Как в тот раз…
Я не различал уже, что передо мной – грозовая туча или скала. Вдруг ветром меня отнесло к горам?
– Вейриш! – донесся до меня крик Фергии. – Летите прямо! Кажется, я разобрала, что это!
Я и сам понимал, что бросаться из стороны в сторону нет смысла. Крылья отказывались держать – лечь бы на восходящий поток и воспарить над бурей, только не было подходящего ветра! Пустыня все же не море, воздушные массы движутся совсем иначе…
Приземлиться, что ли? Разбиться тут не обо что, скал быть не должно, а песок… ну, пропашу я носом пару барханов, не сдохну! И Фергия, надеюсь, удержится. А если нет, я ее потом подберу…
Это все были лишние мысли, лишние и глупые, потому что я не хотел думать о главном: проклятие вновь нагнало меня. А вернее того – подстерегло, потому что я не спросил Аю, а послушал Фергию и рискнул лететь!
Могучий вихрь подхватил меня и потянул вверх – хотел закружить и ударить оземь, но я успел вывернуться. Звезд вовсе не было видно, нигде, и землю я тоже не различал. Туча встала передо мной непреодолимой стеной, навалилась на меня чудовищной свинцовой тяжестью, сковала крылья… А воздух уже не держал, его не было вовсе, я даже не мог вдохнуть, и…
– Вейриш, чтоб вас джаннай поимел! – расслышал я вопль и ненадолго очнулся. – Опять ваши видения, что ли?! Летите прямо и вверх, и не вздумайте сворачивать, слышите? Слышите меня? Дайте знак, если да!
Я выдохнул – жалкие язычки пламени мгновенно угасли в непроницаемой тьме.
– Тогда вперед! – Фергия так вонзила каблуки мне в бока, что я невольно взревел, и пламя вырвалось само собой. – Вот, уже лучше… И не бойтесь, Вейриш, я же с вами! Там есть что-то впереди, но оно такое зыбкое, что я никак не разберу, в чем дело… надо подлететь поближе, понимаете?
Еще бы я не понимал…
– Это в ваших интересах, – добавила она и снова дала мне шенкелей. – Хватит метаться, как ночной мотылек возле лампы! Вы дракон – так порвите эту дрянь на лоскуты!
Сказать, что мне было страшно, значит ничего не сказать. Что, если дыхание снова оборвется, молния найдет цель, и земли достигнет только кучка обугленных костей? Что, если я не смогу миновать грозовой фронт, которого даже не видел толком, лишь ощущал, и то смутно?
Но ощущал ведь! И Фергия была права: он старается захватить меня, задушить в объятиях, но если взять выше, и еще выше и не останавливаться, то он, быть может, не успеет перехватить нас…
– Это видите только вы, Вейриш! – прокричала она. – Передо мной чистое небо, луна и звезды! Поднажмите!
«Невидимая преграда, – вспомнил я, – та, о которую разбивались наши женщины, а их спутники ничего не замечали… Так может, если не смотреть, то…»
Это как в детстве: если зажмуриться покрепче, когда дедушка рассказывает страшные сказки, то чудовища тебя не заметят и не сумеют схватить.
Очень глупо – летать с закрытыми глазами, но я рискнул. Главное – непрестанно забирать вверх, а то я этак и сам превосходно разобьюсь…
«Вокруг ничего нет, – твердил я себе, пытаясь дышать пустотой и на нее же опираться крыльями, – проклятие действует на твой разум, не на тело! Так вообрази взамен этой неодолимой тучи чистое небо, о котором говорила Фрегия, – и лети!»
Не знаю, сколько я боролся с тучей… или сетью, но вдруг смог вздохнуть полной грудью, и крылья расправились сами собой.
Я оказался так высоко, как редко забирался прежде – разве что приходилось перелетать через горы, а я не каждый день таким занимаюсь. И здесь было пусто, просторно, ясно… И клятая туча клубилась внизу, пытаясь отрезать мне дорогу назад. Но теперь, когда я распознал ее норов…
– Вейриш, я околею сейчас! – рявкнула Фергия. А я-то думал, что это такое вибрирует у меня на хребте? Даже приятно, к слову… – Ныряйте скорее вниз!
«Неужели волшебница не может согреться?» – хотел я спросить, но не мог. Вдобавок, знал ответ: Фергия наверняка удерживала странную тучу как можно дальше от нас обоих, а на это требовалось много сил. С другой стороны, она ведь хотела рассмотреть эту пакость поближе, а лучше того – изнутри… что мы и проделали, к слову. Налюбовалась, надо полагать.
Что толку спорить? Я лег на левое крыло и скользнул вниз, стремясь поскорее достичь земли. Проклятый оазис был совсем близко…
Глава 15
– Вот это было дельце! – проговорила Фергия, растирая щеки и уши – они яростно пламенели. – Ух! Даже зимой на Севере холод не такой… Вы не замерзли, Вейриш?
– Я немного горячее человека, – деликатно заметил я.
– Тогда вы должны сильнее ощущать перепад температур, разве нет?
– Я бронированный.
– А что ж так дергаетесь, когда я вас пришпориваю?
Я не нашелся с ответом. Ну как объяснишь, что жару и холод я чувствую совершенно иначе, нежели пинок под ребра?
– Страшно было? – негромко спросила Фергия, сунув мне фляжку.
– Невыразимо, – подобрал я подходящее слово.
Хотелось забыть этот кошмар, как… как… Просто – забыть!
– Но вы все-таки сумели прорваться.
– Без вас не смог бы.
– Что ж, запишем этот скромный долг жизни на ваш счет, а пока вернемся к текущим проблемам, – потерла руки Фергия. – Например, попытаемся понять, где мы очутились.
– Как это – где?..
Я наконец-то посмотрел по сторонам и понял, что это место совершенно не похоже на Проклятый оазис.
Кругом лежали пески, а мы стояли у подножия невысоких скал: такие попадаются иногда в пустыне. Наверно, в незапамятные времена там высились горы, но неумолимые ветра и песок источили несокрушимую плоть гигантов, и теперь над барханами маячат лишь причудливые каменные столбы, а кое-где прячутся лабиринты вроде этого.
– Я же правил домой, – выговорил я, когда до меня дошел ужас нашего положения. – Я летел по звездам! Но…
– Но существенно промахнулись, – заключила Фергия, посмотрев на небо. – Интересно, как так вышло? Я тоже думала, что мы движемся в нужном направлении. Вон он, ваш Дракон, подмигивает… Если я еще не разучилась ориентироваться по небу и прикидывать расстояние, то унесло нас ох как далеко!
– Проклятие поработало?
– Другого объяснения у меня нет, так что примем это за рабочую версию.
– Но туча ведь осталась далеко внизу, – сказал я. – А потом меня подхватил попутный ветер, и я не сомневался, что лечу к Адмару!
– Ага, только мы были на такой высоте, что этот ветер швырнул нас, может, и в нужную сторону, только слишком
