чувство, то длится оно не долго, как правило, заканчивается с медовым месяцем. А потом, быть может, последует даже отвращение или безразличие к предмету своей бывшей страсти. А уж, какое несчастье жить с человеком, чьё присутствие тебя нисколько не волнует или неприятно! Такой вывод сделала Шарлотта, наблюдая жизнь семейных пар. И сомневалась, что сама станет рабой своих чувств и когда-нибудь выйдет замуж.
Викарий Уильям Уэйтмен произвёл впечатление на сестёр. Шарлотте нравилось с ним болтать, Эмили не грустила в его присутствии, изучая молодого человека, а Энн была им очарована. Она частенько подходила к окну, не идёт ли он мимо, а ещё лучше, если направляется к ним. Слушать его готова была бесконечно. И напрасно пытались сёстры убедить её, что о нём не надо думать всерьёз, он любезничает со всеми девушками округи. Но вскоре выяснилось, он помолвлен.
«Дорогой Уильям никогда не будет со мной, и нет никакой надежды на его любовь, — думала Энн, убитая этой новостью. — Как горько, что мы не можем быть вместе. Милый, помоги тебя забыть, я как сумасшедшая не могу перестать думать о тебе. Видеть тебя такое счастье и такая мука, ты с другой… Куда мне убежать от твоих лучистых глаз, от заразительного смеха, от такого родного лика. Как хочется броситься к тебе, прижаться и стоять так вечность. Милый Уильям, как печально, что именно ты приехал в наш пасторат, и какая радость и какая боль любить тебя…»
ЗОВУ
Ох, как я утомилась —
Прилягу на кровать.
Глаза устали плакать,
А сердце — тосковать.
Жизнь очень одинока,
Проходят мимо дни.
Прошу тебя, любимый —
К бедняжке загляни.
О, знал бы ты, как жду я
Тебя день ото дня;
Не отнимай, желанный
Надежду у меня!
Летом Эллен предложила Шарлотте сопровождать её в поездке к морю. Шарлотта с величайшей радостью согласилась. Патрик Бронте и тётка детей задумали на две недели отправиться в Ливерпуль. Планировалось поехать со всеми молодыми Бронте, но Шарлотта тогда должна была отказаться от совместного путешествия с Эллен. Дни проходили, а отправление задерживалось на неопределённый срок. Разного рода семейные и материальные проблемы мешали быстрому осуществлению задуманного. И, когда Шарлотта совсем уж отчаялась и приготовилась расстаться со своей мечтой, она сбылась. В конце сентября подруги отправились на две недели в Истон.
Шарлотта впервые увидела море, она жадно всматривалась в это удивительное и прекрасное творение природы. За несколько дней она успела узреть его разным, то бирюзово-синим, то зеленоватым, то мрачно-тёмным, то пенящимся белыми волнами, то яростно ревущем при сильном ветре, то мягко плещущемся, когда оно спокойно. В поездке девушки познакомились с молодой супружеской четой, милыми и добрыми людьми, которые иногда совершали вместе с ними прогулки в Байтон и Хейвуд. Подруги частенько играли с их малышкой Ханчин. Шарлотта и Эллен навестили миссис Худзон, которая жила почти на пути их следования, недалеко от Берлингтона. Гостья, не теряла время даром, водрузив на нос очки, она рисовал портрет хозяйки. Скоро миниатюра с профилем мадам в кружевном чепце и белой косынке на плечах осталась на память от любезной Шарлотты.
В начале осени Энн перешла на работу в семейство Инэма Блэйк-Хола, близ Мирфилда. Конечно же, ей не хотелось покидать милых её родных, она знала, что снова будет скучать. Но понимала, что должна работать. И ещё ей надо было уехать, чтобы не видеть любимого её Уильяма. Разлука необходима, но как тяжело его покидать…
В ноябре охромевшая Табби покинула пасторат и переехала в свой маленький домик, где ей помогает по хозяйству сестра. Девицы Бронте часто навещают бывшую служанку и надеются, что она вернётся к ним, поэтому и не взяли новую прислугу на постоянную работу. Выпечка хлеба и приготовление еды теперь дело рук Эмили. Уборка комнат — удел Шарлотты, она же взяла на себя глаженье одежды. Но оказалось, что нагреть утюг, чтобы не сжечь бельё не просто. Шарлотте это удалось не сразу, и за испорченные вещи она получила нагоняй от тёти. Наводя порядок в своём небогатом, но родном доме девушкам было намного лучше, чем где-нибудь в чужом шикарном особняке. Они испытывали удовольствие оттого, где они, с кем рядом и оттого, что делают. К тому же они находили время для отражения своего воображения, что для них стало немаловажным.
Шарлотта понимала, рано или поздно придётся поступать на службу, хотя сама мысль о работе гувернанткой для неё ненавистна. Но это неизбежно, поэтому она искала новое место.
Новый Год Бронте встретили вместе кроме Энн, которая продолжала работать. Брануэлл вернулся домой, он несколько месяцев работал гувернёром в Камберленде. Юноша по-прежнему захаживал в «Чёрный Бык», веселя тамошнюю публику. Его не покидала мечта покорить столичное общество. Он себя готовил к прибытию в Лондон. Тщательно изучал карту города и знал все улицы и переулки.
Однажды столичный гость прибыл поздним вечером в «Чёрный Бык», он приехал в Хауорт по делам в лондонское представительство. Как всегда, послали за Патриком Брануэллом, чтобы тот поразил гостя своей эрудицией и умной беседой. Путешественник действительно удивился, что встретил в таком захолустье знатока Лондона и образа жизни столичных жителей. Более того, гость получил от Брануэлла дельный совет, как ему лучше добраться до места назначения в Лондоне, минуя глухие улицы и сократить путь через узкие переулки. В конце их длинной беседы Брануэлл признался, что в столице ему не довелось побывать, чем ещё больше поразил заезжего лондонца.
К живописи Брануэлл несколько охладел. Он загорелся завоевать литературную известность. Часто посылал стихи в журнал города Лидса. Одну из своих поэм он отправил Колриджу, от которого получил не только добрый ответ и похвалу, но и приглашение навестить его. Но на это не было средств. Он ни единожды самостоятельно пытался написать прозаические произведения, но ни одно не закончил, хотя в своих рассказах, написанных простым и ясным языком, изображал персонажей с изяществом портретиста. Для многих завсегдатаев «Чёрного Быка» Патрик Брануэлл особенный, как редкий бриллиант среди обыкновенный камней. Вряд ли кто-нибудь из них подозревал, что этот балагур может быть недоволен тем вниманием, которое ему оказывали в кабачке. Но маленький Хауорт не удовлетворял растущее честолюбие Брануэлла. Ему не хватало масштаба, ему необходим большой столичный город. Внутренняя неудовлетворённость терзала его, непривыкшего отказываться от своих желаний. Ему уже двадцать три года, а Лондон всё ещё недоступен ему
