Поднявшись и отряхнув с коленей пыль, она направилась на голоса. Странно, место было довольно-таки незнакомым. Неужели она так и не запомнила, где они расположились? Обогнув очередное разлапистое дерево, Керри вышла на небольшую прогалинку. И ошеломленно замерла. Нет, Л'эрт там, конечно, был, она не ошиблась. Но, во-первых, это был не лагерь, а, во-вторых, ее присутствие явно было излишним.
Лакерра лежала спиной на земле, соломенные волосы светлым облаком разметались вокруг ее головы. Из всей одежды на девушке было только изумрудное ожерелье. Камни слегка светились, отбрасывая причудливые блики. Л'эрт медленно коснулся губами шеи Лакерры и склонил голову ей на грудь.
– Я тебе правда нравлюсь, герцог?
– Ты когда-нибудь перестанешь называть меня таким дурацким образом?
– Но ты не ответил.
– Разумеется, ты мне нравишься. Ты такая смешная, Лак.
– Нравлюсь, потому что смешная? – Тоненькая морщинка прорезала ее лоб.
Л'эрт хихикнул:
– Нет, потому что красивая. Твои волосы – словно льняное поле, колышущееся на ветру, твоя кожа – чистейший белый мрамор, твои соски – как спелые ягоды вишни, твоя п…
Лакерра поспешно заткнула ему рот рукой:
– Ты сейчас опять начнешь пошлить!
– Меня плохо воспитали, – сокрушенно согласился Л'эрт.
– Почему ты всегда отшучиваешься?
– Неправда, не всегда. Вот сейчас, например, я совершенно серьезен. – Он придвинулся к ее лицу и нежно поцеловал в губы. Руки Лакерры запутались в его волосах. Когда он наконец оторвался, у девушки вырвался тихий стон:
– П-перестань…
– Почему? – Л'эрт недоуменно вскинул бровь.
– Я думала, ты устал…
– Я устал?! Фу, меня обижают… – Рука вампира скользнула ей на грудь.
Керри поспешно шагнула назад, вырываясь из охватившего ее оцепенения. Какой-то сучок предательски хрустнул под ее ногой. Вампир моментально поднял голову, поворачиваясь на источник шума. Керри сделала еще шаг назад, молясь, чтобы листва оказалась довольно плотной, чтобы скрыть ее.
– Что-то не так? – Лакерра почувствовала, как остановилась рука Л'эрта. – Куда ты смотришь? Там кто-то есть?
– Маленькая мышка. – Губы вампира изогнулись в улыбке.
Лакерра испуганно пискнула:
– Мышь?!
– Ш-ш-ш… – Л'эрт успокаивающе погладил ее по плечу. – Я не думаю, что она опасна. Ведь не опасна же? – Он уставился в листву. В синих глазах откровенно прыгали смешинки.
Керри сглотнула и бросилась прочь, уже не заботясь об уровне производимого шума. Подлец! Он что это, специально подстроил, что ли?! Чтобы ей показать?! Гад! Мразь! Он же знал, знал, что она там! Он же точно ее видел! Смотрел прямо в глаза!.. Сволочь… Он же говорил, что любит ее…
Она споткнулась о корень дерева и пролетела несколько шагов вперед кувырком, рассаживая лоб и колени о землю. На глаза навернулись слезы. Но он же правда говорил, что любит ее! Почему тогда… Керри уселась на землю, оттирая налипшую зелень с одежды и одновременно размазывая слезы по лицу. Гад… Он так прижимался к этой девушке… И это влюбленное выражение на его лице… Неужели он ей врал? Выходит, она для него просто очередное развлечение? Потому он к ней и цепляется? Хочет добиться, чтобы она призналась ему в любви и поставить очередную галочку в своем списке? Гад, гад, гад…
Деревья мелькали перед ее глазами. Слезы мешали рассмотреть дорогу, но ей это было безразлично. Какая разница, куда идти…
Очередное дерево, которое она попыталась обойти, неожиданно сдвинулось, преграждая путь, и обхватило руками.
– Не трогай меня!!! – зло выкрикнула она, ткнулась носом в чужую рубашку и громко разревелась. – Пусти! Ну пусти же! Он гад, и я набью ему морду! Честное слово!
– Я буду участвовать, – спокойно согласился Ралернан. – Особенно если ты объяснишь, что случилось.
– Раль? – Керри протерла кулачком мокрые глаза и уставилась ему в лицо. – Что ты здесь делаешь?
– Мм… Ну я тут немного гулял…
– Врешь! Все мне врут! Тебе что, сложно сказать?! – Она схватила его за рубашку, вырвав почти половину пуговиц.
Ралернан устало вздохнул. Да что за день сегодня? Утром дети насыпали какой-то дряни в суп, а теперь еще и это…
– Дорогая, я пошел посетить кустики. Или тебе надо показать какие?
– Э… ой…
– Вот именно что «ой». Может, ты пояснишь мне, что случилось? Потому что выглядишь ты, будто тебя кто-то бил. – Он осторожно стер полосу грязи с царапины на лбу. – Нет, я понимаю, что я обещал не путаться у тебя под ногами, но ты пыталась забодать довольно широкий дуб. Мне стало его жалко.
– Дуб? – уточнила Керри.
– И дуб тоже. Так в чем же дело?
– Л'эрт – сволочь.
– А… Понятно. Тебя сильно удивит, если я соглашусь?
– Он большая сволочь! Омерзительно большая! Он… он… – Она снова ткнулась Ралернану в рубашку и заплакала. Одежду эльфа уже можно было выжимать.
– Понятно, но уже меньше. Он тебе что-то сделал? – На самом деле, несмотря на всю свою ревность, эльф не мог представить возможности физического насилия по отношению к Керри со стороны вампира.
Керри на минуту прервала процесс сморкания в его рубашку и уставилась в лицо..
– Нет! Да!.. Раль? Ты меня любишь?
Эльф окончательно перестал понимать происходящее.
– Разумеется, я тебя люблю. Но…
– Ты мне когда-нибудь изменял?
Ралернан взглянул в ее мокрое от слез лицо, понимая, что ответа от него ждут явно вполне однозначного. А именно – отрицательного.
– Почему ты молчишь? Ну почему? – Она снова расплакалась. Эльф махнул рукой на свои принципы. Вот только не хватало из-за того проклятого раза сейчас доводить ее до полнейшей истерики.
– Нет, конечно! Разве ты сама не знаешь? Я люблю и всегда любил только тебя. – Он обнял ее, успокаивающе поглаживая хрупкие плечи. Проклятье, вот пусть только этот вампир ему попадется – он ему такую выволочку устроит – до смерти будет помнить!
– П-правда? Честно-честно?
– Конечно, правда. Керри, любимая моя, ну не плачь так. Все будет хорошо, я тебе обещаю.
Она медленно скользнула руками по его груди и слегка откинула голову.
– Поцелуй меня… – Шартрезовые глаза блестели, как два драгоценных камня.
Ралернан поймал ее лицо в свои ладони и бережно поцеловал. Губы у нее были соленые от слез, но почему-то было сладко-сладко…
– Раль? – тихо выдохнула она.
– Что?
– Я тоже тебя люблю. Обещай мне… обещай, что никогда меня не отпустишь! Ладно?
– Конечно, не отпущу. Без тебя моя жизнь потеряет всякий смысл, любимая.
Она плакала и целовала его снова и снова. А потом слезы кончились как-то сами собой, прогнанные теплом его рук и его тела.
Винс увлеченно размешивал в котелке вязкую массу ядовито-желтого цвета. То, что котелок обычно использовался для приготовления еды, его нимало не беспокоило. Главное – не наделать шуму.
Кусты напротив зашевелились, пропуская Грея.
– Ты чего задумал? Это что за дрянь? Выглядит омерзительно!
– Я же не собираюсь ее всем скармливать, как ты! У меня, между прочим, живот весь день болел!
– И вовсе я не собирался никому ничего скармливать! Это была очень хорошая заготовка для эликсира! Откуда я знал, что они так плохо посуду моют?
– Вообще-то, мыть посуду была как раз твоя очередь!
– Неправда, не моя, а Риффа.
– Рифф? Это который с перьями на голове?.. Слушай, как думаешь, если у него потихоньку вырвать одно или два – он проснется?
– Винс, ты сошел с ума! Ты же благодаря ему не разбился! Тебе не стыдно?
– Нет, ну я же ничего такого не имел в виду… Наверняка он бы даже и не заметил. Всего-то парочка перьев. У него же их очень много!
– У Неелерка есть несколько штук, кстати. Он собрал их, когда Лакерра превращалась. Оказывается, они иногда теряют перья при изменении формы. Так любопытно!
– А она правда голая была, когда стала человеком?
