Немного поспорив и выпустив пар, единорог и эльф всё же пришли к единому мнению. Таурохтар взял в руки яйцо дракона, чудом уцелевшее после стольких приключений, а Ветер позволил перекинуть себе через спину бесчувственного Кингара. Тайного лучника покрепче привязали к седлу единорога, и друзья отправились в путь. Благополучно покинув каменистый остров, путники перешли через верёвочный мост и очутились перед тремя входами в тоннели, ведущими в неизвестном направлении. Перед этими входами стояла огромная каменная глыба, на которой были нацарапаны какие-то символы древних орков.
— Такс… приехали… — Таурохтар подошел к глыбе и с недоумением уставился на неё.
— Эй, грамотей, отодвинь свой пятачок. Дай взглянуть разумным существам на это творение древних орков, — Ветер с умной рожей уставился на иероглифы, пытаясь понять, что написали древние орки.
— Да я смотрю, ты у нас самый умный. Прямо потомок самих богов Горка и Морка, — эльф отошёл в сторону и с иронией взглянул на единорога.
Фыркнув, единорог задрал голову и отошёл в сторону, давая возможность Агрине взглянуть на глыбу с надписями её предков. С улыбкой понаблюдав за мальчиками и не сказав ни слова, девушка подошла к каменной глыбе и стала изучать древние надписи.
— Тронувший сердце разбудит души и восстанет древний город мертвых, и наступит хаос. И придёт хранитель и уничтожит все живое на своем пути. Кровью демонов окропи осколки и упокой восставших орков… — дрожащим голосом прочитала Агрина и взглянула на ничего не понимающих друзей.
— Бред какой-то, — первым нарушил воцарившуюся тишину Таурохтар. — Какой город мертвых и какой хранитель?
— Э…э… знаете, я, наверное, дальше не пойду. Кровь демонов, мертвые орки… не нравится мне все это. Вы уж как ни будь дальше сами, а я… а я, — единорог перевёл растерянный взгляд с Агрины на насупившегося Таурохтара, — эх, и кто меня за язык тянул в обещании помочь Еве? — чуть слышно произнес Ветер, — сидел бы сейчас в замке, воспитывал бы детишек, щипал травку с Молнией…
— Ветер, теперь мы в одной упряжке и, хочешь ты того или нет, но путь у нас один, — произнес Таурохтар. — Нет, ну ты конечно же можешь пойти один, повстречать глазоногов, зеленых крыс или красных ящеров. Ты же у нас боевой единорог и я в тебя верю. Ты сможешь победить их в одиночестве, а потом еще и зомби-орков с демонами затоптать.
— Ой, вы знаете, я здесь подумал… — громко сглотнув и обдумав «радужную» перспективу одиночества, произнес Ветер, — мы же одна команда. Так что я с вами. Итак, куда мы отправляемся? К мертвым оркам или демонам?
— Не хотелось бы мне столкнуться ни с одними ни с другими. У нас нет оружия, Кингар ранен, и Ева неизвестно куда пропала, — в задумчивости произнёс эльфийский воин. — И вообще мне кажется, что это предостережение. Только вот что хотели сказать древние орки пока что не понятно.
— Пить… — открыв глаза, чуть слышно прошептал Кингар, болтаясь в седле у единорога.
— Кингар… — Агрина бросилась к эльфу и с помощью Таурохтара осторожно посадила его в седле. Затем девушка достала из-за пояса небольшой сосуд с запасами воды и поднесла его к губам раненного эльфа. За время пребывания с лучником наедине, спасаясь с ним от монстров и держась на плаву в горячей реке, девушка по-другому взглянула на эльфа.
— Спасибо, — сделав несколько глотков, Кингар с благодарностью взглянул на девушку-орка, а затем перевел вопросительный взгляд на Таурохтара.
— Дружище, мы теперь снова все вместе, — поняв лучника без слов, пояснил мужчина. — Вот только Ева пропала. А нам предстоит решить куда идти и что дальше делать. Нужно выбираться из этого мрачного подземелья.
— Сперва нужно найти Еву, — твердо произнёс Кингар и стиснул зубы от боли. — Она может быть в опасности. Ветер, — лучник наклонился к единорогу и что-то прошептал ему на ухо. Утвердительно кивнув, единорог тут же направился к проходу в крайний тоннель слева, а Таурохтар и Агрина молча последовали за ними, оставляя позади себя каменную глыбу с посланиями древних орков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
12 Ловушки подземелья.
12 Ловушки подземелья.
— Таурохтар, куда мы идем? — пройдя веревочный мост и оставив позади себя каменную глыбу с предсказаниями древних орков, Ева вошла следом за эльфом в средний тоннель. Первое время тоннель был широким и высоким, но затем он начал постепенно сужаться и спускаться вниз.
— Таурохтар! — девушка вновь позвала идущего впереди эльфа.
Обернувшись, мужчина поманил Еву рукой к себе, а затем… исчез. Вот так был и словно растворился в воздухе прямо на глазах у растерянной девушки. А затем позади юной принцессы послышался какой-то грохот. Вздрогнув, она обернулась и уставилась на проваленный каменный пол, по которому только что шла. Обратный путь был обрезан, а впереди виднелся обрыв, через который можно было пройти по узенькой тропинке у каменной стены. Тропинка эта спускалась все ниже и ниже и устремлялась в неведомую даль. Но обратной дороги у Евы не было и выбора куда идти — тоже. Порывшись в своей котомке, Ева достала из неё лук из рога Минотавра и выпустила несколько стрел в стену над обрывом на сколько позволяло зрение. Спрятав лук, девушка тяжело вздохнула и ступила на узенькую тропинку, которая была шириной не больше двадцати сантиметров. Прислонившись спиной к стене, Ева медленно стала спускаться по тропинке в неизвестность. Сделав несколько шагов, она ухватилась за торчащую в стене стрелу и с ужасом взглянула под ноги, туда, где черная пропасть обрыва сливалась с неизвестностью. Переведя дыхание, принцесса потянулась рукой до следующей стрелы впереди. Но на миг остановилась и попыталась достать из стены первую стрелу. Не пропадать же добру! Сделав несколько отчаянных рывков, она поскользнулась и тут же слетела с узенькой тропинки, повиснув над пропастью. Заполнив пространство своим криком и держась на одной стреле, Ева с трудом вскарабкалась обратно на тропинку и прислонилась спиной к стене.
— Вот не зря Оссир меня гонял. А я, глупая, не слушалась его наставлений, — чуть отдышавшись, девушка продолжила свой путь, больше не делая попыток достать стрелы, торчащие в стене. Спускаясь все ниже и ниже вдоль стены, Ева добралась до последней стрелы, выпущенной из лука Минотавра и остановилась. Впереди тропинка продолжалась еще метров на двадцать-тридцать, а затем обрывалась, раскрывая объятия пустоте. Почти слившись со стеной и пройдя оставшийся путь, принцесса подняла голову и взглянула вверх, туда, где мрачный тоннель продолжал широкий каменный пол. Но, чтобы до него добраться, нужно было перепрыгнуть через пропасть шириной около двух метров.
— Вот только лягушкой я еще не была, — оценив ситуацию, печально произнесла принцесса. Но выбора у неё особого не было. Осторожно достав из котомки лук Минотавра, девушка со вздохом взглянула на последние три стрелы. Выпустив их поочередно в стену над пропастью, она повисла на первой стреле и, раскачавшись, перепрыгнула сперва на вторую, а затем и на третью стрелу, хватаясь за них руками. Еще один прыжок и Ева ухватилась за выступ в стене, а затем легко взобралась на широкий каменный пол впереди. Устало прислонившись к стене, принцесса перевела дыхание и осмотрелась. Впереди виднелся широкий мрачный тоннель, освещенный черепушками древних орков, торчащими в стенах, словно факелы. Отдохнув пару минут, Ева медленно пошла вперед и уже через десять шагов была остановлена пламенем огня, преградившего ей путь. Огненное пламя извергалось с одной стены на другую, а затем угасало на пару секунд, чтобы снова запылать с новой силой. И такими огненными извержениями была усеяна вся дорога, повторяясь через каждые десять шагов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну, и куда мне дальше идти? Где здесь выход из этого мрачного подземелья? — задав риторический вопрос, никому не адресуемый, принцесса достала со своей котомки старый потертый свиток-карту и с интересом взглянула в неё.
Изображение на волшебной карте быстро преобразилось в план подземного города орков. Вглядевшись в небольшую синюю точку на плане, девушка увидела над ней свою нарисованную копию. Маленькой принцессе красными пунктирами был указан путь к выходу из подземелья, но до него было ещё очень далеко.
