– А ещё, знаешь… я буду скучать.
И быстро направилась к дому. Сарафан водоворотом закручивался вокруг ног, подчёркивая кругленькие соблазнительные формы, хвостики обвитых вокруг головы косичек задорно подпрыгивали на каждом шагу. Лис только покачал головой. Замечательная девушка Алиша. Хозяйственная, старательная. Ну, ничего, вот вернётся он из Города и попросит так-таки фенечку из кос. Хватит уже тянуть.
* * *
Выезжать принято было в ночь – чтобы с утра оказаться в Городе, потому дорога большей частью не запомнилась – Лис дремал. Однако на подъезде он всё-таки проснулся, покрутил головой, осматриваясь. Старенький грузовичок неторопливо, будто ощупывая пространство, летел вдоль старой дороги, почти полностью скрытой под зарослями ползучей травы. Вокруг тёмной стеной стоял лес, глубоко погруженный в марево белёсого тумана. Впереди бледным заревом светился Купол – граница между Городом и окружающим миром.
– Ништо, парень, – протянул Михей, покосившись на проснувшегося Лиса. – Скоро прибудем, малёхонько совсем осталось…
Когда они подошли к Ограде и нырнули в чёрный зев Заставы, похожий на раззявленную пасть громадного зверя, то клочья тумана ещё некоторое время пытались следовать за ними. Тащились за машиной, ластились к ней, но постепенно всё-таки отстали. Михей ещё какое-то время продолжал двигаться вперёд, потом остановился, выключил фары, пробормотал:
– Ждать, однако, надо. Сперва нас наверх утянут… Потом проверка… Коли пройдём – то всё, считай в Городе…
– А что за проверка? – спросил Лис.
– Боятся, кабы мы каку гадость им не занесли. Ты, главное, не дёргайся там. Уж терпи как можешь…
Лис, не очень представляя, что его ждёт, неопределенно пожал плечами. Мрак, сгустившийся в тоннеле после выключения фар, постепенно начал приобретать сероватый оттенок. По бокам выступили стены, покрытые кустиками мха-столетника, загорелись точки светляков, неторопливо пролетела ночная бабочка-крысоедка.
– А говорили, что в Городе живности нет… – пробормотал Лис, рассеянно следя за неторопливым взмахом крыльев хищницы.
– А это и не Город ещё, это Коридор, – ответил Михей. – А в Городе – да, нет никого. Не любят там, вишь, живности-то. Они бы и нас не пускали, да ведь без продуктов не обойтись. А нам своя выгода – с ихними машинами-то как-никак легче…
– Дядька Михей, а как всё так вышло? Мы – отдельно, они – отдельно? – полюбопытствовал Лис.
– Дык никто уж и не знает толком… Издавно так повелось…
Михей то ли нервно, то ли зябко передёрнул плечами. Лис решил, что придётся довольствоваться этим неопределённым ответом – не любил дядька Михей пространные рассуждения. Но тот, видимо, чтобы скрасить ожидание, не очень охотно, но заговорил снова:
– Сказывают, перед самым началом Катастрофы, энти, городские, спряталась под своим Куполом, за Оградой, то бишь. Там всё и пережили. Вот с тех пор и боятся наружу выходить. А мы здесь остались. И ничего, живём себе спокойненько. И раньше жили, и дальше будем жить…
Про Катастрофу Лис почти ничего не знал. Смутно помнилось, что о ней рассказывал дед. Вроде произошла она в незапамятные времена. Много живности и людей тогда погибло, а те, которые выжили, стали сильно другими… Но как, почему всё это произошло? Лис уже собрался спросить об этом дядьку Михея, но не успел – зашуршало, зашумело, и на прозрачный купол грузовичка обрушился ливень. «Дождь? Откуда в пещере дождь?!» – Лис встревоженно заозирался.
– Не боись, парень, – успокоил его дядька Михей. – Это они чистят нас так.
Струи лились резко, густо, сильно и полностью закрыли обзор. И вдруг прекратились так же неожиданно, как начались. Взглянув за окно, Лис разинул рот – светлячки уже не мерцали на стенах, мох-столетник, которому вроде бы всё нипочем, скрутился и пожух, а на полу лежала почерневшая, будто сожжённая огнём, крысоедка.
– Отрава какая-то… А, дядька Михей? – пробормотал поражённый Лис.
Ответить Михей не успел – грузовичок, влекомый неведомой силой, вдруг резко взмыл вверх. Не успел Лис и ахнуть, как они оказалась в другом помещении – совсем малюсеньком – не больше Лисова сарайчика за домом.
– Ну всё… Сейчас последнее… – Михей глубоко вздохнул и нажал кнопку. Непробиваемые стёкла грузовичка, проткнуть которые не могла бы и огнёвка в период гона, медленно поползли вниз.
– Зачем?! – возмутился Лис.
– Ничё, ничё… Всё путём… Ты потерпи, щас самое сложное будет…
Дядька Михей нервничал. Почему? Переспросить Лис не успел. Ближайшая к нему стена вспучилась бутоном, бутон вытянулся, дёрнулся и лопнул. Лепестки разлетелись рваной розеткой, а из влажной глубины выглянул что-то чёрное, гибкое, длинное. «Змеёвка! – понял Лис. – Бежать!» Он рванулся к двери.
– Спокойно, парень! – схватил его за локоть Михей. – Не шевелись, они это не любят!
Лис вжался в сиденье. Нечто, так похожее на змеёвку – страшную зверюгу, способную вытянуть из человека все соки, – всё росло и росло из стены. Вот стебель дотянулся до окна, ощупал проём. Лис скосил глаза – утолщение на конце стебля заканчивалось мелкими шевелящимися ворсинками.
– Тихо, тихо, – бормотал рядом Михей. С его стороны тоже тянулось, росло, продвигалось страшное щупальце. – Им проверить надо… Ты только не дёргайся.
Лис и не дёргался, он просто замер, мёртвой хваткой вцепившись в сиденье. Ворсинки нежно коснулись подбородка, пощекотали, двинулись вверх по щеке. Лис закрыл глаза. Как ни странно, сейчас прикосновения казались даже приятными. Ворсинки были тёплыми, мягкими и чем-то похожими на Марыськин мех. Пуховки пробежали по лбу, взъерошили волосы, пощекотали шею и… исчезли. Лис приоткрыл глаз. Потом другой. А что, ничего страшного. Зря все так боятся этого контроля Города, ничего такого особого. Лис покосился на Михея: тот всё ещё сидел, вжавшись в сиденье и крепко зажмурив глаза.
– Михей, – позвал его Лис. – Всё уже? Или ещё чего будет?
Михей разжмурился, повертел головой.
– Ииииих! Убрались! – забормотал он, вытирая рукавом лоб, покрытый испариной. – Ну, сейчас всё, парень. Прошли, значить. Ух! Ну, щас всё. Щас, значить, нас пропустят.
И действительно, стена впереди налилась серебристым светом, будто вода в озере в безветренную погоду. А потом, к удивлению Лиса, взяла и поползла в сторону. Михей тронул ручку управления, грузовичок фыркнул, дрогнул и медленно вплыл в открывающийся лаз.
* * *
Ангар, громадный, как поселковое поле, был почти пуст. Где-то в необозримом далёке виднелись странные механизмы непонятного назначения. В передней стене на большом расстоянии друг от друга просвечивали прозрачные проемы. Двери? Над головой возвышался купол, светящийся мягким рассеянным светом. «Будто небо», – подумал Лис, задирая голову вверх. И тут же пошатнулся, чуть не сбитый с ног снующим вокруг грузовика Михеем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
