Читаем без скачивания Проверено: мин нет! - Сергей Самаров

– Нет вопросов… – ответил за всех капитан Трегубенков. – Привычное дело…

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

1

Для второй группы спецназовцев такая работа тоже была привычным делом. Вызов капитана Рукавишникова приняли. На всякий случай привязали к нарам раненого, к тем же нарам за ноги привязали и Расула Щипача, и после этого старшие лейтенанты Прокрустов и Лукоморьев покинули «нору». Капитан Сидоренков предпочёл остаться на прежней позиции в стороне, справедливо считая, что со стороны ему будет легче стрелять, маневрировать и не подпускать бандитов к «норе». В любом случае вне люка он оставался свободным в своих действиях…

Старшие лейтенанты преодолевали расстояние до капитана Рукавишникова бегом, хотя и пригибали при беге головы. И на месте оказались даже с некоторым запасом времени. И весь путь слышали время от времени вспыхивающую ожесточённую перестрелку. Впрочем, сами старшие лейтенанты, как и капитан Рукавишников, уже по звукам определили, что происходит. Разыгрывалась стандартная спецназовская ситуация подготовки к прорыву. И они понимали, что до прорыва время у них ещё есть. Потому что сначала последует обстрел, потом пойдёт прорыв, потом будет бегство бандитов, если кто-то из них останется в живых. Скорее всего побегут они именно в сторону «Норы», причём обязательно будет кто-то лишний, скорее всего даже пара человек лишних, в чью обязанность входит накрыть люк пакетами с кустами, то есть замаскировать.

Капитан Рукавишников тоже времени не терял и успел наметить три наиболее выгодные точки для контроля за окрестностями. Причём выбирал их так, чтобы отступающих боевиков запустить непременно сразу между двух точек и при этом чтобы стрелки в точках друг друга не обстреливали, учитывая короткую дистанцию кинжального «огня».

Как только старшие лейтенанты заняли на отведённых им местах позиции, сам капитан опять поднялся в чужой огород.

– «Голован»… Я – «Таганай»… Как слышишь?

– Нормально. Как дела?

– Позиция готова. Ждём, можешь посылать…

– Мы уже закончили… «Лови удачу, пусть неудачник плачет»…

И, словно в подтверждение слов майора Голованова, звучно грянул залп сразу из нескольких подствольных гранатомётов, потом заговорили пулемёты и одиноко «рявкнул» не потерявший голос РПГ-7. Началось…

Рукавишников бегом вернулся на свою позицию, где успел выкопать под автоматный рожок яму. Бруствер был естественным, но слишком широким для комфортной стрельбы. А с ямкой автомат ложился аккуратно, и стрельбе ничто не мешало…

Подобное поведение в бою многократно отрабатывалось на занятиях, да и в боевой обстановке однажды уже приходилось применять, хотя чаще спецназу приходится не обороняться в таких вот каменных домах, а выбивать из этих домов засевших там боевиков. Но там другая тактика. Там тяжёлая техника сразу сносит заборы, чтобы иметь возможность вести обстрел издалека из всех возможных приспособленных и сооружённых укрытий. Боевики тяжёлой техникой не обладают, снести забор возможности, да и, кажется, желания не имели и потому вынуждены были размещать свои позиции на сравнительно небольшом пространстве между забором и домом. Они не видели в этих позициях большой опасности для себя, полагаясь на своё численное преимущество, с плотным гранатомётным огнём дела ещё никогда, наверное, не имели и не представляют, что это такое и какое даёт преимущество умелое и грамотное использование сразу всех «подствольников».

Группа заняла позиции. Один за другим бойцы докладывали командиру о готовности.

После последнего доклада Голованов сделал паузу в десяток секунд, перевёл дыхание и дал стандартную негромкую команду, не пытаясь даже перекричать музыку, несущуюся из спальни:

– «Огонь»!

Гранатомёт майор уже держал наготове, сразу высунулся в амбразуру и выстрелил вместе со всеми. Конечно, ему хотелось бы выстрелить первым, как и каждому. Но пять одновременных выстрелов слились в один. Сразу после этого огрызнулся РПГ-7, а затем заговорили два пулемета – старший прапорщик Киршин и рядовой Бутырский патроны не жалели и знали, что после залпа подствольных гранатомётов бандитам будет не до того, чтобы искать в прицел их амбразуры.

Майор ориентировался на себя. Он знал, что не быстрее всех заряжает «подствольник», но и не медленнее всех. Зарядил, дал ещё две секунды на подготовку и снова отдал команду:

– Гранатомёты… «Огонь»!

На сей раз залп получился не таким дружным, о чём можно было судить по лёгкой разноголосице и по продолжительности стрельбы. Разброс был в пределах трёх-четырёх секунд, для повторного залпа вполне нормальный показатель. И Голованов заранее знал, что третий залп будет ещё более разбросанным, вплоть до восьми-девяти секунд. Так обычно бывает на учебных стрельбах. Но и это хороший показатель, и, может быть, такой залп даже более опасный для противника, потому что после первых взрывов кто-то уже может поднять голову, если может это сделать, а последний выстрел эту голову достанет.

Снова заговорили пулемёты. И третий залп окончательно вычистил двор от кустов. Третий залп, кажется, был уже лишним, он выкашивал не кусты и людей, а траву, и без того подстриженную чьей-то старательной рукой. Наверное, Расул Магометов был рачительным и аккуратным хозяином и любил порядок…

– Сад!.. – прозвучала очередная короткая команда, но она в принципе была и не нужна, потому что прозвучала с опозданием – все бойцы сразу после третьего выстрела самостоятельно начали перемещаться к бойницам противоположной стены, на ходу перезаряжая «подствольники» и готовясь к новому залпу.

– «Огонь»!..

Залп грохнул, накрывая кусты, калеча яблони и роняя на землю не собранные полностью яблоки.

Из дома вырывались уже без команды, хотя команда, может быть, и прозвучала. Майор Голованов и сам не понял, давал команду он или нет, он только знал, что кричал что-то. Пулемёты били по саду безжалостно, не давая поднять голову тому, кто уцелел после залпа. Пять гранат на шесть человек, точки нахождения которых определены, – это слишком много. А потом ещё и пулемёты…

Дверь распахнулась настежь от удара ногой. Дверь выходит на фасадную сторону, но там уже некому встречать выбегающих спецназовцев ни поднятыми стволами, ни даже поднятыми руками. Группа разделилась сама собой и моментально обежала дом. Но и из сада никто уже не стрелял навстречу. Всё было закончено.

– Считаем трупы… – дал команду Голованов.

В саду оказалось восемь убитых, хотя раньше там насчитали только шестерых бандитов.

– Они что, почкованием здесь размножаются… – не удержался командир от ворчания. – Фасад, что у вас?

– Двенадцать… – сообщил старший лейтенант Бахвалов.

Значит, никто не ушёл, только двое пришли… Двадцать человек…

– Ищем Наримана Омарасхабова… Мне точно нужно знать, что он не ушёл…

Наушник в ухе напомнил о себе.

– «Голован»… Я – «Таганай»… Как слышишь? – раздался отдалённый голос капитана Рукавишникова.

– Нормально, – переводя дыхание, ответил майор. – Как дела?

– Позиция готова. Ждём, можешь посылать…

– Мы уже закончили… «Лови удачу, пусть неудачник плачет»…

– Здесь Наримана нет… – сказал капитан Трегубенков.

– «Славич», что у тебя?…

– Пять секунд, командир, три человека посмотрю… Нет… Нет Наримана… И сына его тоже нет… Ушли погулять заранее…

– Здесь сына тоже нет… – сообщил Трегубенков.

– «Таганай»!

– Слушаю, командир…

– Нариман Омарасхабов вместе с сыном, возможно, еще с кем-то… Перекрой пути… Они должны там появиться…

– Мимо нас не пройдёт… А другого пути в нору нет…

– «Голован», я – «Магистр»… – доложил сверху снайпер группы прапорщик Денисов. – В село входят три боевые машины пехоты и тентированный «КамАЗ»… Идут на скорости, без остановки… В нашу сторону…

Голованов сел на землю и прислонился спиной к искромсанному осколками телу яблони.

– Подкрепление, как всегда, опоздало… Это парни из «Витязя»… Пусть проведут проверку по всему селу… Не всех же мы бандитов перебили… Они тут размножаются за минуты…

Видимо, спецназовцев внутренних войск хорошо инструктировали накануне операции, и по карте они изучили село так же хорошо, как и спецназ ГРУ, потому что три боевых машины пехоты и тентированный «КамАЗ» на высокой скорости проехали сразу туда, куда следовало. Причём «КамАЗ» остановился, не доезжая поворота, и из машины цепью высыпали бойцы в «краповых» беретах. А БМП проследовали к дому Расула Магометова. Обо всём этом майору Голованову с чердака, откуда всё происходящее было видно, докладывал прапорщик Денисов. Голованов только морщился. Вот что значит несогласованность действий. Ещё в период планирования операции Голованов просил выделить ему в поддержку пару взводов спецназа ГРУ из недалёкой Моздокской бригады. Не выделили. Если бы выделили, спецназ ГРУ со спецназом ГРУ договорился бы без проблем. И связь бы они сейчас поддерживали через «подснежники», и подкрепление не стало бы бестолково врываться в село, а окружило бы его по периметру, чтобы никого не выпустить, а потом уже начало бы проверку по улицам и домам.