Новая жизнь встретила зелёным морем, странным городом - с водой вместо улиц, ярким солнцем и новой наставницей госпожой Агнессой. Та выглядела и говорила очень сурово, но дочь великого герцога Аттилия сказала, что она - великолепный целитель. Впрочем, госпожа Агнесса проэкзаменовала Жакетту и осталась довольна, составила ей расписание и велела ещё добрать общеобразовательных предметов. И Жакетта была полна решимости со всем справиться - потому что это именно то, о чём она мечтала.
Антуанетта
Могла ли она подумать, как всё в итоге сложится?
О нет, не как в сказке, и не как в балладе. Никто не стоял перед ней на коленях, и не клялся в вечной любви. Но нужна ли она, эта вечная любовь? Его высочество был откровенен, и это оказалось ценнее красивых слов - потому что красивые слова могут не означать ничего.
А госпожа Катрин, прослышавшая про помолвку племянника, примчалась в Лимей, обняла Антуанетту и велела держать нос по ветру. И ещё о чём-то говорила с его высочеством, но он только улыбался и не сказал - о чём. Он теперь часто улыбался, прямо как отец Антуанетты в её далёком детстве. И она тоже училась улыбаться - в ответ.
Она рассказала Анри всё о своей жизни в замке Гастона де Во. Он отмахивался и говорил, что ему не важно, но - она заставила дослушать, и потом уже принимать решение о свадьбе. Анри выслушал, помрачнел и сказал - он этого так не оставит.
О том, что Г астон убит в поединке, при котором присутствовали его преосвященство Лионель, Орельен и Жиль де Роган, Антуанетта узнала от Анри через день. И заплакала от облегчения. Новый владелец Во, Готье, валялся в ногах у Анри и умолял оставить его в живых - мол, будет сидеть тише воды, ниже травы. И от семьи де Во Антуанетте была передана внушительная денежная сумма. Вместе с тем, что передал дядюшка Филипп, получилось очень приличное приданое, Антуанетта и мечтать о таком не смела.
Свадьба была скромная, в Лимее. Его преосвященство Лионель смеялся, что такая у него судьба - обвенчать эти три пары, имея в виду Анжелику, Саважа, Орельена, Жакетту и их с Анри. А Жакетта оказалась ещё и родственницей, племянницей графа Флориана! Все всем родственники в этом мире. Впрочем, Жакетта носа не задирала, а вела себя - как будто ничего не изменилось. Ровно, спокойно и с достоинством.
Антуанетта очень боялась ночи после свадьбы. Прямо - панически. Тряслась и только что не заревела от страха. И она никак не ожидала, что Анри не просто станет всё это терпеть, а ещё и возьмётся её утешать, уговаривать и рассказывать, какая она на самом деле замечательная. Красивая необыкновенной строгой красотой. Здравомыслящая. Нежная и очень трогательная. Только ради всех этих слов стоило оказаться с ним в одной постели!
А наутро он просто запретил входить к ним - кому бы то ни было, пока сами не выйдут. И
- никаких простыней, которые вообще сгорели в камине, никаких шуточек, ничего. На Саважа глянул, сощурившись, но тот не сказал ни слова, только усмехнулся. Орельену показал кулак, тот пожал плечами. Все прочие кузены просто где-то потерялись.
Анжелика и Саваж отправлялись в Фаро, и с ними - Орельен с Жакеттой. Анжелика обняла Антуанетту на прощание, велела не тушеваться при дворе, а когда из какого-нибудь запечного угла вылезет Офелия де Сансер - игнорировать её до последнего. А если никак не выйдет - звать её, Анжелику, она теперь знает и умеет ещё больше, и сделает так, что та сбежит и никогда не вернётся.
А поскольку Анжелика как-то перекроила причитающееся ей приданое и отписала Антуанетте тот самый замок Вилль, который был предметом торга между Анри и его дядюшкой Жилем - то Антуанетта вообще не знала, что и думать про Анжелику.
Впрочем, она собралась с духом и сказала:
- Анжелика, я вам очень благодарна.
- За что? - не поняла та.
- За всё, - улыбнулась Антуанетта. - Если бы не вы, то в моей жизни не было бы ничего хорошего.
- Да ладно, - отмахнулась Анжелика. - Проехали. Вы же сразу сказали, что моя дама, значит - младшая, значит, за вас надо впрягаться, если что. Я старалась, честно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Я... вряд ли я выглядела тем человеком, за которого хотелось... впрягаться.
- Знаете, какие у меня дома были родственники? Вот за некоторых из них я бы никогда не впряглась. А вы меня многому научили - про здешнюю жизнь, и большое вам за это человеческое спасибо. Ну и Анри с вами стопудово лучше, чем со мной. А мне - лучше с Саважем, чем с ним. И всем хорошо. Но если нарисуется Офелия и будет борзеть, вы, всё же, скажите, ок?
Анжелика как в воду глядела - Офелия появилась в тот день, когда Анри представлял Антуанетту, как свою супругу, их величествам и всем прочим. После всех подобающих слов они с Анри бродили по залу и здоровались со всеми, а потом мужа позвал его преосвященство Лионель - для чего-то там. Антуанетта беседовала с госпожой Гортензией, придворной дамой её величества Елизаветы, знакомой ещё по охотничьему дому, когда краем глаза увидела идущего к ней Анри и как по волшебству возникшую рядом Офелию. Сердце сжалось, но - ничего не произошло, Анри кивнул ей и пошёл себе дальше.
А потом она случайно стала свидетельницей разговора в прихожей её величества. Офелия пришла туда с каким-то поручением от королевы-матери, и столкнулась с Анри, который ждал Антуанетту. Офелия уже было бросилась ему на шею, но он так глянул, что её отнесло к противоположной стене.
- Я никогда не воевал с женщинами, и не хочу начинать. Не вынуждайте, госпожа де Сансер.
Прошёл к королеве, поклонился, забрал Антуанетту, и они отправились домой.
Анри
Его не опускало ощущение, что вокруг враги, расслабляться нельзя, иначе - получишь если не два болта в спину, как Саваж, но что-то вроде. И не будет рядом никого с порталом, чтобы доставить твоё бесчувственное тело в Фаро, где, может быть, спасут.
Раньше спину прикрывали друзья, теперь у всех у них свои пути. Нужно наживать новых, учить тех, кто ещё моложе, или - привлекать на службу каких-то приличных людей. Анри поделился бедой с Лионелем, но тот кивнул понимающе и сказал - ничего, образуется. Не всё сразу.
А пока - дела Лимея, дела кузена Шарля, и - часы с Антуанеттой. Чем больше он на неё смотрел, тем явственнее понимал, что - всё правильно, это та самая супруга, которая ему нужна. Она очень боялась, но он помнил предыдущий горький опыт и - был с ней. И это помогало. Просто подержать за руку, просто посидеть рядом, просто спросить, что случилось, и вместе подумать, как это решить.
И работало, чёрт возьми, оно работало.
Они с Антуанеттой, дядюшкой Жилем и Лионелем были на обеде у кузена Шарля. Тот рассуждал об очередной войне и спорил с маршалом Вьевиллем - мол, война нужна, она займёт умы всех, и подданные бросят драться из-за веры.
Это в столице было тихо - потому, что городская стража, потому, что здесь Вьевилли и кое-кто ещё. А за пределами творилось чёрт знает что - принц Марш решил, что раз он тоже кузен короля, то ему всё можно, и недавно взял штурмом четыре города последовательно. Маршал Вьевилль говорил, что начинать надо вот с этого, а потом уже думать о каких-то внешних войнах.
Три одинаковых кубка на круглом подносе принёс слуга - вашему величеству, и вашему высочеству с супругой, и поставил между Шарлем и Анри с Антуанеттой.
- Отлично, - сказал Шарль, взял ближайший, глотнул и закашлялся.
А потом захрипел, потерял равновесие и упал со стула.
Анри поставил кубок, который уже поднял было, и забрал третий у Антуанетты. Лионель звал слуг - перенести его величество в спальню, и господина Сен-Реми. А дядюшка Жиль внимательно обнюхал кубок короля, потом - кубки Анри и Антуанетты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Дулья, уважаемые родичи, - говорил-то он всем, а смотрел на Анри и Лионеля. - В двух кубках из трёх.
Привели слугу, который принёс поднос, и оказалось - что он получил строгие инструкции о том, как именно следует поставить поднос, но все три кубка были одинаковые, вот он и перепутал.
Очевидно, кое-кому не давал покоя факт, что Анри успешно женился и может, того и гляди, породить наследников.
