Примерно десять лет назад туринская газета «Стампа» изловчилась и нашла «тонкий ход» для нападок на Алессандру. Газета как бы взяла Муссолини под… свою защиту от измышлений англосаксонской прессы (приложений к «Индепендент») и под этим «соусом» выплеснула все, что думала о неаполитанке, но используя терминологию якобы лордов с Альбиона. Вспомнили все – желательное и нежелательное: и о том, как Алессандру-младенца держала на руках Софи Лорен, и как подросшая Сандра снималась, «слегка одевшись», для журнальных обложек в начале 80-х годов. Это можно было расценивать по-разному, но главное – как попытку дискредитировать Алессандру-политика. «Пули» пролетели мимо. Но выпады не прекращались. «От тетушки племянница унаследовала глаза, глубокие, словно бездонный колодец, губы, которые должны говорить о любви, о чем угодно, но только не о политике», – писала «Стампа».
Но жизнь распорядилась иначе. В парламенте появился активный, точно выражающий свои мысли депутат. Алессандра быстро сумела защитить не только свои идеи, но и проучила тех издателей, которые думали, что могут безнаказанно запятнать честь юной Муссолини. Она, например, вытащила в суд издателей «Плеймена» и выиграла процесс. Это стало тогда сенсацией. «Вот вам и Муссолини, красавица без идей», – писали газеты. Ею уже восхищались! Многие становились ее сторонниками.
«Она (Алессандра) использует, как только хочет, имя своего деда-дуче для создания собственного имиджа и реноме, – не утихал “Ньюсуик”. – Она во всем копирует дуче, – продолжал журнал. – Дуче поднимал указательный палец, она поднимала палец. Дуче почесывал голову, Алессандра также почесывала голову, дуче любил «фиксировать» свой большой открытый рот в определенной гримасе, то же проделывала и она. Все смотрят на рот Алессандры. Но когда ее рот закрыт, все становятся особенно внимательными, ожидают удар, взрыв сарказма…».
А каковы ее политические программы? «Их нет, – утверждал еженедельник. – Бывшая певица и актриса эротического жанра в кино пока не представила в политике своей программы», – подводил итог своим выводам “Ньюсуик”». «Софи Лорен выиграла благодаря своим глазам, Бенито Муссолини увлекал тем, что не прекращал говорить, а Алессандра?..» Вопрос, на который как бы напрашивался неприятный ответ…
Обидно было? Безусловно. Но Алессандра научилась спокойно держать удары. Тем временем она закончила университет, получила медицинское образование, начала работать дежурным хирургом в римском госпитале имени Умберто I (об этой странице биографии Алессандры мало кто знает).
О Муссолини-младшей говорили как о быстро растущем политике. Депутат итальянского парламента XI и XII, XIII и XIV созывов, она выставила свою кандидатуру от партии «Национальный альянс» и правоцентристского блока в первом округе Неаполя, Равенне, Ферраре, Болонье, Риме. И полезных идей высказала немало. Избирателей Неаполя внучка дуче поразила, когда решилась одна, без союзников из других партий, групп и политических движений, выставить свою кандидатуру на пост мэра города. Она дала бой объединенным левым силам и проиграла всего несколько пунктов. Это поражение стало ее победой. О ней заговорили политики и уже всерьез. И не только в Неаполе, в стане партии Национальный альянс, а во всей Италии, в Евросоюзе.
Тогда Муссолини в некоторых кругах стали атаковать с другой стороны и называть «феминисткой». Алессандра отреагировала на это примерно следующим образом: «Пришло время женщинам из самых разных партий объединяться, но не как мечтали пролетарии, а по принципу совершения актов солидарности. Феминизм 70–80-х годов прошел. И не потому, что перед нами больше нет озлобленных лиц врагов. Врагов стало еще больше, но они или сменили маски, или растворились в общей “человеческой массе”, и от этого стали еще более опасными…»
Обвинения в «феминизме» не помешали Алессандре выйти замуж за капитана финансовых гвардейцев, стать матерью трех детей. Сына – Романо – в честь деда крестили в Риме в октябре 2003 года, в той же церкви, где бракосочетались в 1930-м ее тетя Эдда – старшая дочь Муссолини.
…Повстречать Алессандру, взять у нее интервью – дело нелегкое. Избирательные кампании, многочисленные публичные выступления, заседания в палате депутатов и, наконец, дела домашние оставляют мало свободного времени. Но все-таки в несколько приемов мне удалось взять это интервью «обо всем». И, как обычно, по телефону.
– При слове «Россия» что представляется Вам, кроме снегов и морозов?
– Как-то летела в Японию и сделала посадку в Москве. Но разве можно говорить о каком-либо представлении после короткой остановки? Вообще не признаю поверхностных мнений и легких, ни к чему не обязывающих высказываний. В целом к России отношусь с уважением, с большим интересом. Вижу Ваши трудности на пути к демократии. Но демократия – это всегда очень трудно и неоднозначно. И путь к ней таит крутые повороты, чреват опасностями.
– Как Вы относитесь к тому, что Ваш дед отправил армейский корпус воевать в Россию? И вообще, что Вы думаете о дуче?
– Мой принцип: не отвечать и не вступать ни в какие дискуссии о моем деде. Тема закрыта во всех вариантах и нюансах. Я готова говорить о себе, об Италии, о сегодняшнем дне, о чем угодно…
– Вы любите оружие, стрельбу, охоту?
– Я не люблю ни оружие, ни стрельбу, ни охоту. А охота – вообще наследие варварства, средневековья в нравах и привычках.
– Если Вы когда-либо пришли бы к власти, то позволили бы ношение оружия в Италии? (Это тема, над которой в 2001 году работали эксперты в правительстве Берлускони).
– Запрещать ничего не следует. В настоящее время, когда «Дикий Запад» давно покинул берега Америки, люди должны изыскивать и находить разные формы самозащиты. И в этом смысле ношение оружия гражданами (мы не говорим о тех, кому оружие положено для исполнения служебных и армейских обязанностей) не противопоказано. Но следует очень строго подходить к вопросу, кому конкретно дается право на ношение любого оружия. Все должно делаться осторожно, избирательно. Надо особенно тщательно проверить психическое состояние человека, который должен четко объяснить, с какой целью ему понадобилось носить оружие. И как и где он собирается его применять. Ничем нельзя злоупотреблять.
– Ваше происхождения в каком-то отношении повредило Вам, Вашей карьере?
– Мы же договорились: даже никаких «нюансов»… (Впрочем, стать депутатом итальянского парламента в сравнительно молодые годы – это ли не подтверждение сделанной карьеры?).
– Как Вы воспринимаете идеи государственного раскола, сепаратизма вообще и в Италии в частности?
– Я – против сепаратизма. Впрочем, сепаратизм – это не новая «идея», а вопиющее нарушение Конституции, единства Италии. Я – против любой формы раскола. Впрочем, и сами главные «идеологи» раскола Италии сейчас более трезво излагают свои мысли. Я же – в целом за широкое общеевропейское объединение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
