— Чем могу помочь? — спросила Франческа, окидывая мужчину пристальным взглядом.
— Добрый день, мэм, — дружелюбно поздоровался он. — Я пришел, чтобы передать вот это Лоретте Симмонс. Надеюсь, она здесь живет?
— Кто вы? — не сдавалась Франческа.
— Меня зовут Билл Пейс. Лоретта работает у меня в фирме.
— А я работаю у Лоретты в доме, — перефразировала его слова Франческа. — Вы говорите прямо как адвокат.
— Полагаю, это оттого, что я действительно адвокат. — Он замолчал и улыбнулся. — Итак, я попал по адресу?
— Да, — кивнула Франческа. — Однако у нас в доме грипп. Может быть, вам не стоит рисковать… Боже мой! Держитесь!
Сильный порыв ветра взметнул в воздух целую тучу снега. Франческа открыла дверь шире:
— Заходите поскорее, а то, глядишь, вас унесет ветром.
— Благодарю вас, — сказал Пейс, поспешно проходя в дом.
Как только он зашел, Франческа внимательно рассмотрела его. Примерно того же возраста, что и она, он имел приятные черты лица и такие же, как у нее, живые голубые глаза. Конечно, время оставило следы на его внешности, однако глубокие складки на лбу и лучистые морщинки вокруг глаз, по мнению Франчески, служили признаком, скорее, обеспеченной жизни, нежели житейских невзгод.
— Итак, мистер… не повторите ли ваше имя?
— Пейс, — ответил он. — Прошу прощения, а как зовут вас?
— Франческа Кампаниле.
— Какое красивое имя, — заметил он.
— Благодарю, мне оно тоже нравится, — отозвалась Франческа, польщенная его словами. — Я присматриваю здесь за детьми.
— Им очень повезло, — произнес Пейс. — Как себя чувствует Лоретта?
— Не сказать хорошо, — ответила Франческа. — Сейчас она спит. Надеюсь, не надо будить ее и сообщать о вашем визите?
— Нет, нет. Я зашел буквально на минуту, — возразил Пейс, принюхиваясь к восхитительному аромату из кухни. — Гм-м, у вас так вкусно пахнет, что же вы готовите?
— О, всего лишь томатный соус к обеду.
Пейс кивнул.
— Я сразу узнал этот запах, как только зашел, — грустно сказал он.
Франческа присмотрелась к нему и с пониманием улыбнулась. Указав на коробку, она сказала:
— Может, занесете продукты на кухню, а я вам дам попробовать соус.
— От такого предложения невозможно отказаться. — Глаза Пейса засветились радостью, и он последовал за ней.
— Присаживайтесь. — Она выдвинула стул и взяла у него коробку. Поставив коробку на стол, она начала выкладывать ее содержимое. — Как изумительно пахнет хлеб, — заметила Франческа, глубоко вдохнув. — Что там еще?
— Там куриный суп с салатом эскариоль, — пояснил Пейс, снимая пальто и усаживаясь за стол. — Еще котлеты из телятины и овощи. Я все это купил по пути сюда у «Анджело на Холме».
— Сколько лет я не была в этом ресторане! — всплеснула руками Франческа. — Мы с мужем и детьми частенько захаживали туда.
— Одно из самых любимых моих мест, — признался Пейс.
Франческа убрала все упаковки в холодильник, оставив только хлеб.
— Вы очень внимательный начальник, — заметила она.
— Знаете, — пожал плечами Пейс, — я подумал, свежий суп точно не помешает больной, а мясо и овощи помогут ей сэкономить силы и избавят от необходимости готовить ужин для детей. Я ведь не знал, что они в таких надежных руках.
— О, не беспокойтесь, — заверила его Франческа. — Ничего из вашей еды не пропадет.
Франческа отрезала кусок хлеба, разделила его на две части и положила на тарелку. Сняв крышку с кастрюли, она зачерпнула полный половник булькающего густого соуса, вылила его прямо на порезанный хлеб и поставила тарелку с дымящимся кушаньем перед Пейсом, не забыв положить рядом салфетку.
Не медля ни секунды, Пейс отломил кусочек хлеба, положил его в рот и закрыл глаза от наслаждения.
— О-о-о, — протянул он с довольным видом, — это пробуждает во мне столько воспоминаний.
Франческа с неподдельным интересом следила за ним. От нее не укрылись его хорошие манеры и то, какими непринужденными движениями он отламывал хлеб и обмакивал его в соус.
— Мм, как мне нравится острый перчик пепперони.
— Я добавила туда совсем капельку, — удивилась Франческа и, прищурившись, посмотрела на него. — Знаете, для янки вы очень хорошо разбираетесь в итальянской кухне.
Пейс оторвался от тарелки и улыбнулся:
— Я не настолько янки, как вы думаете. В свое время моя мать прекрасно готовила, да и жена тоже.
В его голосе прозвучала грустная нотка. Франческа мельком глянула на его безымянный палец.
— Так ваша жена любит готовить?
— Любила. Она скончалась несколько лет назад.
— Простите, я вам сочувствую. А как дети?
— У нас нет детей. Племянников и племянниц сколько душе угодно, но они давно выросли. У меня есть брат, но он недавно переехал в Феникс. Моя сестра с мужем осели во Флориде. — Он покачал головой. — Теперь не то что прежде, люди то и дело переезжают с места на место.
— Точно как и в моей семье, — подтвердила Франческа. — Все разъехались по свету. Что тут поделаешь?!
— Ничего не поделаешь, — согласился Пейс, рассеянно вертя обручальное кольцо на пальце. — Забавно, — печально заметил он, — столько лет прошло, а я все ношу его. Даже не знаю почему.
— Возможно, по той же самой причине, что и я, — сказала Франческа. — Я по-прежнему ношу кольцо после смерти моего мужа и никак не расстанусь с ним.
— Понимаю, — сочувственно вздохнул Пейс. — Оно неотъемлемая часть нас самих, не так ли?
— Нет, вы не поняли, — возразила Франческа, дергая свое кольцо. — Я в буквальном смысле не могу с ним расстаться. Кольцо уже никак не снять с моего пальца из-за разбухшего с годами сустава.
Пейс расхохотался. Франческа, не выдержав, тоже прыснула от смеха. Отсмеявшись, Пейс промокнул рот салфеткой и встал из-за стола.
— Ну что ж, здесь хорошо, но мне пора. Работа, — сказал он, надевая пальто.
Они прошли в прихожую. Было слышно, как большие стекла гостиной дрожат под порывами сильного ветра.
— Благодарю вас, миссис…
— Просто Франческа, — не дав ему закончить, подсказала она.
— Благодарю вас, Франческа, — тут же исправился Пейс. — Это мой самый приятный ланч за последнее время.
— Не преувеличивайте, — лукаво улыбнулась Франческа.
— Может быть, мы как-нибудь опять встретимся.
— Я поговорю со своим боссом, — сказала Франческа и кивнула ему на прощание. Она проводила его взглядом, пока он не вышел и не сел в машину.
Когда Пейс отъехал, Франческа задумчиво уставилась перед собой, потом ее взгляд упал на кольцо. Она усмехнулась и посмотрела на небо:
— Не волнуйся, Лео. Кольцо крепко держится.
Без четверти четыре Франческа, как обычно, заняла свой наблюдательный пост возле окна в гостиной. Ветер разыгрался не на шутку, он выл, бесновался и вытворял все, на что был способен. Наконец она увидела Пенни и Уилла. Они шли по улице, сгибаясь под порывами ветра, но весело подталкивали друг друга. Как только они подошли к дому, Франческа заранее открыла двери и поспешила на кухню.
— Эй, не толкайся! — крикнула Пенни, вбегая вместе с братом в прихожую. — Ну и ветер!
Дети, как всегда, побросали рюкзаки в угол и начали раздеваться.
— Тише! — окликнула их с кухни Франческа. — Не шумите! Снимайте обувь и проходите ко мне.
Дети прошмыгнули на кухню. Франческа улыбнулась при виде их румяных, раскрасневшихся от холода щек и горящих от нетерпения глаз.
— Суп уже нагрелся. Вы, наверно, замерзли как сосульки.
Она налила две тарелки, поставила их на стол и дала каждому ложку.
— Как вкусно! — вырвалось у Пенни, когда она попробовала. — Это вы приготовили?
— Нет, не я! — Франческа отрицательно помотала головой. — Это доставили из ресторана, но обещаю, что когда-нибудь приготовлю вам свой суп.
Она села рядом с ними за стол.
— Расскажите, как прошел сегодня день в школе.
— Наш тупица потерял учебник по математике! — выпалила Пенни.
— Да не терял я его, — запротестовал Уилл. — Просто никак не могу найти.
— Интересно, какая здесь разница? — не без ехидства спросила Пенни.
— Дело серьезное, — заметила Франческа. — Как мне помнится, у тебя, Уилл, с математикой нелады. Ведь так?
— Да, — протянул мальчик.
— Ты везде его искал?
Растерянный вид Уилла говорил красноречивее слов.
— Ладно, — сказала Франческа. — Тогда для начала поднимемся в твою комнату и наведем там порядок. Глядишь, среди страшной неразберихи и отыщется твой учебник. Если же его там нет, поищем по всему дому. А уже если не найдем, придется тебе обратиться с просьбой к святому Антонию.
— К кому? — хором воскликнули дети.
— Святому Антонию, — повторила Франческа. — Неужели вы не знаете, кто такой святой Антоний?
