Уверена, никакие обещания озолотить и другие блага, что может сулить королевская благодарность, не помогут, а наоборот усугубят мое, и без того, шаткое положение.
Но и без мужчины я не выживу. Мне нужно какое-то время все обдумать, переждать, пока волнения успокоятся, а затем заниматься выяснением дел в государстве. Возможно Грегори все же смог скрыться. В таком случае мне необходимо как-то отыскать его и связаться.
Не из любви ко мне, так из чувства мести за смерть родных, он просто обязан помочь мне свергнуть Габора. Но мне нужно время! Которого у меня не будет, если мой спаситель решит избавится от моего навязчивого общества.
Значит, нужно каким-то образом уговорить хозяина позволить мне остаться в замке. И не просто остаться, но с перспективой бывать в городе, чтобы параллельно собирать информацию и заниматься поисками Грегори. Но как мне уговорить эту неприступную красноволосую «крепость»? Что я могу ему предложить? На данный момент у меня ничего нет. Кроме себя самой. Как не стыдно было это признавать, но даже решись я вдруг предложить свое тело, более чем уверена, меня просто засмеют. Не из-за внешности, что сейчас красотой не блистала, так хоть из чувства ненависти к расе, к которой я отношусь. Мой спаситель мной просто побрезгует и будет прав. Так как просто от мысли торговать своим телом мне самой становится тошно.
Мда, дела…
Уговорить его позволить мне остаться хотя бы на время будет трудно. Но ничего, справлюсь, деваться-то все равно некуда.
На помывку у меня ушло минут десять и я, подавив в себе желание еще немного понежиться в горячей воде, закуталась в чистую простыню, заботливо оставленную рядом с мылом. Возле зеркала обнаружила, ранее проигнорированный мной, гребень. А еще там была какая-то склянка с чем-то подозрительным (но по запаху определила заживляющую мазь, такой меня моя няня в детстве мазала) и чистые бинты в рулоне.
Невольно улыбнулась, поняв, что мой спаситель все предусмотрел. И от подобной заботы, от совершенно чужого существа, вновь набежали слезы на глаза.
Часто заморгала, прогоняя непрошенные слезы, и неумело обработала свежие раны, синяки и порезы. Бинты повязала тоже неаккуратно, приняв для себя простую истину, что на самом деле я совершенно не приспособленная к жизни вне дворца, где обо мне заботились и охраняли. Тепличный цветок, разве что красиво говорить обученный. Мысли о собственной никчемности сильно разозлили и я, убедившись, что кривая повязка держится достаточно крепко, оделась, обулась и стала с остервенение проводить гребнем по спутанным волосам. Чуть не вырвав клок волос, зло выругалась, на тему, что при случае обязательно укорочу свою шевелюру. Куда как практичнее в моей ситуации.
На прическу ни сил, ни времени не хватало и, посмотрев в зеркало, решила, что с распущенными даже лучше. Длинные волосы хоть немного скрывают мой болезненный и побитый вид.
Но потом все равно срежу!
***
– Вы предлагаете мне работать у вас служанкой? – переспросила, думая, что ослышалась. Я смотрела на мужчину, сидящего напротив, который с самым невозмутимым видом ел что-то склизкое и серое. С внутренним содроганием поняла, что это овсянка на воде. Но аппетита, несмотря на явный голод, я не ощущала. Передо мной стояла такая же тарелка с аналогичным содержимым, но приниматься за еду я не торопилась. Только продолжала прихлебывать горячий травяной противопростудный настой из кружки, стараясь незаметно отодвинуть от себя обед.
Мужчина вздохнул, устало на меня посмотрел, откинулся на спинку стула, скрестил руки на могучей груди и произнес:
– Вероятно, ты гадаешь, как я оказался в том городе? Верно?
Я робко кивнула.
– Предположения есть? – устало поинтересовался он, а у меня сложилось впечатление, что я ему до безумия надоела, но его что-то останавливает послать меня куда подальше с моими вопросами и вечными проблемами.
Мне даже совестно стало, когда принялась неловко отвечать. Предположение у меня, конечно, было. Хотелось бы думать, что он переживал за мою непутевую тушку, но я бы явно себе польстила. Особенно сейчас, при виде, с каким хмурым выражением на меня уставился мужчина, предположения о его мнимых переживаниях резко оставили. Оставалась одно:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Вы хотели проверить, не донесу ли я на вас сразу же, как окажусь среди людей.
Мужчина более внимательно окинул меня взглядом, помолчал, а после кивнул.
– Допустим, – просто произнес он. – Что дальше?
– Дальше, почему-то, не оставили меня умирать. Вероятно, для того, чтобы меня не смогли допросить, в случае, если поймают.
– Хорошая версия, – покивал задумчиво. – Мне нравится, – одобрил он и поднял взгляд на мое лицо. – Давай откровенно, – вздохнул мужчина совсем невесело. – Как я понимаю, пойти тебе больше не к кому. А еще на тебя ведется охота, раз ты пробиралась в город тайными тропами и бежала от стражи, – я открыла рот, чтобы как-то возразить и оправдаться, прежде чем мне укажут на дверь, но поднятая рука мужчины меня остановила. – Я не спрашиваю, почему и зачем ты это делала. Меня это не волнует. Возможно, у тебя есть важная информация, или вещь, которая требуется новому правлению. Откровенно говоря – мне плевать, – поморщился он. – Ровно до тех пор, пока это не скажется на моей жизни. И правильнее бы было оставить тебя разбираться с твоими проблемами самостоятельно, но я в некотором плане несу ответственность за твою жизнь. Можешь понимать это как хочешь, меня не волнуют твои мысли. Поэтому я предлагаю тебе решение – если хочешь, можешь жить в моем замке до тех пор, пока тебе это необходимо. Взамен я требую, чтобы ты хранила тайну о моем существовании, не вертелась у меня под ногами и, да, отрабатывала свой хлеб на кухне. Поддерживать порядок во всем замке я не заставляю, понимая, что одной человечке это не под силу, но кухня и твоя комната будут на тебе. Надеюсь, с готовкой проблем не будет. На мою территорию заходить нельзя, ни под каким предлогом. Понятно? – поднял он на меня пристальный взгляд необычных глаз, от которого у меня мурашки по коже забегали.
Я гулко сглотнула и кивнула.
– В противном случае, я буду вынужден отправить тебя со своих земель, и дальнейшая твоя судьба будет зависеть только от тебя. Я понятно изъясняюсь?
– Предельно.
– Вопросы есть?
– Как вы перенеслись в город? Я правильно понимаю, что есть и другой способ магического переноса? Ведь с помощью пентаграммы реально перенестись к пределам города, а не как в защищенную от переносов территорию.
– Правильно полагаешь, – вновь тяжко вздохнул мужчина и нахмурился. – И знаешь, твоя информированность меня раздражает.
Уловив в интонации красноволосого неприкрытую угрозу, я стушевалась, но упрямо спросила, не сдержав дрожи в голосе:
– Могу я знать, как именно вы перенеслись?
– Только если скажешь, для чего тебе эта информация, – мужчина проницательно посмотрел на меня и усмехнулся. – Правильно я понимаю, что тебе нужна возможность попадать в город?
Закусила губу и с секундным сомнением отвела взгляд, понимая, что сейчас конкретно нарываюсь.
– Да, – тем не менее, тихо ответила.
– Зачем?
– У меня есть предположения, что не все люди, которые могли бы мне помочь были убиты. Я хочу разыскать их.
– Каким именно образом? Помнится, вчерашняя попытка чуть не стоила тебе жизни, – насмешливо заметил он. Я не нашлась, что ответить, так как сама с трудом представляла себе план действий. – Хотя, можешь не отвечать. Если мы придем к согласию, я возьму с тебя магическую клятву неразглашения. Ты не сможешь рассказать ничего обо мне и месте, в котором мы находимся, даже под пытками. Поэтому я не стану тебя отговаривать или ограничивать твою свободу. Более того, я дам тебе возможность несколько раз в неделю бывать в человеческом государстве. Заодно самостоятельно будешь пополнять провизию, освободив меня от сомнительного удовольствия делать это самому, контактируя с людьми, – «улыбнулся» он, от чего я невольно обмерла от страха, разглядев в широком оскале острые клыки. Серьезно! Клыки! Сверху и снизу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
