ответил я. – Во всяком случае, мне так кажется. У меня был когда-то один, очень ласковый… со своими, конечно.
– Хочу такого котенка! – ожидаемо заявила Фергия, будто мало ей было Кыжа, но тут же опомнилась и вернулась к расспросам: – И что, шодан, сторожевые звери не подняли тревогу?
Ларсий покачал головой и нахмурился.
– Они знают Искера, с чего бы им его останавливать?
– Логично… А ищейки у вас есть? – спросила Фергия. – Должны быть!
– Есть, конечно. Пускали их по следу – не берут. Будто кто-то его чем-то засыпал, так сказали псари.
– А чародеи что? Вон их у тебя сколько! Может, след заколдовали?
– Нет. Эти его как раз взяли, дошли до стены, – мрачно ответил Ларсий, – а за ней след растворился. Слишком много народу кругом, а эти вот… не слишком умелые. Не Руммаля же просить!
– Да уж, его не заткнешь в случае чего, – нелюбезно проговорила Фергия и вдруг с улыбкой потерла руки. – Прелесть что за дело!
– Неужели? – пробормотал я.
– Ну да! Искать юношу, который неизвестно, как выглядит, без единого следа и зацепки – это же… – Она смачно поцеловала кончики пальцев, как торговка, расхваливающая свой товар. – Кстати, о зацепках… Ларсий-шодан, нельзя ли как-то осмотреть комнаты Искера и сад или что там внутри дворцовых стен? И труп чародея, если его еще не зарыли в общей могиле или не выкинули в море рыбам на корм?
– Труп – можно, я приказал сохранить его как можно лучше, – кивнул Ларсий. – Но пустить тебя во дворец я не могу. Чужого человека заметят сразу же.
– Н-да, жаль, что я не могу обернуться птичкой и перелететь через стену, – хмыкнула она. – Придется шарить снаружи, вдруг еще не все затоптали? И еще мне нужны личные вещи Искера, лучше всего – его любимая одежда или какие-то особенно дорогие ему безделушки.
– Я привез, – коротко ответил Ларсий. – Велел собрать, что было в его комнате.
– До чего же приятно иметь дело с умным человеком! – воскликнула Фергия. – Только, шодан, прежде чем я отправлюсь заниматься делом, будь любезен, изобрази хотя бы примерно план дворца. И нет, я не собираюсь его грабить, мне просто нужно знать, где комнаты Искера, куда выходят окна, где там посты стражи поблизости, какими путями она ходит, где бегают собаки и эти ваши милые кошечки… и высоту стен неплохо бы обозначить. Сумеешь?
– Неужели нет, – буркнул он и взял протянутое перо, которое Фергия привычным движением вытащила из бездонного кармана следом за листом бумаги.
– Для всех Искер, надо полагать, еще болеет? – спросил я.
– Да. Уже идет на поправку, но очень слаб.
– Что, если его кто-то пожелает увидеть? Мать или даже сам рашудан? Мало ли…
– Нечего им делать у заразного, – был ответ.
– Отлично… – протянула Фергия, заглядывая ему через плечо. – И вот еще, шодан: как дорисуешь, расскажи поподробнее, чему именно ты учил Искера, куда брал с собой, что показывал, с кем знакомил…
– Я уже проверил всех знакомых, его там нет.
– Это ты так думаешь, – загадочно сказала она. – Ты черти, черти план, не отвлекайся. До рассвета еще далеко…
– А утром много работы, – добавила Аю, и советник недоуменно покосился на нее.
– Нужно ведь опросить всех, кто мог видеть убегающего на рассвете голого юнца, – пояснила Фергия. – А чтобы никто ничего не заподозрил, скажем, что это ученик чародея, который малость подвинулся умом после того, как сунул нос в книги наставника и попытался наколдовать себе распрекрасную шуудэ, но не преуспел. Найдется у тебя чародей, готовый пожертвовать своим добрым именем и свидетельствовать – был такой ученик, да удрал в чем мать родила, ищи его теперь, думай, что он может натворить?
– Найдется, – с неожиданным воодушевлением ответил Ларсий и протянул ей план. Что и говорить, рука у него была верная, а глаз острый: я не раз видел дворец сверху и мог уверенно утверждать, что советник знал каждый закоулок за высокими стенами. – Он заодно и присмотрит за твоей работой, шади.
– За соглядатая – десять процентов сверху, – тут же сказала она, ничуть не обидевшись, и пояснила: – От них обычно хлопот много. Лезут, куда не нужно, мешают… Если будет наблюдать, помалкивать и только кивать, если спросят – правда ли эта история, – то пускай, но если попытается мне указывать и тем паче встревать в расследование… Не обессудь, шодан, я верну тебе этого человека в шкатулочке.
– Ты имеешь в виду – его пепел?
– Нет, его самого. Уменьшу и посажу в коробочку, как жука, чтобы не зудел над ухом.
– Фергия-шади способна на такое, – сказал я, припомнив, как она спрятала труп в пальмовый орех, и чары продержались достаточно долго. Правда, я не знал, получится ли проделать подобное с живым существом, но порой небольшая ложь не повредит. – Я свидетель.
– Он не станет докучать тебе, шади, – помолчав, произнес Ларсий. – Я прикажу ему держать язык за зубами. Но ты в свою очередь пообещай не учинять над ним расправу за любой косой взгляд или неверное слово.
– Я постараюсь, – искренне ответила Фергия. – И повторяю: не беспокойся, шодан, во дворец я не полезу. Да и как я туда попаду, через стену перелезу? Заметят…
Тут она хитро покосилась на меня, и я представил вдруг, как глубокой ночью захожу со стороны моря, снижаюсь над дворцом, зависаю на месте – это очень тяжело, но минуту-другую я выдержу, – а Фергия тем временем цепляет крюк к моему спинному гребню, скидывает вниз веревку и соскальзывает по ней на крышу дворца.
Надеюсь, она не умеет читать мысли… А то ведь я уже начал прикидывать, не проще ли будет снизиться насколько возможно, чтобы не сбить декоративные башенки, или вообще спикировать, сложив крылья, да и скинуть Фергию в сад: небось, не разобьется, волшебница все-таки!
– Для начала поспрашиваем на базаре, – сказала она, мечтательно улыбаясь. – Ты ведь не знаешь точно, когда убежал Искер, а на торговые места многие прибывают до рассвета. Мало ли, у кого тряпка пропала или еще что. Или у какой-нибудь хозяйки белье с веревки свистнули среди ночи. Не ветром унесло – таких ветров сейчас нет, значит, точно украли… Словом, что-то да всплывет!
– И сколько времени займут такие расспросы? – глухо спросил Ларсий.
– Понятия не имею, – развела руками Фергия. – Но не думай, что я стану тянуть время, лишь бы вытряхнуть из тебя побольше золота. Мне самой интересно разобраться в этом дельце!
– Но что, если отсутствие Искера заметят? Те же слуги могут сболтнуть, за всеми не уследишь, как это ни прискорбно… Узнает его мать – ее и чародей
