- Кажется да… Со мной такое постоянно.
....
Мохнатая задница Ура, торчавшая из обнаруженной им смотровой щели, задергалась, завертелась, потом ноги, подрагивая, вытянулись в струнку, и он исчез внутри. Висевший на скале рядом Калибр заглянул внутрь, и осведомился: «Ты как, братан?»
- «Нормально! Яйца вроде не оторвал, а остальное заживет. Автомат давай.»
- «Нахрена он тебе там?»
- «Я без него даже срать не хожу, не то что в заброшку… Был негативный опыт. И разгрузку дай.»
- «Ща...» - Калибр затолкал в щель оружие и жилет с боеприпасами, - «Мне лезть?»
- «Не. Сиди с наружи — будешь ретранслировать мои приказы обезьянинам. Я че-то как-то не особо рассчитываю на их сообразительность. Передай — сча сориентируюсь и попытаюсь найти выход к берегу. Дверь наверняка заржавела, так что если не смогу открыть — буду стучать по ней прикладом. Пусть идут на звук.»
- «Принято!»
Калибр передал механикам и Массаху ожидавшим внизу на берегу распоряжения Ура и стал внимательно прислушиваться, что происходит внутри.
- «Ну че там? Не томи...»
- «А ты не подгоняй — тут дверь старая. Сейчас проверю на растяжки… Вроде чисто… Но заело… Монтажка есть..?»
- «Будет...»
Спустив вниз веревку, Калибр попросил привязать к ней инструмент и закинул его Уру.
Изнутри раздался приглушенный китский мат, потом скрежет и снова мат.
- «Че такое? Ты там живой?»
- «Да! Меня ржавчиной присыпало… В носу, сука щипет… Апчи-апчи-апчи!»
- «Противогаз дать?»
- «Не — вроде прочихался. Иду дальше… Тут кабеля какие-то...»
Голос удалился. Калибр несколько минут тревожно прислушивался, потом просунул голову и осмотрелся. Наблюдательный пункт представлял из себя вырубленный в скале зал. В него вела приоткрытая железная дверь, за которой начинался коридор, по стенам которого шло несколько пучков кабелей подключенных к пульту на стене. Обстановка была изрядно попорчена влажным климатом, так что в работоспособности этого всего были сомнения. С другой стороны — учитывая запас надежности военной техники…
Изнутри раздался новый скрежет и опять чихание. «Говорил я те взять противогаз, долбоеб безбашенный...» - подумал Калибр про себя. Снова что-то скрежетнуло. Потом послышались удары.
- Он нашел дверь! Колотит в неё! Идите на звук!
- Зачэм хадыт дорогой! - довольно улыбнувшись, Багир показал на ухо, потом в сторону зарослей, - Ищы!
Сидевший на дереве Сыч, угукнув, сорвался с места и полетел вдоль скалы. Найдя источник звука, он принялся описывать над тем местом круги. Увидев это, механики довольно покивали и, взвалив на плечо ломы и кувалды, пошли за показывающим короткую дорогу Массахом.
- Работаыт птыца! - дойдя до места Багир, внявший совету сменить тактику общения с Сычом, вручил тому блестящий железный кружок, - Вах маладэц!
Сыч схватив взятку умчался с ней в сторону корабля. Тем временем Амяз, внимательно прислушивающийся к стукам, постучал в ответ и принялся шерудить в щелях отверткой, чтобы понять контуры двери.
- Слышиш нас? Мы сдес уше — мошно не стучат! - стуки прекратились, - Сапоры открыл? Не слышу?
- Он говорит, - проорал сверху Калибр, - Что вы пни глухие, запоры он открыл, но дверь открыть не может. Ковыряйтесь сами. Петли, если что, от него слева.
- Ясс… Попробуем…
Вставив лом в щель, Амяз махнул остальным, чтобы помогли. Сперва казалось, что все усилия бесполезны, но Калибр проорал сверху: «Он говорит, что поддается!», так что они подналегли еще и, наконец, зажатая ржавчиной дверь с оглушительным скрежетом сдвинулась с места. Багир подсунул еще один лом и уперевшись ногами в скалу с «Я тот дом труба шатал кто эта хрэнь дэлал!», отогнул её примерно на ладонь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Изнутри высунулся облепленный паутиной и присыпанный ржавчиной Ур.
- И че, бля! Дальше никак?
- Сейшас! - Амяз вставил в щель домкрат и, крутя его, отодвинул дверь еще на двадцать сантиметров, - Выходи.
- Нахуй выходить! Вы входите. Помогать будете.
Общими усилиями приоткрыв дверь ещё немного механики пролезли внутрь и принялись осматриваться.
...
Деревня, куда прибыл «Ёж», находилась в огромном гроте который закрывал её и от штормов и от посторонних глаз. У входа в грот, на канатах, висели огромные акульи челюсти, через которые легко мог проехать грузовик. Маленькие дома с плоскими крышами лепились на любом свободном месте. Некоторые каким-то чудом умудрились зацепиться не то что за стены, а даже за потолок грота.
Между домами в хаотичном порядке были натянуты веревочные мостики, с которых местные внимательно наблюдали за незнакомым судном. Семеныч вышел, помахал им и ему тут же замахали в ответ. Бьернсон, который с тревогой прикидывал, что они будут делать если оттуда сверху в них полетит всякое, расслабился и спросил куда причаливать.
- Вон туда правь… - Гвоздев указал рукой на деревянный причал, - Это мой.
- Причал есть, а корабля нет?
- Ну — причал сколотить проще, так что пока так.
- А остальные суда — это кто? - поинтересовался Слободан разглядывая пришвартованные в гроте плавсредства.
- Такие же вольные как и вы. Тут много кто штормует.
- Ясно. Проблем не будет?
- Да брось — все свои…
Дождавшись, когда «Ёж» подойдет к причалу, Гвоздев накинул канат на торчавший столб и, подхватив пожитки, перепрыгнул на доски. На берегу его уже встречал седой островитянин в экстравагантном наряде, состоявшем из сандалий, набедренной повязки, пестрой рубахи и алой банданы. Попыхивая сигарой, торчавшей из седой курчавой бороды и небрежно опираясь на острогу, которая, судя по побрякушкам на ней, была не инструментом промысла, а символом чего-то местного, он поприветствовал их взмахом руки и представился.
- Тухаириири… Старейшина местный. Че, Денис? Новых привел?
- Да… - отмахнулся Гвоздев, - Подбросили от Гарбаруки досюда. Выручили. Потому, что у компанейских штормовать сам понимаешь — скучно и дорого. Да и супруга дергаться будет.
- Ну это понятное дело. Ладно — пойдемте покажу, где у нас чего…
- Да я сам… - предложил Семеныч, но Тухаириири гордо отказался.
- Я старейшина — мне по должности положено гостей встречать. Не лезь — у меня и так обязанностей немного, а ты хочешь еще и это на себя взять. Зачем я тогда нужен буду?
Махнув команде «Ежа» идти за ним, Тухаириири принялся рассказывать и показывать. В Котеане — так называлось это поселение, интересного было негусто: кабак, лавка, длинный дом где проходили собрания и те челюсти которые встречали гостей на входе.
Но Тухаириири рассказывал обо всем с таким смаком и подробностями, что экскурсия заняла почти час. За это время Бьернсон и остальные узнали, что Котеана была основана как бы не первыми людьми в этих краях, и по древности может уделать все континентальные столицы, что раньше местные промышляли охотой на огромных акул, заплывавших в Острова чтобы оставить тут потомство, которое будет расти в теплых богатых едой водах, прежде чем станет достаточно крупным чтобы выйти в открытый океан. Что акулу, чьи челюсти украшают вход в грот, добыл его предок, и что это была сама легендарная «Большая Магоа» известная тем, что нападала не только на лодки, но даже один раз утопила парусник. И как раз его обломков выстроен кабак, Мамы Нуи, а в кабаке подают крепчайший неочищенный ром, который ей продает отшельник, путь к которому знает только она.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
