Марго. — Я ее видела! Я ее чествовала!
— Магию? — тут же я поинтересовалась.
— Ага-ага. Вот еще бы понять, что за магия у меня такая.
— Маргошечка, погоди немного. Тут вон табличка с классификацией есть. Ты это, пока рассказывай давай что видела. А я погляжу чему соответствует.
— Даже и не знаю, как описать то… Она у меня такая…
— Какая?
— Я когда магию позвала, не сразу, но все же увидела, как со сне маленький черный шарик. И так мне его потрогать захотелось, ку протянула и пальцем в него ткнула. Не сдержалась. А шарик этот начал трескаться и медленно так осыпаться, как скорлупка с орешка. А внутри оказался огонечек. Симпатичный такой, серебристый. А от него во все стороны тоненькие лучики-щупальца тянутся, танцуют. Я к нему опять потянулась. А он меня щупальцем цап. Обвил за палец и держится, светится…
— Нашла. — тут уж теперь Шуня перебила. — Судя по всему ты у нас маг ночи.
— И что это значит? Помнится наш фей огневиком меня называл, а тут на тебе — маг ночи.
— Не томи, какие у Маргоши теперь способности то будут?
— Маги ночи относятся к магам поддержки. На различных уровнях развития дара способны оказывать воздействие на союзников, позволяющее увеличить и приумножить их защитные и боевые способности. В большинстве случаев маги ночи в качестве самостоятельной силы обладают даром прорицания…
— А как же огненные там шары? А бах бабах? — несколько разочаровано пробубнила Марго.
— С этим тебе походу не повезло. Зато можешь в будущее заглядывать. Здорово же!
— Маги ночи, рожденные под покровительством кровавой звезды — продолжала читать Шуня. — могут создавать щиты из звездного света. Но только в темное время суток.
— А это что за подвид такой? Чего это им такие привилегии — Марго возмущается.
— Это маги ночи с волосами любых оттенков красного. Ну во всяком случае так тут написано. — оторвав взгляд от страниц книги Шуня глянула на подругу. — Розовый кстати, оттенок красного. Так что ты у нас родилась под покровительством этой самой кровавой.
— И на том спасибо, как говорится. А у вас то что? Что за магия?
В ответ мы лишь пожали плечами и головы склонили.
— А может в нас ее и нет? Ну совсем нет…
— Есть, вот пит дать есть. Просто позвать получше надо. Так что вы девули сидите зовите, а я ужином займусь. — скомандовала Марго и поскакала костер разводить.
Ну а мы что. Мы ничего. Сели, глаза закрыли, заветные слова пробубнили. Зовем и ждем в общем то.
Сидели мы долго и упорно. Часа два то точно. За это время Марго что-то аппетитное накашиваила. Ну так вкусно пахло, что аж слюнки потекли, а живот заурчал.
А магии как не было, так и нет. Звала, звала, а мне вот овощем по всей морде. Ну тем, что хреном зовётся!
Надоело мне с закрытыми глазами сидеть. А живот все громче и громче верещит — «Хозяйка, жрать давай!». Плюнула на дело это неблагодарное, глаза открываю, и что я вижу? Шуня сидит напротив и улыбается довольной такой и до жути дебильной улыбочкой. Да книженцию свою огроменную к груди прижимает, как мать дитё родное!
— Ну? Рассказывай!
— Целитель я, девчонки! Целитель!
Глава 14
Ощущения у меня были двоякие. Я, конечно, очень и очень была рада за подруг. Честно честно. Вот только и мне самой хотелось ну хоть чуточку магии заполучить. Согласна была прямо на капелюшечку. Не может же быть что у внучки ведьмы, хоть и земной, магии нет от слова совсем. Дома же нет, нет да выходило заговорить что или наколдовать какой пустяк. Может зову как-то не так? С этим надо разобраться.
Ну а пока стоит подкрепится. Да и рассказ Шуни послушать страсть как хочется. Интересно же как к ней ее магия пришла.
Так что, схватив миски с ароматной похлебкой мы уселись поближе к костру и приготовились слушать рассказ.
— У меня она совсем иначе появилась, ну не так как у Марго — немного чавкая начала подруга свой рассказ. — Она у меня легкая и пушистая, словно дымка. Я ее звала и звала и вот она появилась. Подкралась сзади и принялась окутывать меня, принимая в свои дымчатые объятия. Совсем скоро все пространство вокруг заполнил густой непроглядный туман, но страшно не было, я знала, что это моя магия так проявилась. Только вот туман прохладный, неприятный, а она теплая-теплая. И совсем не белая, как показалось вначале, а нежно-нежно голубая. И я так обрадовалась, когда ее увидела, что начала смеяться. А она мне отвечала. Представляете!? Она заискрилась миллионами синих огоньков.
Как только подруга закончила свой рассказ, мы с Марго еще раз ее поздравили с обретением магической силы да решили заняться каждая своим делом. Девчонки выкопали из недр сумки книженции посвященные видам магии и принялись их изучать. Мне же ничего не оставалось как вновь засесть за медитацию. Да вот только не сил ни желания во мне не было от слова совсем. Так что прежде, чем вернуться к нудному до жути занятию решила немного прогуляться.
Куда шла сама не знаю, ноги просто несли меня вперед. В начале старалась держаться поближе к лагерю, да вот только сама не заметила, как углубилась в лесную чащу.
Со стороны могло показаться что я в глубоко задумчивости, но на деле это было совсем не так — в голове был полный вакуум. Сколько меня носило по окрестностям я и сама не знала, как вдруг моё внимание привлек еле слышный натужный полный страха и боли писк. Не раздумывая не секунды кинулась на его поиски. Же через пару минут выскочила из очередных густых кустов и оказалась на кромке небольшого болота.
Оно было совсем крошечным с огромной кочкой-островком в центре. На островке расположился довольно внушительный корявый пень. Некогда крепкие корни бывшего дерева корявыми пальцами цеплялись за кусочек суши. С одной стороны пня примостилась не менее кривая ветка с двумя потрепанными блёклыми зелеными листочками. В центре трухлявой деревяхи свернувшись клубочком лежало маленькое, не больше морской свинки, пушистое создание.
Комочек был ярко-желтого цвета, подобно одуванчику, и, казалось, немного светился, чем разительно выбивался из общей картины мрачного болота. У самого же основания пня извиваясь и забираясь дуг на друга ползали отвратительного вида создания. Они были похожи на внушительных по размерам сколопендр, с метр длиной каждая, с отвратительными покрытыми слизью щупальцами вместо лапок.
Гадкие создания грязно-коричневого цвета время от времени дотягивались
