Тюрьма его приподнятого настроения не разделял, он был угрюмым.
- Чего киснешь? Хлебни, - протянул Туман ему бутылку...
- Не, не надо... Надо ноги делать.
- Ты чего, их испугался? Да они обгадились. Мышцой думали задавить. Вот им! - Туман сделал выразительный жест и захохотал еще сильнее.
Но праздник был испорчен. По инерции кореша попихали ногами проституток. Однако удовольствия уже никакого не получали.
- Все, - сказал резко Тюрьма. - Уходим.
- Ты чего? - изумленно уставился на него Туман, не понимая, чего это корешу вожжа попала под хвост.
- Уходим. Вещи собирай! - Тюрьма поднялся с дивана и начал кидать вещи в просторную сумку.
- Не понял, братан, - поморщился Туман.
- Засыпемся здесь.
Туман встряхнул головой. Уверенность приятеля подействовала на него, и он тоже стал собирать вещички.
- Сидеть тут и не вякать, - сказал напоследок избитым проституткам Туман, выходя из квартиры.
Тюрьма помедлил, задумчиво посмотрел на проституток, потом вытащил из кармана пачку сторублевок и кинул на пол.
- Без обид, - сказал он. Они вышли на улицу.
- И куда мы идем? - спросил Туман. Было три часа ночи.
- Сейчас тачку поймаем. И домой.
- На хрена?
- Спалились мы.
Когда они ловили машину, то увидели мигалки. К подъезду дома подкатили две милицейские машины. В подъезд прошли менты с автоматами.
- Это чего? - прохрипел севшим голосом Туман.
- Это за нами.
- Блин. Хорошая хата была.
- Не хер было со шлюхами воевать! - раздраженно выпалил Тюрьма.
- Не хер меня учить! - выпятил губу Туман. Тюрьма лишь махнул рукой.
***
Шайку повязал ночной патруль. Четверо парней шли, согнувшись под грузом, и не отреагировали вовремя на звук мотора.
- Стоять! - выкрикнул прапорщик - старший экипажа, выпрыгивая из желтого "уазика" с надписью "ПМГ".
Тут участники шайки быстро поняли, что к чему, и дунули врассыпную, побросав честно наворованную добычу.
Прапорщик выпрыгнул из машины и резко рванул вперед, настиг одного, повалил наземь. Второй ударил мента ногой, заработал в ответ увесистым короткоствольным автоматом по зубам и упал, заскулив и сплевывая кровь.
Второй патрульный крикнул:
- Стреляю! Стой!
И выпалил в воздух из пистолета. Третий беглец застыл как вкопанный. Последний, не обращая внимания, только наддал ходу и ринулся к тянущимся складам фарфорового завода.
Наручников была одна пара, ими сковали двоих приятелей. Третьего связали веревками В районный отдел их доставили в полвторого ночи. Задержанных поставили лицами к стенке в коридоре перед дежуркой. В просторном помещении дежурной части выгрузили в присутствии понятых - двух задержанных без прописки молдаван - содержимое мешков. Добыча была богатая - два автомобильных колеса, магнитола, автомобильные зеркала.
По лестнице спустился Аркаша, который дежурил в эту темную безлунную ночь, и развел руками, увидев стоящих у стеночки задержанных.
- Хорь. Какая встреча!
Предводитель банды индейцев Хорек мрачно глядел в стену.
- Сбылась моя мечта. Увижу тебя в тюремной робе. Не все тебе условные сроки огребать, - Аркаша положил тяжелую лапу на спину Хорю и повернул его лицом к себе.
- Не увидишь, - буркнул Хорь.
- Почему?
- Потому...
- Что кончается на "у"? - договорил Аркаша. - Только ты не угадал.
Аркаша посмотрел на остальных задержанных - лица все знакомые, из компашки Хоря. Вся компашка - это мелкая шпана, по большей части несовершеннолетние, рано набравшиеся ума воришки, половина плотно сидит на игле, колет в вену черняшку, вторая половина так же железно - не столкнешь - засела на стакан Несовершеннолетняя мразь, большинству из которых прямая дорога в казенный дом, а потом в бомжи, если до того времени не посадят на перо в уличной драке или не удавят за крысятничество свои же кореша.
Аркаша безошибочно выбрал из компании здоровяка с испуганно бегающими глазами. Его кличка была Фанера.
- Пошли, родной, поговорим.
В кабинете он приложил пару раз Фанере медвежьей лапой по черепу - не так чтобы очень больно, но звезды в глазах вспыхивают. И парнишка, не сомневаясь, тут же раскололся по полной программе.
Потом Аркаша так же успешно поколол второго члена шайки - теперь уже в общей сложности было тридцать эпизодов краж и пара грабежей - шайка подрабатывала, дергая сумки на вокзалах Москвы.
Настала очередь Хоря.
- Права не имеете. - Предводитель шайки уже три месяца не заглядывал в отдел милиции, поэтому немножко подзабыл о простоте нравов, царящих в этом учреждении.
- Да? - удивился искренне оперативник, беря молодчика за ухо и приподнимая.
- Больно, бля! Уй-я!
- Ты, уродец клонированный... Люди всю жизнь на дачу копили. А ты ее ограбил, сжег. Давай, говори, пока яйца тебе в дверной косяк не зажали.
- Не знаю ничего.
Ухо уже начало потрескивать.
- Не ты, так твои кореша все выложат. Сейчас они уже соревнуются в чистописании. Кто первым напишет, тот меньше по харе получит. И меньше срок Ну, шарики с роликами вошли в контакт, да? Извилины заработали? Пиши, сученыш.
Хорь, понукаемый Аркашей, прикусив язык, аккуратно выводя буквы, с бесчисленным количеством самых позорных грамматических ошибок, от которых даже третьекласснику стало бы стыдно, написал признанку, и количество эпизодов сразу выросло до девяносто восьми, поскольку писал он за всю шоблу, которая в общей сложности насчитывала пятнадцать человек. В основном крали из дач - по причине тяжелого материального положения - наркота и выпивка дороги, из ненависти к столичным штучкам, а еще из глубокого внутреннего убеждения, что москвичи должны делиться своим добром за то, что Хорь с компанией народился на белый свет и живет в этой местности.
На все это окололитературное творчество ушло часа три, при этом Аркаша гонял Хоря по каждому эпизоду, как двоечника на экзамене, заставляя припоминать все и писать, писать, писать шариковой ручкой по серым, тонким листам.
- Ту кражу, из "Форда", когда залепили? - осведомился Аркаша.
- После того, как на озере с Туманом и его шестерками побуцкались, Хорь поддался на игру в воспоминания, и теперь его не надо было понукать и пинать.
- С Туманом? Леней Тумановым?
- Ну да.
- И кто кого? - усмехнулся Аркаша.
- Мы должны были. Но он как шмальнет.
- Чего?
- Из ствола.
Аркаша призадумался. Потом спросил:
- Из какого ствола?
- Из пистолета.
- Марка?
- А я что, разбираюсь? Длинный такой ствол.
- Куда попал?
- В шину попал...
Хоря и его шайку рассовали по камерам. Весь следующий день угрозыск работал на вылавливание по домам и подворотням остававшихся на свободе членов шайки. Наконец, кроме двоих, все устроились в камерах. Трое упорствовали, ничего не желая признавать. Остальные пели, как соловьи, и теперь остановить их было трудно. Ввиду воцарившегося гуманизма долго в камере они не просидят. Большинство выйдет под подписку о невыезде, а для оплаты дорогостоящих услуг адвокатов снова пойдут воровать и рвать сумки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
