— Еще примерно четыреста пятьдесят.
Макферрин не мог не восхищаться удивительной выдержкой и изобретательностью этого человека, который с поразительной легкостью справлялся с возникавшими проблемами.
— Могу я узнать ваше имя, сэр?
— Дирк Питт, директор департамента спецпроектов НУМА. А как вас зовут?
— Чарльз Макферрин, второй помощник.
— Где ваш капитан?
— Капитан Уэйткус пропал без вести, — ответил Макферрин. — Думаю, он погиб.
Заметив, что Макферрин страдает от ожогов, Питт тотчас предложил:
— Валяйте вниз, Чарли, теперь и без вас справятся. Вам нужен врач, а я приготовил для вас бутылку текилы.
— Я предпочитаю виски.
— Что ж, прикажу специально для вас выгнать в лаборатории бутылочку скотча.
Прервав разговор, Питт шагнул вперед и развел руки, чтобы принять сползающую по канату маленькую, девочку.
Он передал ее дожидавшейся рядом морскому биологу Мисти Грэхем. За девочкой последовали ее родители, которых быстро увели вниз. Через несколько мгновений Питт уже вытаскивал на рабочую палубу измученных людей, которые не могли самостоятельно выбраться из спасательных шлюпок.
— Пройдитесь еще раз вдоль левого борта, — приказал он рулевому катера, поищите тех, кого могло унести течением.
Рулевой с осунувшимся от усталости лицом через силу улыбнулся и в шутку пожаловался:
— Столько суеты, и никаких чаевых.
— Я намекну, чтобы не скупились, — усмехнулся в ответ Питт. — Только попозже, когда очухаются. А теперь давай скорее к носу, время не ждет.
Откуда-то снизу послышался отчаянный крик. Перегнувшись через поручни, Питт увидел девчушку лет восьми. Нечаянно свалившись за борт, она в ужасе кричала, чудом успев уцепиться за свисающий канат. Питт лег на живот и протянул руки. Выждав момент, когда девочку волной подбросило вверх, он ловко подхватил ее за запястья и втащил на палубу.
— Ну как водичка? Понравилось купаться? — нарочито весело спросил Питт, пытаясь вывести девочку из шока.
— Теплая, только волны очень большие, — всхлипнула она, кулачком протирая глаза, покрасневшие и слезящиеся от дыма и соленой воды.
— Скажи, ты была вместе с родителями?
Малышка кивнула:
— Да, мы спустились все вместе: папа, мама и я с моими братиками и сестрой. Потом меня случайно толкнули, я упала в воду, и никто меня не заметил.
— Не вини их, — мягко возразил Питт, передавая девочку Мисти Грэхем. — Наверное, они уже ищут тебя.
Мисти улыбнулась и взяла малышку за руку:
— Пошли, мы поищем твоих мамочку и папочку.
Взгляд Питта упал на расплывшееся в зеленоватой воде пятно каштановых волос. Лица не было видно, но вот над поверхностью приподнялась и опустилась тонкая рука, сделав то ли взмах, то ли гребок. Подбежав к фальшборту, Питт успел заметить показавшуюся над водой женскую головку и огромные голубые глаза, казавшиеся безжизненными и потухшими.
— Подберите женщину, — крикнул он в сторону ближайшей шлюпки, рукой указывая направление, но та отошла слишком далеко, и рулевой не услышал команду.
— Плывите сюда! — закричал Питт, обращаясь к женщине, но она никак не среагировала, находясь, видимо, в состоянии контузии.
Не колеблясь ни секунды, Питт перемахнул через поручни и ласточкой нырнул в воду. Подобно стартующим пловцам, он часть дистанции пронырнул под водой, сэкономив тем самым несколько секунд. В несколько гребков он оказался на месте, схватил женщину за волосы и вытащил ее голову из воды. Только сейчас Питт заметил, что она крепко сжимает ручку небольшого портфеля, который наполнился водой и тянул ее вниз.
— Бросьте его скорее! — рявкнул Питт. — С ним вам не выплыть!
— Нет, никогда! — сразу встрепенулась девушка. — Я не могу этого сделать!
Ее упрямство поразило Питта и в то же время обрадовало, так как свидетельствовало о том, что она окончательно пришла в себя. Поддерживая ее за блузку, Питт начал подталкивать спасенную к «Изыскателю». Добравшись до судна, он передал девушку в руки спасателей, которые тотчас подняли ее на борт. Избавившись от обузы, Питт легко вскарабкался вслед за ней по веревочной лестнице. Одна из женщин набросила на девушку одеяло и собиралась отвести в кают-компанию, но Питт остановил их и спросил, в упор глядя в голубые бездонные глаза:
— Почему вы рисковали собственной жизнью, чтобы спасти портфель? Что в нем такого?
— Труд всей жизни моего отца, — с трудом выговорила спасенная, дрожа от холода.
Чтобы прояснить ситуацию, Питт уточнил:
— А ваш отец, он жив или вы не знаете?
Медленно покачав головой, девушка жалобно взглянула на густо покрытую пеплом воду, где плавало множество тел.
— Он утонул на моих глазах, — прошептала она.
Потом резко повернулась и исчезла в проходе.
* * *
Наконец в шлюпки собрали всех, кто еще оставался в живых. Передав на борт нуждавшихся в медицинской помощи, шлюпки отошли на небольшое расстояние. На них разместили ровно столько людей, чтобы не подвергать их опасности и одновременно уменьшить нагрузку на океанографическое судно.
Питт связался со шлюпочными командами по радио:
— Ищите уцелевших близ нашей кормы. И старайтесь держаться в кильватере с подветренной стороны.
Переполненный людьми «Изыскатель» напоминал огромный муравейник. Спасенных разместили повсюду: в машинном отделении, кладовых, лабораториях, жилых помещениях. Они сидели или лежали на камбузе, в комнатах для отдыха, каютах и столовой. Все проходы были забиты людьми. Пять семей теснились в каюте капитана Берча. Даже в штурманской и радиорубке сидели люди. На палубе они расположились так плотно, что сверху нельзя было разглядеть ни одного квадратного дюйма пустой поверхности.
«Изыскатель» осел так сильно, что даже четырехфутовые волны перехлестывали через планшир. Его экипаж совершил настоящее чудо, приняв на борт столько народу. Но и команда «Изумрудного дельфина» заслуживала всяческих похвал. Большинство ее членов пострадали от ожогов, поскольку до последней минуты оставались на своих местах. Лишь когда последний пассажир покинул корму лайнера, они тоже начали спускаться по канатам. Но как только попадали на переполненное исследовательское судно, сразу же принимались помогать выбившимся из сил ученым заботиться о пассажирах, не обращая внимания на собственные болячки.
К сожалению, смерть не миновала и тех, кто уже находился на борту «Изыскателя». Получившие слишком сильные ожоги и травмы во время падения в воду тихо перешли в мир иной. Под негромкое чтение молитв и причитания родных их тела пришлось опустить за борт, чтобы освободить место для живых.
