наш пассажир в привокзальном ресторане?
Нет, потому что, еще стоя у окна вагона, он заметил зловещее трепетание петушиных перьев на черных шляпах жандармов, и тусклый блеск штыков их винтовок. Следовательно, он счел за благо как можно скорее убраться из опасной вокзальной зоны, где, кроме жандармов, он увидел и военный патруль, в шлемах и с оружием, а также каких-то гражданских, в которых без труда распознал тайных агентов.
По каким признакам он их распознал?
Как на основе своей интуиции и опыта, так и по их наигранно беззаботному поведению.
Как агенты были одеты?
На них были длинные зимние габардиновые пальто мышиного цвета, шляпы с широкими полями, черные зимние наушники, солидные черные ботинки на двойной подошве.
Они проверили у него документы?
На выходе из вокзала ему пришлось стать в очередь вместе с прибывшими пассажирами и предъявить агентам свои документы.
У него были какие-то неприятности?
Один из агентов посмотрел на него, сравнивая с фотографией на удостоверении личности, а затем вернул ему удостоверение, не сказав ни слова.
Проверил ли агент и его служебный билет?
Нет, хотя Э. С. подал его, с намерением, чтобы агент увидел, какое высокое служебное положение занимал он до выхода на пенсию, рассчитывая на то же доверие, которое ему оказывали служащие железной дороги, когда он показывал им этот билет.
Если бы агенты вдруг заглянули в его портфель, что бы они в нем обнаружили?
Три бутерброда с вяленой селедкой, завернутые сначала в почтовую бумагу в клетку, потом в засаленную газету; четыре вареных яйца, также завернутые в газету; пустую бутылку из под пива марки ORMAI; две сорочки, одну белую и одну цвета охры, марки «Кайзер»; четыре каучуковых воротничка; четыре галстука марки «Брайнер», пастельных тонов, и один черный, муаровый, марки «Рапайич»; лист бумаги в клетку (29,3 см х 20,8), по большей части уже исписанный карандашом; засаленный выпуск журнала Выбор лучших статей, номер 12 за 1941 год, издание объединения БАТА; две пары серых носков, заштопанных нитками разных цветов; один льняной носовой платок с клетчатой каймой, неиспользованный; пустую стеклянную фляжку с каучуковой пробкой-стаканчиком; две пачки сигарет марки Symphonia, мягкие, по 25 штук; линялое розовое полотенце из махровой ткани, мятое и еще влажное; голубую льняную пижаму марки TIVAR, размер 39; початый кусок хозяйственного мыла в каучуковой мыльнице; мельхиоровый станок для бритья; два лезвия марки Tabula Rasa; помазок для бритья, облезлый; пробку, пахнущую вином; пару деревянных прищепок; оторвавшуюся от сорочки оловянную пуговицу.
34
Куда отправился пассажир, выйдя из здания вокзала? Он поспешил к наемным экипажам, потому что их оставалось только два, тот, третий, с горящим на боку фонарем, уже отчалил, как большая черная гондола, унося из его жизни, возможно, навсегда, спрятанную под черным кожаным шатром Вдову белых членов, Мадонну спального вагона, Незнакомку, источник его кратких грез, шекспировскую Смуглую леди, Даму пик, для которой он сложил две-три стихотворные строфы, и которую, в тот момент, когда она садилась в фиакр, он учтиво поприветствовал, приподняв свою шляпу, чего она не заметила, или только притворялась, что не заметила.
Где стояли фиакры?
Слева от выхода из здания вокзала, на площадке, ограниченной с одной стороны стеной, а с другой — железной стойкой для тележек носильщиков; по этой площадке, замощенной крупной каменной плиткой, ни макадам, ни брусчатка, из которой конские подковы выбивали искру, и по которой звонко журчала пенная, как пиво, лошадиная моча, сразу растапливая только что выпавшие хлопья снега, а потом заполняя все трещины между каменными плитами, и, наконец, стекая в узкий отводной канал, ведущий к квадратному сливному отверстию.
Какие чувства боролись в нем, когда тронулся фиакр? Удовольствия, облегчения, тревоги.
Удовольствия?
Потому что в фиакре он мог снова предаться сладким мечтам о возможности новой встречи с некоей дамой, может быть, с той же самой, и фиакр, как и купе первого класса, был для него естественной средой, и значит, что в нем (фиакре) он чувствовал себя как дома.
Облегчения?
Потому что дело с проверкой документов завершилось без осложнений, что ему только доказывало, что везение и интуиция его пока не подвели.
Тревоги?
Потому что интуиция и опыт свидетельствовали о том, что следующий шаг должен стать противовесом предыдущему, потому что в человеческой жизни все происходит по принципу противоположности, и, следовательно, после подъема наступает спад, после успеха — трудности, после взлета — падение, и так все по порядку, однако человек все еще не способен, вопреки эмпирическому знанию, заранее начертить эту схему, длину дуги волны, в противном случае он мог бы предвидеть события до мельчайших деталей.
Что еще с ним приключилось по дороге?
Убаюканный постукиванием конских копыт, он в какой-то момент задремал.
Что ему снилось?
Что он плавает в какой-то большой воде, в полной темноте, но постоянно сознавая, во сне, что он спасен, как Ной, и что все, кто был с ним до недавнего момента, утонули, то есть, только он выжил в крупной катастрофе, и во сне это наполнило его чувством странной гордости, потому что тот факт, что он единственный спасся, это не только Милость Божия, но частично и его собственная заслуга, его ловкость, что он не растерялся в тяжелой жизненной ситуации.
Когда он проснулся?
В тот момент, когда его корабль, его ковчег, ударился о твердь суши и начал трястись: получается, ему не удалось увидеть новый континент, потому что фиакр свернул на мощеную брусчаткой Немецкую улицу (теперь Бема).
Сколько он дал извозчику на чай?
Три пенгё и двадцать филлеров, которые запросил извозчик, Э. С. округлил до четырех пенгё, потому что свое чудесное спасение (во сне) он связал со счастливым прибытием (наяву) в первый пункт назначения.
Какое решение он принял перед домом 21 на улице Бема (ранее Немецкой)?
Он резко изменил свое первоначальное решение и велел извозчику подождать, потому что сразу вернется.
Что послужило причиной изменения решения?
Причиной внезапного изменения решения вернуться к своей квартирной хозяйке (г-же Месарош), по всей вероятности, послужила задержка, случившаяся на вокзале, как и понимание того, что время для визитов уже позднее.
Что ему было нужно на Немецкой (Бема) улице?
Он намеревался погасить свои долги (двухмесячную арендную плату) и уговорить квартирную хозяйку не выбрасывать его вещи, пока послезавтра он окончательно не съедет.
Он все-таки сошел с фиакра-ковчега?
Подняв, из-за ветра, воротник пальто, он ступил всем своим весом на скрипнувшую подножку фиакра, потом подошел к окну своей бывшей квартиры. Из-за того, что окно было изнутри заклеено синей упаковочной бумагой, ему
