Худенькая, заляпанная кровью, растрепанная и нескладная, она неожиданно напомнила Ивану военфельдшера Курицыну.
— В Бастонь. Помогаем, живо... — Иван выскочил из машины. — Что здесь случилось, и кто вы такая?
— Я Рози Петерс! — с сильным акцентом затрещала девушка. — Санитарка в полевом госпитале. Вот, вон они. Лейтенант Филипс уже умер, а этих можно еще спасти, если быстро доставить в госпиталь. Мы как раз в Бастонь направлялись. Остальные... господи... остальные умерли... со мной было еще пятеро санитаров...
Раненых оказалось четверо. Двое негров: один без правой ноги и левой руки, второй совсем без рук, сплошь перемотанный бинтами майор и молодой паренек с загипсованной челюстью и шеей. Из всех раненых только он был в сознании, но говорить, к счастью, не мог.
— Эти фашистские сволочи на самолетах не успокоились, пока не взорвали все машины, — всхлипывала Рози. — Я так испугалась...
— Грузите их в бронетранспортер, — приказал Ваня.
Руди красноречиво посмотрел на Ивана: мол, нахрена нам эта морока?
Возражение звучало резонно, раненые сильно связывали руки, но Ваня все равно не отменил приказ. Ему пришла в голову идея проскочить возможные проверки на дорогах при помощи раненых.
Американцев вместили в кузов, диверсантам пришлось потесниться. Рози Кемпбелл Иван посадил к себе на пассажирское сиденье.
— Вы из какой части? — тараторила она безостановочно. — А я бельгийка, пошла добровольно работать в американскую санитарную часть. Я до войны училась на медицинском факультете, а сама из Спа...
— Сто шестая пехотная, — Иван порадовался, что для Рози английский не родной и хлопнул по золотому льву на шевроне. — Откуда и куда вы следовали?
— А! Понятно! — обрадовалась девушка. — То есть вы тоже из Сен-Вита ушли? А вы не знаете капрала Нормана? Санди Нормана? Моя подружка с ним встречалась. Такой усатый и большой. Он из Техаса и тоже из сто шестой пехотной, его все знают. А вы где там стояли?
Ивану захотелось выбросить Рози из машины, но он сдержал себя и вместо ответа вытащил из-под сиденья бутылку виски.
— Хлебните, вам надо успокоится. Все будет хорошо, мы доставим вас в Бастонь.
Девушка хлебнула разок, потом второй, быстро захмелела и устроилась спать на плече Вани.
— Сержант, — доложился из кузова Феллер. — Похоже один из черных умер. Выбросим?
— Нет, — отрезал Ваня. — Повнимательней там.
Объехав маленькую деревушку, группа выехала на дорогу и сразу попала в дикое столпотворение техники. На дороге сбилось огромное количество машин, движения почти не было. Несколько грузовых машин пробовали объезжали пробку, но многие застряли и теперь и пытались вытащить тяжелой техникой.
— Проскочим?
Вилли пожал плечами, осторожно съехал на обочину и погнал бронетранспортер по полю.
Скоро стала понятна причина пробки, на перекрестке машины тщательно проверяли военные полицейские.
Увидев, что бронетранспортер пытается объехать пост, один из них замахал рукой.
— Давай к ним... — потребовал Ваня и приготовился к неприятностям.
— Вы кто такие? — заорал военный коп. — Куда? Стоять! Какая часть? Вышли все из машины! Джонсон, Харрис, Манчини, взять их на прицел!
Крупнокалиберные пулеметы на джипах повернулись в сторону бронетранспортера.
— Спокойно... — Ваня показал руки. — Сто шестая пехотная, мы везем раненых в госпиталь...
— Что тут? — Рози проснулась и выскочив из кабины, коршуном накинулась на полицейских. — Вы что, не видите? Мы везем раненых! Санитарные машины расстреляли самолеты, а этот сержант сбил истребитель из пулемета. Я сама видела. Это свои парни, из сто шестой пехотной. Я их знаю! Я буду жаловаться! У нас майор Галвестон, ему нужна срочная операция.
Полицейский глянул на раненых в кузове и отмахнул рукой:
— Все понятно. Извините, парни, тут везде немецкие диверсанты. Проезжайте, мы радируем на посты, чтобы вас не задерживали. Что там с Сен-Витом? Правда, крауты уже его взяли?
— Чистая правда. Мы еще успели выскочить.
Второй окликнул Ваню.
— Сержант, что-то я запамятовал, как зовут жену Микки-Мауса. Не подскажешь?
У Вани чуть сердце через грудь не выскочило. Это был едва ли не единственный вопрос, ответ на который он знал.
— Минни-Маус ее зовут... — после чего вытащил очередную бутылку вискаря и кинул солдату. — Лови, дружище!
Тот ловко поймал ее и широко улыбнулся.
— А столица Аляски?
— Хватит! — оборвал его первый коп. — Пусть едут.
Нойер газанул.
— Анкоридж... — ответил Ваня. — Спроси чего посложнее, братан, мать твою...
К счастью, мотор заглушил его слова и копы уже не услышали.
— Я чуть не обгадился, — признался Вилли, но тут же понял, что болтнул лишнего и заткнулся.
— Я бы тоже сходила в кустики, — призналась Рози, к счастью, поняв Нойера по-другому. — Не остановите, парни?
Иван нащупал в кармане фигурку божка, которую ему подарил Петруха и облегченно выдохнул:
— Останавливайся уже, засранец.
Все сходили оправиться, а потом Нойер отозвал Ивана в сторону и поинтересовался.
— Что ты собираешься делать с деньгами?
Ваня пожал плечами и честно признался:
— Пока не знаю.
Вилли понимающе кивнул.
— А тебе не кажется, что нам пора задуматься о своем будущем, — он пристально посмотрел на Ваню.
— В смысле?
— Война когда-нибудь закончится, — спокойно объяснил оберштурмфюрер. — Мы продержимся максимум год, может полтора. Потом Германия рухнет. Кто ее оккупирует: русские или американцы, я не знаю, но видеть это не хочу.
Иван насторожился; откровения Вилли могли быть в равной степени, как его личным мнением, так и намеренной провокацией.
— Деньги — это возможность начать новую жизнь в любой стране, — продолжил Вилли. — Подумай Алекс, хорошо подумай. Можно их сейчас при случае припрятать, а потом забрать. Мы поговорим еще об этом, а ты подумай.
— Я подумаю, — пообещал Ваня.
В Бастонь доехали неожиданно благополучно: да, пару раз пришлось останавливаться, но раненые в кузове действовали безотказно. А еще по пути Иван успел убедиться, что американцы деморализованы, а их командование пока не взяло ситуацию в свои руки. Все дороги были забиты войсками, артиллерии и танкам мешали проехать тыловые подразделения. Каждый тянул одеяло на себя, какого-то централизованного управления заметно не было.
В город проникли тоже без проблем, на въездном посту даже дали сопровождающего, который провел к госпиталю, а заодно по пути показал, что и где расположено. В том числе и штаб городского гарнизона.
Ваня прекрасно понимал, что американцы при желании воевать умеют, но к такому раздолбайству оказался не готов. Впрочем, жаловаться тоже не собирался.
Раненых сдали, Рози всех поцеловала в щечку и шепнула на ухо Ване, что если тот захочет ее найти, то пусть поскорее ищет.
— Что дальше? — задался вопросом Вилли, после того, как припарковал бронетранспортер в одном из переулков. — Нас здесь быстро возьмут за задницу. Видели сколько патрулей?
— А штаб видели? — намекнул Руди.
— А ты видел сколько там солдат? На там всех убьют, — кисло скривился Хайнц. — Совсем свихнулся, дурак.
Адольф и Хайнц смолчали, но по их лицам было видно, что они идею Феллера не разделяют.
— Штаб, говоришь? — Ваня потрогал разбитую бровь и поморщился. — Пленный, а сколько у нас взрывчатки?
Идея со штабом ему понравилась, к тому же, по припаркованным рядом с ним машинам было ясно, что там сейчас куча командного состава, возможно даже высшего звена.
— Килограмм двадцать пять пластичной английской взрывчатки и четыре противотанковые мины, — отрапортовал сапер и ахнул: — Командир, это то, что я подумал? А как мы ее туда доставим?
— Как? — переспросил Иван.
«Ломиться буром — верная смерть. Подогнать машину со взрывчаткой? — думал он. — Так хрен, близко не подгонишь, все забито. Внутрь не пустят, без шансов, особенно с зарядами. В камикадзе никто записываться не захочет. А если? Мешки увесистые, пачки объемные, можно как минимум по кило взрывчатки в брикетах в каждый мешок засунуть, и никто не заметит, пока не начнут пересчитывать. А бабки возьмут, не могут не взять. Твою же мать — это может сработать...»
