»
«А варианты?»
«Ну, например, ты мог бы меня переместить в другое тело».
«И иметь те же неприятности сызнова? Нет уж, спасибо!»
«Есть возможность сделать меня неспособным к магии, — мысль выглядела слёзной мольбой. — Я бы с удовольствием просто понаблюдал! Хотя бы несколько годков… чтобы свыкнуться со смертью, что ли…»
«Даже и не знаю, что тебе ответить…»
«Я знаю, что ты ответишь. И сразу же скажу «спасибо»! Твой мозг — просто коробка с конфетами!»
«А твой?»
«Мой — с дерьмом. У меня была магически скомпенсированная эпилепсия. С таким багажом далеко не уедешь. Жуть, сколько времени и сил убил, чтобы научиться вот эти ограничения обходить! А вылечить так и не смог. Во-от, ты мне сочувствуешь. А у меня и с сочувствием проблемы были».
«Сейчас расплачусь».
«Зря сарказм тренируешь. У меня вот только он и оставался. Да ещё с магическим ростом эмоциональный фон закрепляется…»
«Бедный ты калека».
«Урод, — безжалостно уточнил Викки. — Но достаточно многого добившийся, несмотря ни на что!»
«Что-то ты больно добрый стал: советы дельные даёшь. И самокритичный чересчур. Аж не верится!»
«Трудно быть злюкой, — мысль-смешок, — сидя в коробке с конфетами. Потом, я успел немного поразмыслить над своим положением».
«Но к остальным ты по-прежнему относишься, как я заметил».
«Так то — остальные! И, прости уж зануду, команда у тебя всё-таки раздутая. Много случайных людей, которые и сами уже не прочь слинять, держатся только из пустой преданности да оттого, что податься некуда. Предложи им разбежаться, пообещай устроить на новом месте — с радостью отвалят».
«Преданность…»
«Не все, кстати. Девчонка твоя крепко прилипла, боец-спаситель тоже. Да напарник его. Вот их и оставь. А другие даже зла на тебя держать не будут, ещё и поблагодарят за весёлые каникулы».
«Как у тебя всё просто!»
«Жизненного опыта больше, с людьми разными повертелся — насмотрелся. Это обычные люди: без особых стремлений, без чувства миссии».
«А ты?»
«О! у меня была жажда власти! Большая такая, откормленная!»
«И хочешь сказать, что сейчас пропала?»
«Мне бы с собой разобраться…»
«А уж там…»
«Вряд ли будет что-то «там». Я же отчасти и с этой мыслью хочу себя в магии ограничить по условиям, так сказать, досрочного освобождения. От того, как я власти хотел — одни проблемы. Вот, с тобой, миролюбцем, поцапался».
«У меня такое ощущение, что это не единственное из последствий…»
«Что есть, то есть, — повинился Викки. — Ты, вон, моей ярости хлебнул — так уйму народа положил».
«Да уж…»
«Но от меня теперь только польза будет. Обещаю! Да, знаю, доверять мне непросто. Хочешь, прямо сейчас в довесок к обещанию скажу, как меня отселить можно?»
«Ну, колись…»
«У высших лекарей есть заклинание изгнания. Слетаешь к своей знакомой — и порядок…»
«Хм, так и подмывает…»
«А если не торопиться, то я тебе ещё много полезного расскажу!»
«Ладно. Торопиться не стану. Но и ты надолго среди конфет не устраивайся!»
«Спасибо, коллега!»
Чистая такая, благодарная радость. Эк его перетряхнуло!
Снова к реальности, к ноющей, раздражающей боли.
«Могу отключить болевые рецепторы!»
«Помолчи чуточку, ладно? Боль — знак нездоровья. Как мне себя чинить, если боли нет?»
«Конечно. Умолкаю…» — и действительно смолк: отключился, истаял.
«И не пытайся вертеть моими мыслями!»
Послушный кивок в ответ. Чудеса!
«И хватит копаться в моей памяти: я себя от этого странно чувствую».
Тихое сожаление, обещание послушания. Сказка! Что ж он таким покладистым при жизни не был?
Виктор открыл глаза и медленно поднялся с кушетки.
— Витька! — Женечка вскочила со стула. Рука на перевязи, под глазами синяки, правая скула пожелтела от удара. От резкого движения Женю повело, пришлось схватиться за спинку стула.
— Привет!
Три четверти объятий. Радость от встречи, от близости возлюбленной омрачил чуть заметный мысленный вздох сожаления. Как же это неприятно — быть на виду в такие личные, романтические моменты! Почувствовав раздражение Виктора, Викки снова пропал с горизонта. Надо бы побыстрее избавиться от него, сколь бы он ни обещал быть тактичным и полезным.
IIIc. Наследник
Я служу. Это моё право.
Я знаю. Это моё свойство.
Я предотвращаю. Это моя прихоть.
Я не наказываю. Мне никто не должен.
Я разрушаю. Нравится?
Обет Разрушителя.
109. Построение
Подлатать, собрать силу, очистить, запустить восстановление. Подлатать, собрать, запустить…
«Ловко получается!»
Виктор кивнул.
«Открыл на практике, — он не стал возражать против нарушения молчания безбилетником. — Пока сбоев не было. Сам поражаюсь, если честно».
«Я заметил, что ты дозируешь воздействие».
«Иначе получается омоложение. Так магия возвращает локальное состояние тканей…»
«А в больших дозах омолаживает организм, запуская восстановление на генетическом уровне! Это гениально, честное слово!»
«Да, потенциальная золотая жила, — уловил Виктор направление мысли. — Но есть и проблемы».
«Как и с любой магией, — согласился Викки. — Люций — феерический надувала! Хотя, с другой стороны, с людьми иначе нельзя».
«За примерами недалеко ходить…»
«Увы. Ладно, снова умолкаю…»
Так или иначе помятыми оказались практически все. Только за полдень получилось передохнуть.
Андрея следовало поблагодарить за замолчавших снайперов, Настю за расторопность, Моава за самоотверженность, и так далее. Но общим гнетущим фактом стала смерть Михаила: внезапная, бескомпромиссная. В пуле Викки узнал свою работу…
Старого мага похоронили на небольшом острове. Двое охранников сиротливо постояли над временной могилой хозяина, потом отрешённо сообщили Виктору, что старик обещал упомянуть его в завещании. Кудесник не нашёлся, что ответить, и просто кивнул. На память пришла фраза умирающего священника из фантастического телесериала: «Не важно, во что ты веришь. Главное — верь!»
Оставаться в Ахтубинске? Бессмысленно и тягостно. Виктор собрал команду на острове, определённом объявлением под застройку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
![Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник] - Джульет Маккенна](https://cdn.chitaem-online.com/s20/7/1/5/5/1/71551.jpg)
