– Ну что? Ты принесла?
– Принесла. А иначе меня бы тут не было.
– Молодец.
– Вера, остановись, дочка! Не губи себя! – Женщина посмотрела в глаза дочки, такие же, как у ее отца.
– Я не остановлюсь. Все только начинается. Эдуард не раскусил, кто ты?
– Как ему раскусить, если ты ему не говорила, что я твоя мать, а только то, что я когда-то работала в большой семье, в доме, у меня хорошие рекомендации. Не думаю, что ему в голову могло прийти, будто родная мать любовницы будет пахать на него и его жену.
– Мама, не обижайся. – Вера обняла женщину за плечи. – Ты же хочешь, чтобы я была счастлива?
– Хочу, но мне не понятны твои дела у него за спиной. Поставь ультиматум, пусть выбирает.
Вера звонко рассмеялась:
– Мама, ты не политик. Но объяснять тебе очень долго. Я не задержу тебя там.
– Кстати, его жена очень хороший человек, она хозяйственная и целеустремленная.
– Перестань. – Вера вытащила сигарету. – Мне не интересно, кто она. Меня беспокоит, что она стоит на моем пути.
– Что ты хочешь сделать с этим? – Галина Ивановна протянула сверток дочери.
– Мама, это не важно.
– Важно, если я тебе помогаю.
– Хорошо. Я хочу сходить к гадалке и погадать, что и как у них сложится. – Девушка убрала сверток в сумку.
– А мне вот кажется, – женщина подозрительно посмотрела на дочь, – что ты хочешь навести на нее порчу. Скажи мне, я ошибаюсь?
Вера докурила и опустила голову:
– Нет, ты не ошибаешься. Но ты же знаешь, это пять процентов из ста, что получится.
– Ужасно получать счастье подобной ценой.
Домработница Стоцких развернулась и бросила на ходу:
– Позвоню. У меня нет времени. – Женщина ускорила шаг. Ей захотелось убежать от этой молодой хищницы.
Вера присела на лавку и достала сверток в маленьком синем пакетике. В нем оказалась прозрачная тончайшая ночная рубашка. Розовая, с великолепными кружевами в тон. Хороший вкус, ничего не скажешь. Вслед за ночной рубашкой на колени девушки выскользнула из пакета фотография. Мама хорошо справилась с заданием, все нашла, даже фотографию. Вера взглянула на снимок. С фотографии на нее смотрела очень красивая женщина. Слишком красивая. Девушка почувствовала, что нет сил, как хочется порвать эту бумажку на тысячу маленьких кусочков. Огромные янтарные глаза смотрели и пронизывали самую душу. Вера сжалась. Холодок пробежал по спине. Ненависть раздирала, и воспаленное воображение начало услужливо рисовать кровавые картины. Вот эта холеная красавица с ножом в груди, из аккуратного ротика стекает кровь, вот на нее мчится машина, и огромные глаза делаются еще больше от ужаса. Что же в ней такого, чего нет в ней, Вере? Она до–стала зеркало. Внимательно посмотрела на себя. Прямой нос, может, немного длинноват, но очень симпатичный, он придавал ей особый шарм, глаза причудливой формы, и все же... Вера понимала, что она уступает ей, белокурой, легкой, почти воздушной. Она казалась маленьким ангелом, ребенком, беззащитным и нежным. Руки задрожали и положили фотографию обратно в пакет. Теперь она точно знала, что приняла правильное решение. На этой земле возле Эдуарда место только одной из них. Сам он жену не отпустит, значит, Вера уберет ее из его жизни. Девушка встала и спустилась в подземный переход, осталось перейти тусклый коридор под землей со множеством палаток, и она окажется так близко к своей цели. Найдя нужный дом, Вера нажала кнопку звонка. Ей открыла молодая женщина лет тридцати пяти, в длинной цветастой юбке и черной кофте с длинными рукавами.
– Вера? Проходите, пожалуйста.
Девушка прошла в узкую комнату. Кругом горели свечи, посредине стояли стол и два кресла. Женщина указала на обитое цветным гобеленом кресло:
– Присаживайтесь, прошу вас.
Вера села и посмотрела в синие глаза Анфисы.
– Мне вас рекомендовала подруга, когда-то вы ей помогли, она очень хвалила ваше умение.
– Я рада слышать, что кому-то я помогла, как у нее дела?
– К сожалению, она погибла.
– Мне жаль.
– Я хочу вас попросить избавить меня от соперницы.
– Да, я помню. Вы принесли то, что я просила?
Девушка положила на стол пакет. Гадалка вытащила из него содержимое и внимательно начала разглядывать фотографию.
– Очень красивая женщина. Вам будет нелегко с ней справиться.
– Она очень мягкотелая.
– Нет! Я этого не вижу. У нее большая аура. Ее бережет Бог. Это опасная женщина.
Вера истерически расхохоталась:
– Вы не первый человек, который сегодня мне это говорит.
– Потому что это так и есть.
– Да она тупа как пробка!
– Нет, вы совершенно, видимо, ее не изучили.
– Так вы сможете мне помочь?
– Я могу взяться за это дело, но не гарантирую результат.
– Заплачу в два раза больше, если все получится.
– Естественно, вы заплатите деньги, и немалые, об этом мы говорили. Я думаю, вы прекрасно понимаете за что, такой вид услуг не дешев. Это не просто – преступать закон всех человеческих и Божьих норм.
– Да, понимаю. Возьмитесь за это дело. Умоляю. Не могу больше. Люблю этого человека. – И Вера ткнула еще в одну фотографию, которую вытащила из сумки.
– Дьявол!!! – Гадалка провела рукой по портрету. – Его ждет крах рядом с его женой.
– Вот видите, тем более.
– Но я не вижу и счастья с тобой.
– Не важно. Главное, я буду счастлива с ним, прошу вас!
– Хорошо.
Анфиса связала две фотографии и ночную рубашку, убрала в стол.
– Две тысячи долларов сейчас и три потом, если получится.
Девушка вытащила наличные деньги, пересчитала и пододвинула их женщине:
– Пересчитайте.
– Не надо, – гадалка Анфиса сгребла деньги со стола, – приходите через неделю.
Арина нервничала. Сегодня ее первый рабочий день после долгого перерыва. В последнее время она ездила только лишь на большие совещания для принятия решения вместе со всеми учредителями. Но всегда опиралась на мнение мужа. Так что самостоятельно Арина не мыслила уже давно. Значит, придется заново учиться работать. Завоевывать доверие людей, с которыми ей предстоит столкнуться на рабочем месте. Хозяйка – это не значит уважаемый человек. Она поправила золотые локоны и подкрасила розовой помадой губы. Строгий бежевый костюм, туфли на тонкой шпильке. Арина осталась собой довольна. За последнюю неделю она отдохнула, набралась сил для сражений. Сердце стучало, и казалось, выпрыгнет из груди. Муж не оставлял ее одну за эту неделю ни на секунду. Казался нежным, предупредительным, но это была лишь маска, Арина прекрасно осознавала, что Эдуард пытается завоевать ее доверие заново. В комнату вошел Вадим. Скромно остановился около дверей.
– Арина Анатольевна, за вами пришла машина, чтобы отвезти в компанию.
