У него оказался свой собственный пистолет, которым он предпочитал стрелять только в головы противников. Кроган ничего не сказал, но после очередного выстрела отбросил свой бластер в сторону и взялся за дробовик с кинетическими зарядами. Картечь куда хуже подходила для борьбы с подобными врагами, потому что для надёжного «упокоения нежити» требовалось чуть ли не расчленить её.
Я решил изучить образцы нежити, для чего мне нужно было выйти вперёд.
— Ладно, смотрите, как нужно расправляться с этой мелюзгой.
Я вырастил из руки лезвие меча, после чего выскочил вперёд и начал кромсать зомби, отслеживая их реакцию на нанесённые повреждения. Довольно быстро выяснилось, что технонежить прекращает работу только если перерубить ей позвоночник или разнести в клочья голову. Даже без рук и ног трупы ползли вперёд и пытались напасть на живых.
Я вырезал себе четыре черепа с позвоночниками, которые злобно клацали челюстями, пытаясь укусить меня. Вернувшись к сгрудившейся компании охотников за сокровищами, я вручил всем, кроме крогана, по дубине крайне авангардной конструкции.
— Когда у вас кончатся патроны, можете лупить нежить вот этим. — Выдал я инструкцию по использованию.
— Похоже на член импотента. — Выразила своё экспертное мнение Трия. Позвоночник и вправду не желал держать форму и изгибался при приложении даже небольшого усилия.
— Только не вздумайте мастурбировать этой штукой. Кто его знает, что вы после этого родите? — Ответил я, глядя на Рину. Та в ответ только опять посинела. Видимо, у неё недотрах, усугублённый хронической девственностью.
— А мне почему такой штуки не дал? — Спросил меня кроган.
— А у тебя есть плазменный резак. Вон он, на тележке лежит. — Указал я на оборудование, которым саларианец так легко вскрыл дверь. — И я бы посоветовал вам направляться к выходу. Я насчитал почти четыре тысячи заполненных капсул стазиса. Если не поторопитесь, то зомбаки просто телами забьют дорогу к выходу.
— Да, давайте двигаться. — Осознала шаткость своего положения Трия. Первый шок прошёл, и она начала более трезво оценивать ситуацию.
Наша группа двинулась к выходу, расчищая себе путь. Расстреляв боезапас дробовика, кроган схватил резак и начал кромсать врагов в рукопашной. Две азари и саларианец залезли на тележку и использовали её в качестве средства передвижения. Заграждения впереди и сзади создавали хоть некоторую защиту от толп зомби, так что им удавалось оставаться в живых.
Я же шёл позади и с лёгкостью рубил напирающих мертвяков в капусту. Усиленный магией меч был всего семьдесят сантиметров длиной, но зато он располовинивал тела, не встречая ни малейшего сопротивления.
Через полчаса мы добрались до отверстия в стальной двери. Пробравшись в него, мы оказались в относительной безопасности. Кроган закинул через проём связку плазменных гранат, и раздавшийся взрыв на десяток секунд расчистил окрестности. За это время команда смогла поднять вырезанный кусок двери, вставить его на законное место, а потом заварить по периметру. Соединение было довольно топорным, но тупые зомби не способны были преодолеть подобное препятствие только с помощью грубой силы.
— Фух! Хорошо хоть у них не было оружия. — Выразил я свою мысль.
— Это потому что я обчистил весь арсенал. — Похвалился саларианец.
— Ты нашёл арсенал? — Удивился я.
— Да там всё равно ни одного рабочего экземпляра не было. — Оправдался тот.
— Ладно, потом покажешь.
— Отдохнули и хватит. — Взяла на себя командование Трия. — Идём наверх. И будьте настороже. Эти твари могли вылезти наружу.
Мы быстрым шагом направились вверх по лестнице, время от времени останавливаясь, чтобы перевести дух. Точнее, отдых требовался саларианцу, не привыкшему к подобным нагрузкам. По пути мы нагнали пару зомби, которых кроган раскромсал на куски с особым остервенением.
Пока мы выбирались наружу, я исследовал свой боевой трофей. Как оказалось, электроника в черепе и позвоночнике имела то же строение, что и компьютер в «кубе». При этом, астральная сущность Жнеца с лёгкостью входила во взаимодействие с микросхемами, при необходимости снабжая их энергией.
Добравшись до флаера, мы молча загрузились в него, после чего полетели к кораблю. О моём праве находиться на борту никто вопрос не поднимал, понимая, что самая ценная часть добычи находится у меня, плюс сила тоже на моей стороне. За время, пока кроган расправлялся с одним зомби, я успевал расчленить десяток. Так что никто не сомневался, что в случае конфликта я сделаю с ними то же самое ещё до того, как в меня успеют выстрелить.
На корабле Трия тут же загрузила своих подчинённых работой, а сама пригласила меня поговорить у неё в кабинете.
— Итак, ещё раз, кто ты такой, и что тебе от нас нужно? — Обратилась она ко мне.
Я тяжело вздохнул.
— Я Атман. Я тоже занимаюсь исследованием технологий Предтечей. Сюда меня доставил корабль, но я не уверен, что он вернётся за мной. Так что если вы доставите меня на какую-нибудь развитую планету или станцию, то будем считать, что вы оплатили мою информацию о положении базы Предтечей.
— А что насчёт компьютера Предтеч?
— А что насчёт него? Это мой трофей. Если будете хорошо себя вести, то я дам его изучить и даже лизнуть.
— Лизнуть? — Не поняла моей шутки Трия.
— Да. Я слышал, что азари очень любят лизать и сосать разные штуки.
— Что? Нахал! Извращенец! Маньяк!!! Впрочем, я не прочь пососать у тебя кое-что… Разденешься?
— Как-нибудь в другой раз. — Обломал я поползновения в свой адрес.
— Ну, тогда выметайся из моего кабинета. Попроси Трамта выделить тебе помещение.
Я мрачно посмотрел на хамоватую азари, а потом молча встал и вышел. Но направился я искать не крогана, а саларианца. Через пару минут я нашёл одного, но это был не тот саларианец, который был мне нужен.
— Привет. Не подскажешь, где Окрен? — Обратился я к нему.
— Этот заучка? Он скорее всего у себя в лаборатории. А ты тот самый человек, который заманил нашу команду в логово зомби?
— Точно. Заманил, ага. Они сами туда свою голову сунули. А всё жадность! Так где, говоришь, лаборатория находится?
— Пошли, я покажу.
Пока мы шли, я познакомился с ещё одним членом экипажа. Это был техник по имени Гаруш. С соотечественником у него отношения были не самыми лучшими. Окрен считал его примитивным механиком, а Гаруш в ответ называл его заучкой-теоретиком.
В лаборатории я присоединился к процессу изучения компьютера для стазис-капсулы. К счастью, Окрен любил объяснять окружающим всё и вся, так что для меня он стал бездонным источником информации по технологиям этого мира. Часов через десять мы изучили компьютер вдоль и поперёк, и я извлёк на свет его старшего брата — главный процессорный блок всей базы. Как оказалось, внутри блока управления капсулами был такой-же, только размером меньше сантиметра и без источника питания.
Мой трофей оказался куда более совершенным и сложным в техническом плане, но вместе с тем, из-за отличного технического состояния его изучение проходило куда быстрее. Нам удалось добраться до архивных записей, после чего мне стало более-менее понятно, что же произошло на базе.
Примерно через сутки после нашего возвращения на корабль, наш исследовательский марафон был прерван Риной, предупредившей нас об общем корабельном совещании. Пришлось мне продолжить исследования самому, а саларианец на час заснул, чтобы присутствовать на мероприятии со свежей головой. Для лягушек было вполне нормальным спать не более часа в день.
И вот, в назначенное время я вместе с Окреном зашёл в кают-компанию, где уже собрался весь экипаж. Помимо уже известных мне личностей тут присутствовал батарианец, сидящий в отдельном кресле.
— А это что за зверь? — Спросил я, указывая на него.
— Это Коркак Дан’Селас, батарианец. — Представил его Окрен.
— У вас батарианец в команде? Да вы сумасшедшие!
Я не стал развивать эту тему, а занял одно из кресел рядом с большим столом. Все присутствующие посмотрели на меня с удивлением, а жертва моей ксенофобии ещё и с ненавистью.
