замолчал и, похоже, не собирался продолжать речь. Сармат вздохнул.
— Оно даже не фонило. Кольцеобразное облако, пара километров по окружности… Ещё одно локальное нарушение законов физики?
Хольгер покачал головой.
— Не локальное. Линкен воспроизвёл его. Дважды.
Гедимин ошалело мигнул.
— Дважды⁈
— И ещё два раза воспроизвести не удалось, — сказал Хольгер. — Видимо, дело в количестве ирренция. Конечно, окончательные выводы делать рано…
— Уран и торий! Сколько всего бомб вы там взорвали⁈ — Гедимин, не удержавшись, хлопнул по стенке автоклава. Липкая жижа, покрывающая её, брызнула во все стороны.
— Очевидно же, — хмыкнул Хольгер. — Четыре. Кратер Кармана выглядит теперь так, словно туда упал ещё один метеорит.
— Чтоб ему, — пробормотал Гедимин, сердито щурясь. — Никакой осторожности… Значит, эти кольца появлялись всякий раз, когда ирренция было…
— Две-три критические массы, — кивнул Хольгер. — При взрыве мощного «Теггара» такое кольцо тоже было. А вот «Гельт» ничего подобного не даёт. Видимо, весь ирренций выгорает раньше, чем покидает ловушку внутри бомбы…
— «Теггар», «Гельт», четыре «Та-сунгара»… — Гедимин поморщился. — Осторожнее там, ладно? Трудно будет работать на Луне, развалившейся на куски.
Хольгер хихикнул.
— Я так и говорю Линкену, — кивнул он. — Перед каждым испытанием. Могу прислать его сюда — повторишь ему это лично. Так или иначе — кольца реальны, связаны с непрореагировавшим ирренцием… и очень трудноизучаемы. Даже Линкен не рискнул ещё раз сунуть руку в кольцо.
— Сканер, — напомнил Гедимин, по привычке прикоснувшись к правому запястью и болезненно сощурившись. — Дроны. Сигма-излучение. Не надо повторять за мной каждый идиотский поступок.
Хольгер развёл руками.
— Ничего идиотского в исследованиях нет, атомщик. А что до сканеров… Кольцо непрозрачно даже для сигмы.
Гедимин замигал, недоверчиво посмотрел на Хольгера — тот спокойно встретил его взгляд и кивнул.
— Именно. Третья в мире структура, после сверхуплотнённого защитного поля и ипроновой пластины, непрозрачная для сигмы. Я попробовал бы воспроизвести её в лаборатории — но где же взять такую лабораторию?..
23 августа 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
— Куда⁈ — послышалось у входа в отсек, едва ворота приоткрылись. Гедимин, удивлённо мигнув, обернулся.
— Ты сам разрешил, — остановившись на пороге, напомнил сердитому медику Линкен.
— Скафандр сними, — буркнул тот. — Куда ты ломишься в броне⁈
Дверь закрылась. Гедимин еле слышно хмыкнул.
Линкен вошёл через пять минут, сердито фыркая, но при виде Гедимина широко ухмыльнулся и сгрёб его в охапку.
— Ну? Долго ещё тебя тут продержат? — нетерпеливо спросил он. Голос его звучал сдавленно — Гедимин ответил на его объятия, не сдерживаясь, и если бы кости сарматов не прошли модификацию, дело кончилось бы множественными переломами.
Ремонтник выпустил Линкена и пожал плечами.
— Я здоров. Не знаю, чего им от меня надо.
— Ясно, — сердито сощурился Линкен. — Поговорю с Ассархаддоном. Это уже пахнет саботажем, если не диверсией…
— Ты в себе? — Гедимин, вскинувшись, заглянул ему в глаза. — Забыл, как он обычно реагирует?
Линкен вздохнул.
— Ты очень нужен нам, атомщик. Я не хочу никаких расстрелов, но если ты не выберешься до сентября…
Он развёл руками.
— Зачем я вам? — удивлённо мигнул Гедимин. — Испытания и так не прекращаются. Константин всё рассчитывает…
Линкен отмахнулся.
— Ну да, Константин… Ассархаддон планирует окончательные испытания для «Та-сунгара». В поясе астероидов. Нужно, чтобы рвануло в полную силу.
Гедимин снова мигнул.
— В поясе астероидов? На глазах у всего Марса, Цереры и Весты? Он там в себе?
— Всё рассчитано, атомщик, — отмахнулся Линкен. — И Марс, и Церера будут далеко. Разве что заметят что-нибудь со спутников Юпитера… но им обычно не до космоса. Сделай мне хорошую бомбу, атомщик. Покажи, как взрываются планеты!
01 сентября 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката»
Измерять шагами личный отсек было неудобно — Гедимин даже разогнаться не успевал, как упирался в очередную стену. Можно было выйти наружу, в вестибюль, но метаться, как зверь в клетке, на глазах у охранников, сармату не хотелось. Он сердито сощурился и снова выглянул за дверь.
— Я в комбинезоне. Хольгер ходит так по всей базе. Отвези меня в лабораторию!
— Нельзя, — отозвался Стивен; он старался говорить ровным голосом, но не мог скрыть, что очень доволен происходящим. — Приказ — оставаться здесь.
— Приказ… — Гедимин стиснул зубы и опустился на матрас. «Чтоб им всем, с их приказами…»
За дверью послышался тихий гул погрузчика, сердитые возгласы охраны и громкие хлопки.
— Разрешение! — крикнул Стивен. — У меня нет приказа…
Погрузчик остановился.
— Вы нуждаетесь в отдельном приказе? — ласково осведомился Кумала.
Гедимин, вздрогнув, рывком поднялся с матраса и распахнул дверь. За спинами поспешно расступающихся охранников он увидел малый робот-погрузчик. Кумала сидел рядом с водителем. Увидев Гедимина, он широко улыбнулся и похлопал ладонью по непрозрачному чехлу из белого скирлина.
— Всё готово, Гедимин. Забирайте!
Сармат вскочил на платформу и сдёрнул чехол. Плотный скирлин с треском лопнул, оставив в руках Гедимина длинные обрывки. Тот сердито отбросил их и склонился над скафандром. Иссиня-чёрная броня снова блестела, совершенно целая, от шлема до четырёхпалых сапог. Гедимин взялся за правый «рукав», сдвинул в сторону пластины и посмотрел на тёмный экран нового смарта.
— Новейшая модель, — сказал Кумала, забравшись на платформу с другой стороны. — Я заменил энергогенератор. Теперь он работает на ирренции. За качество, увы, не отвечаю, — личное творчество Хольгера Арктуса…
Гедимин изумлённо замигал.
— Хольгер сделал новый анализатор⁈
Он вскрыл корпус, затаив дыхание, заглянул внутрь. Миниатюрный генератор был заключён в золотистую оболочку — рилкар, проложенный ипроновой фольгой, предельно
