Читаем без скачивания Смутное время (фанфик Neon Genesis Evangelion) - Dron

    - Ясно. – Кристофер откинулся на своем кресле. Посмотрел в никуда. Вздохнул, поморгал и собрался вновь. – Ремонт Лифта 8?

    - Ремонтники пашут круглые сутки. Даже спят в обнимку с инструментами. – устало доложила Екатерина, только что поднявшаяся на их уровень. – Клянутся, что управятся в недельный срок. Умоляют выделить им дополнительную технику для расчистки завала.

    - Я не волшебник… – Кристофер забарабанил пальцами по подлокотнику. - Чего еще у нас плохого?

    - За ночь количество умерших выросло на…

    - Не надо, Кэт. Я лучше почитаю отчет.

    - Медикаменты на исходе. Врачи валяться с ног. А эти уродам из правительства хоть бы хны. Все просьбы о помощи уходят в астрал. – Кэт пнула воображаемый мяч.

    - А зачем им помогать? Надписи на мемориальной доске принесут гораздо больше пользы. И не сболтнут лишнего. – философски проговорил Кристофер. – Нам по тридцать с гаком лет, Кэт. Давно пора становиться циниками.

    - Родной папуля говорил мне тоже самое. Я не послушалась и оказалась здесь. Тогда Новый NERV-Япония казался тихим болотом. Отличное место для ссылки непутевой дочки, не умеющей держать язык за зубами. Ух, как я тогда разозлилась… – с усталой иронией усмехнулась Кэт. Усмехнулась над собой.

    - Жалеешь? – грустно улыбнулся Кристофер.

    - Нет. Нисколечко. – улыбнулась в ответ Кэт.

    Лучшего ответа и быть не могло.

    - Где? – Кэт покосилась в сторону пустующего кресла господина командующего Торанаги.

    - Срифмовать? – поморщился Кристофер.

    - Мда… Уважительная причина.

    Командующий Ёси Торанага сразу после окончания боя скрылся в известном направлении – ковер его хозяев из Токио-2. Отправился он за наградой или за позорным столбом неизвестно. Вообще ничего не известно. Что произошло в мире, к чему привела их победа? Командование JSSDF, в ответ на запросы, велело ждать у моря погоды, категорически запретив покидать расположение базы. Правительственные новостные сети делали вид, что ничего не произошло. Официальный Токио-2 безмолвствовал. Связь с Интернетом городу отрубили еще до атаки Филиалов.

    Единственной реальной ниточкой, все эти три дня связывающей Геофронт с внешним миром, был маршрут, по которому из развалин доставляли раненных. Военные и спасатели делились известиями крайне неохотно, да и знали они не намного больше персонала NERV. Но по тем крохам, что удалось собрать, умные головы сделали вывод – в японском правительстве царит разброд и шатание. Похоже, никто из власть имущих не верил всерьез в саму возможность Победы, и теперь, после боя, они не знали, что с ней, родимой, делать. Военные бодаются с промышленниками, радикалы грызутся консерваторами, правящие либерал-демократы, по традиции, получают пинки со всех сторон. Каждый пытается представить нападение Филиалов, как фатальную политическую ошибку своих врагов, а победу в бою - как великое личное достижение.

    Новый NERV-Япония замер в тревожном ожидании. Что день грядущий нам готовит?

    День нынешний ознаменовался затягивающимся периодом безвластия. Отъезд господина Торанаги остался практически незамеченным. Его авторитет, как командующего, упал ниже плинтуса. И продолжал падать. Немногим пришелся по душе его героический порыв взорвать Геофронт вместе со всем персоналом. Не те нынче времена. Следующим по старшинству в иерархии NERV оказался майор Кристофер Уоллес. Его рейтинг популярности был существенно выше, но Крис понимал, что его власть ограничена командным центром.

    Зато все чаще в столовых и курилках произносилось имя "Икари Гендо". Его одновременно панически боялись и превозносили до небес.

    - Крис, начальник группы обслуживания обещает сделать харакири.

    - Я его понимаю.

    Войска JSSDF окружили Еву-02 сплошным кольцом обороны. Не подпускали никого. Включая законных владельцев. Только после длительных и унизительных уговоров, Крису удалось добиться разрешения на допуск группы обслуживания. Ребята круглые сутки поливали раны Евы химикатами, пытаясь остановить некроз тканей, но прогноз оставался неутешительным. Или полноценной лечение, или списание на свалку. А если в течение ближайшего месяца не вернуть Евангелион в родной резервуар с питательным раствором, то героический Красный Гигант тупо умрет от голода.

    Вся надежда на расторопность ремонтников Лифта и щедрость военных – по зарез требовалась помощь с транспортировкой многотонной громадины.

    - Господин майор! Говорит дежурный офицер тюремного блока. Докладываю: у подозреваемого Осимы Хироси странная гостья. – пришло неожиданное сообщение по внутренней связи.

    "Хироси? А, бывший зам. начальника полиции. Мистер Марионетка" – встрепенулся Крис.

    - Пожалуйста, подключитесь к камере наблюдения. – и, прежде чем майор успел сказать хоть слово, связь прервалась.

    - Он явно чего-то боялся. – уверенно сказала Кэт.

    - Сейчас проверим. – Крис вызвал на экран терминала изображении тюремной камеры. – Что?!

    У них одновременно отвисли челюсти.

    Все, как обещал Икари-старший – охранники, без единого вопроса, сначала пропустили Айони на территорию тюремного блока, потом открыли для нее камеру, чей номер был записан на блокнотном листке.

    Номер 237.

    За тоскливой железной дверью оказалась тесная одиночная конура без окон. В углу унитаз, у стенки топчан. И все, ни стола, ни стульев. Почему, стало понятно при взгляде на заключенного – он сидел на топчане в смирительной рубашке и обмотанной чем-то толстым и мягким головой.

    "Ой блин… Он буйный?!" – Айони наскоро соображала, что делать дальше. С какой стороны подходить? Допросы подозреваемых она видела только по телевизору.

    - Здравствуйте, господин Осима. – осторожно поздоровалась девушка.

    У заключенного словно включилось питание. Он механически дернул головой и выдал ровным, замогильным голосом:

    - ПОДИ ПРОЧЬ, ИНКВИЗИТОР. У МЕНЯ НЕТ СЛОВ ДЛЯ ТЕБЯ. – лицо его казалось фарфоровой маской, которую надел кто-то другой.

    "Начало интересное… А если так?"

    - Как вы меня узнали, господин Осима? – с улыбкой спросила Айони.

    - ПО ГЛАЗАМ УЗНАЕШЬ ЕЕ, ГУБИТЕЛЬНИЦУ. ПО СЛОВАМ УЛИЧИШЬ ЕЕ, ОБМАНЩИЦУ. ПО ДЕЛАМ ПОЗНАЕШЬ ЕЕ, ВРАГА ВСЕХ ЛИЛИМ. ГЛАЗА ЕЕ – БОЛЬ. СЛОВА ЕЕ – ЯД. ДЕЛА ЕЕ – СМЕРТЬ. НЕОПЛАКАННОЕ ПЛЕМЯ ВЗЫВАЕТ К ОТОМЩЕНИЮ. – нараспев продекламировал заключенный.

    - Неоплаканное племя? – Айони медленно и плавно двигалась вдоль топчана. Голова заключенного поворачивалась ей в след. Девушку охватил хорошо знакомый азарт охоты.

    Охоты за ответами.

    - БЛАГОСЛОВЕННОЕ ПЛЕМЯ ГЕНИЕВ. СВЯЩЕННОЕ ПЛЕМЯ МУДРЕЦОВ. БЛАЖЕННОЕ ПЛЕМЯ ПОЗНАВШИХ СУТЬ. ИХ ИСТЕРЗАННЫЕ ДУШИ ПРОКЛИНАЮТ ТЕБЯ, ИНКВИЗИТОР. И МЫ, НАСЛЕДНИКИ, КЛЯНЕМСЯ ЗА НИХ ОТОМСТИТЬ.

    "Религиозный бред? Или нет?"

    - Вы ошибаетесь, господин Осима. Я не уничтожала никаких племен. – Айони посмотрела заключенному в глаза. В них была пустота.

    -ТЫ ЗАБЫЛА СВОИ ГРЕХИ, НО МЫ ПОМНИМ. НЕТ И НЕ БУДЕТ ТЕБЕ ПРОЩЕНИЯ, УБИЙЦА.

    "Узелок на память – вытрясти информацию из господина Икари… А заодно…"

    - Господин Осима, что вы думаете об Икари Гендо?

    -ПРЕДАТЕЛЬ, КЛЯТВОПРЕСТУПНИК, ЕРЕТИК. ОН ОТКРЫЛ ТЕБЕ ПУТЬ И ОТВЕТИТ ЗА ЭТО. ИМЕНЕМ ЕДИНОЙ ДУШИ ЛИЛИМ, ИЗЫДИ!

    - Разговор зашел в тупик. – с сожалением вздохнула Айони. Она уже не улыбалась. Опять придется применять силу. – А я хотела решить дело миром.

    Заключенный захохотал, страшно, протяжно, совершенно не по-человечески:

    - ТЫ ОДНА, НАС – ЛЕГИОН! Я ТЕБЯ НЕ БОЮСЬ! ДА ИЗМЕНЬТЬСЯ МИР! ДА ИСЧЕЗНУТ СТРАДАНИЯ! ДА БУДЕТ ВЕЧНА МУДРОСТЬ СТАРЦЕВ!

    "Сказать ему, что его старцы гниют в земле или пожалеть бедного идиота? Пожалуй, второе… Проклятье, ну почему я должна копаться в этой грязи?! Ладно, спокойно… Спокойно… Сосредоточиться…"

    Айони резко сорвалась с места, молнией скользнув за спину заключенному.

    От экрана терминала повеяло холодом и первобытным ужасом. Кристофер и Екатерина, потеряв дар речи, смотрели, как Айони сжала виски подозреваемого руками. Она закрыла глаза, а у мужчина, наоборот, глаза грозили вылезти из орбит. Динамик взорвался безумным, животным воем из широко раскрывшегося рта.

    Подозреваемый бился в конвульсиях, как наркоман во время ломки, однако голова его при этом оставалась неподвижна, словно тисками сжатая ладонями девушки. Сама Айони выглядела страшно: черный плащ казался сгустком мрака, резко контрастирующим с ее бледным, застывшим, ледяным лицом.

    Кристофер прохрипел что-то неразборчивое и бегом сорвался с места. Екатерина бросилась следом.

    Когда красный, запыхавшийся Кристофер, а пару секунд спустя и Екатерина, ворвались в камеру, все уже закончилось. Айони стояла в сторонке и с брезгливым выражением на оттаявшем лице вытирала руки платком. Майор рванулся прямо к ней, собираясь, как минимум, влепить качественную пощечину.