дно также все корабли и подлодки Тихоокеанского флота, базирующиеся во Владивостоке. Дальности стрельбы китайским реактивным системам залпового огня для этого вполне хватает (до 400 км), тем более что большинство уничтожаемых объектов расположены в непосредственной близости от границы.
Одновременно китайская артиллерия и ВВС наносят массированный удар с помощью самолетов, баллистических и крылатых ракет, а также боевых беспилотников по ракетным дивизиям в Иркутске, Ужуре, Барнауле и Новосибирске, по объектам ПВО и сухопутных войскв тех же регионах и в Бурятии. Одновременно же авианосное соединение военно-морских сил Китайской освободительной армии наносит массированный авиационно-ракетный удар по Петропавловску-Камчатскому и Вилючинску, после чего там начинается высадка морского десанта.
Через два-три часа после начала операции (в Москве в это время глубокая ночь) резервные дивизии Китайской освободительной армии, заранее сконцентрированные вдоль границы под предлогом учений, переходят по льду Амур и Уссури на сотнях участков одновременно. Эти части и соединения оснащены старой техникой и укомплектованы плохо обученным личным составом, но сопротивляться им некому. Командование Восточного военного округа Российской Федерации и его основные силы уничтожены внезапным ударом, редкие очаги сопротивления быстро подавляются массой китайских войск. Главными противниками НОАК становятся погода и расстояния, но для китайского командования это не проблема. Сломавшееся на российских дорогах старье и обмороженное и простудившееся деревенское „пушечное мясо“ не жалко, главное, что войска успешно занимают территорию, заодно захватывая в полной сохранности удобно расположенные у самой границы базы хранения вооружения и техники Вооруженных сил Российской Федерации.
Военно-воздушные силы Китайской освободительной армии тем временем начинают наносить удары по объектам Сил воздушной обороны Казахстана, а регулярные части Ланьчжоуского военного округа пересекают границу с этой страной и несколькими клиньями начинают продвигаться вглубь Казахстана. К вечеру 3 января в бой вводится 15-й воздушно-десантный корпус Народной освободительной армии Китая. Он захватывает Якутск, Астану и Улан-Батор.
В Москве с огромным трудом выходят из анабиоза, пытаясь понять, что происходит и что делать. Однако посол КНР в Москве сам является в МИД Российской Федерации и официально сообщает то, что уже несколько часов передают китайские радио и телевидение, а именно: „Двухсотлетний период унижения великой китайской нации империалистическими державами окончательно завершен. Нация возродила свое былое величие и отвергает все несправедливые и неравноправные договоры, навязанные ей империалистами, в первую очередь — Россией“. Ответный лепет по поводу „стратегического партнерства“ посол не считает нужным слушать.
Часть российского руководства находится на каникулах в Европе, причем некоторые из отдыхающих почему-то перестают выходить на связь с Кремлем и Белым домом. Оставшиеся в Москве осознают чудовищную реальность: потому что к востоку от Урала у СВ РФ в относительно боеспособном состоянии имеются одна танковая бригада в Челябинской области, три мотострелковые бригады в Свердловской и Кемеровской областях и на Сахалине, а также одна авиабаза перехватчиков МиГ-31 в Красноярском крае. Кажется, что-то уцелело от группировки в Бурятии, но связь с войсками крайне неустойчива. При этом поступают сообщения о крушении поездов сразу на нескольких участках Транссиба на всем его протяжении к востоку от Урала из-за умышленного разрушения железнодорожного полотна. Таким образом, оборонять восточную часть страны нечем, перебрасывать подкрепления нет возможности. Кроме того, вторжение китайцев в Казахстан создает реальную угрозу их выхода через несколько дней уже и в европейскую часть, на Западный Урал и в Нижнее Поволжье. Вооруженные силы Казахстана слишком малы, чтобы оказать реальное сопротивление, к тому же обезглавлены после захвата китайским десантом города Астаны. Из Москвы обращаются с просьбой о помощи в Брюссель и Вашингтон.
Из Брюсселя обещают в течение недели созвать срочную сессию Совета НАТО. Однако из Варшавы, Вильнюса, Риги и Таллина немедленно следуют заявления о том, что Китай в девятнадцатом и двадцатом веках стал такой же жертвой русского империализма, как Польша и страны Балтии, поэтому его действия вполне правомерны. И уж совершенно точно эти страны никогда не будут оказывать России военную помощь в какой-либо форме и всему НАТО, где решения принимаются консенсусом, не дадут. В Брюсселе, а также в Париже, Берлине, Лондоне, Риме облегченно вздыхают: там тоже никто не собирался воевать за русских, да, собственно, и нечем воевать, но важно, что теперь есть на кого свалить этот отказ.
В Вашингтоне на импотентных европейских союзников никто и не надеялся, там лихорадочно пытаются понять, нужно ли в одиночку помогать русским, а если да, то в какой форме, в каких объемах и на каких условиях.
Между тем китайское „пушечное мясо“ успешно продвигается вглубь России, подавляя незначительные очаги сопротивления и продолжая не обращать внимания на сломанную технику и обмороженных солдат. Первое серьезное сопротивление они встречают в Бурятии, где часть группировки Вооруженных сил России действительно уцелела после авиационного удара, кроме того, местными усилиями удалось провести хоть какую-то мобилизацию. Первый настоящий русско-бурятский удар обращает китайских резервистов в бегство. Увы, счастье оказалось недолгим, поскольку в действие вступает беспрепятственно переброшенная на уже захваченную российскую территорию группировка из частей и соединений 16, 38, 39 и 54-й армий сухопутных войск Народной освободительной армии Китая при мощной поддержке с воздуха, конечно. Это уже не резервисты, а отлично подготовленные регулярные части, вооруженные новейшей техникой.
Быстро смяв российскую группировку, они выходят к Байкалу, преодолевают его по льду и захватывают Иркутск. Дорога на запад для них совершенно свободна, а на востоке почти вся обитаемая российская территория уже находится под контролем китайской армии. Причем на этой территории случаев коллаборационизма оказывается гораздо больше, чем попыток организации сопротивления.
Москва пытается начать всеобщую мобилизацию, но мобилизационная система давно развалена, многие россияне, отдыхающие за границей, возвращаться отказываются, более того, начинают бежать и те, кто остался в России. Начинает всерьез рассматриваться вариант применения ядерного оружия.
Но тут, однако, происходят события, решающие исход войны. Российские, а также американские разведывательные спутники внезапно обнаруживают в центральной части Китая более 800 мобильных пусковых установок межконтинентальных баллистических ракет. Выясняется, что приведены в состояние готовности восемь с половиной тысяч единиц ядерных зарядов различных классов.
Вашингтон окончательно умывает руки, официально заявляя о невмешательстве в войну. В Москве понимают, что теперь не получится даже взаимного гарантированного уничтожения. Уничтожение действительно будет гарантированным, но, к сожалению, не взаимным. Китай переживет гибель нескольких десятков миллионов человек, он в своей истории и не такое переживал. У России же шансов на выживание нет ни малейших. Москва соглашается на переговоры с Пекином и, следовательно, на его условия.
Мирный договор подписывается 23 февраля какого-то года, в Боли, в здании, где всего двумя месяцами раньше находился штаб Восточного военного округа. Официальная граница между КНР
