и быстрее. Нет, нет, нет.
«Рия, пожалуйста, остановись! Прошло слишком много времени. Я просто хочу их увидеть». Он был в бреду от боли, корчась на земле, пытаясь заставить дракона вернуться внутрь. Был хаос, поскольку охранники окружили его. Жгучая боль, когда в него кололи чертовы лекарства, чтобы попытаться подавить дракона. Тепло струилось по его губам к подбородку. Капает и капает. Больной. Тошнота, и Рия снова увидит его таким. Но что ещё хуже, она увидит красного дракона, и если она переживет эту встречу, она уже никогда не посмотрит на него, как прежде.
Пожалуйста, умолял он дракона. Позволь мне обнимать хоть ещё чуть-чуть. Позволь мне защитить её. Он не мог думать. Все болело. Кто-то пел. Рия?
Она пела слова «Baby Got Back» (прим. Пер. Певец Sir Mix-a-Lot). И она на самом деле неплохо читала рэп. Если бы его тело не горело прямо сейчас, он бы рассмеялся.
Она действительно пришла за ним. Глупая женщина не понимала, в какой опасности она находится. Это сооружение не могло удержать красного дракона. Ох, охранники думали, что могут его сдержать, но они были так чертовски неправы, что это было полное безумие. Люди здесь ещё дышали из-за монументальных усилий, которые он приложил, чтобы сохранить некое подобие контроля над своей злой стороной.
И да, он полностью верил, что красный дракон был злым. Он ничего не чувствовал. Ему было всё равно. Им управляет голод и месть. Вот и всё. Вот и всё. Голод. Месть. Вир очень заботился о нескольких людях, но красный дракон буквально ни о ком не заботился
До Рии.
Ты причинишь ей боль. Вир стиснул зубы и зажмурил глаза, когда его крылья вырвались из тела. Е*ать. Остановись. Остановись или ты убьешь её, а потом вернёшься к тому, что около тебя ничего и никого не останется.
Рёв вырвался из его тела, сотрясая его в припадке и сотрясая комнату. Посыпался ещё куски бетона, и все лампы над ним погасли. А потом вспыхнул огонь, обжегший его горло и осветивший камеру, которая не могла удержать его монстра.
И когда дракон вырывал из него клетку за клеткой, завладевая его разумом, как черный яд… Вир снова погрузился во тьму.
Глава 9
— С дороги! — Рия закричала на охранников, блокирующих двери в камеру Вира.
— Он не останавливается, леди! И это место не создано для такого оборотня!
Рия с трудом сопротивлялась желанию щелкнуть пальцами и швырнуть придурков в стену силой, которая пульсировала в ней. Ей нужно было продолжать петь. Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие, Вир.
Раздался оглушительный рёв, сотрясший землю под ногами. Дерьмо. Она опаздывает. Она протиснулась между ними и вставила карту в считывающее устройство.
— Мерсер! Нет!
— Отъе*ись, Эммет. Если я не остановлю его, то кто? Только не твои чертовы лекарства! Посмотри, что хорошего они сделали!
Лицо Эммета было красным, пока он нависал над ней, его рука была прижата к двери.
— Я могу это сделать, — умоляла она.
Эммитт покачал головой и сунул кожаный мешочек ей на грудь.
— Это не проверенное лекарство, и у нас есть только одна доза, но она должна быть более мощной, чем до этого использовались. Это может убить дракона. Убей его, пока он не убил всех здесь.
Рию затошнило. Ей хотелось выблевать всё, а затем раздавить Эммета своей силой, но у неё не было времени на проявление своего гнева. Она должна была попасть туда. Она оттолкнула руку Эммета от двери и открыла её, и то, что она увидела, привело её в ужас.
Лампочки вспыхивали и гасли, вибрируя от волн силы. Вир всё ещё был частично человеком, но у него были массивные, кроваво-красные, изорванные и изодранные драконьи крылья, тянущиеся из его спины. Его лицо было искажено яростью и страданием, с него капала кровь. Он запрокинул голову назад и изверг огонь в смотровые окна на противоположной стороне камеры. Его глаза были совершенно пустыми, как будто он полностью отключился. Но она понимала, какую боль он должен был испытать, чтобы быть наполовину измененным и всё ещё бороться за то, чтобы его кожа оставалась такой. Огонь и магма, вытекающая из человеческого горла, должно быть, это адская агония. Её сердце разбилось. Он сломался, вот так просто. В этот момент она поняла, что любит его. Она знала, что сделает всё, чтобы уменьшить его боль.
Слёзы текли по её лицу, Рия побежала прямо к нему. Он взмахнул крыльями, когти на концах выцарапали глубокие ямки в бетонных стенах, когда он повернулся к ней, его глаза сияли серебром с удлиненными зрачками. Этот дракон точно не выглядел полумертвым.
Испуганная, но решительная, Рия двигала ногами быстрее. Она услышала щелчок поджигателя в его груди, но проигнорировала его, потому что должна была ему доверять. Она должна была верить, что Вир не сожжет её. Что его дракон оставит её в живых. И если она повернется, чтобы побежать, ей все равно будет гораздо больнее.
Почти дошла. Почти.
Быстрее. Её ноги горели, но, схватив кожаный мешочек, она прыгнула на последние несколько футов и врезалась в него как раз в тот момент, когда он открыл рот, полный острых как бритва зубов. На его коже были слабые чешуйки, и он покраснел, и она была так напугана, но она обвилась вокруг него и держалась изо всех сил.
Когда дракон взревел, голова Рии зазвенела от его громких звуков.
— Послушай. Послушай, — умоляла она дрожащим голосом. — Это я. Это Рия. И ты сказал, что не можешь быть со мной, но ты можешь. Вир. Красный Дракон, посмотрите.
Его руки сжались вокруг неё. Слишком туго, и его ногти впились ей в спину. Слишком резко. Он собирался раздавить её.
— Смотри! — закричала она, изо всех сил пытаясь вытащить шприц из мешочка. — Это может убить дракона. Хочешь, я убью его?
— Вырубите его сейчас же! — Эммет закричал под мигающими лампами, и раздался лязг оружия. Десятки винтовок щелкали, металл о металл, когда их взводили и заряжали. Здесь должно быть сорок охранников, готовых покончить с Виром. Готовые прикончить её только за то, что она мешает.
Лицо Вира исказилось от ярости, но он больше не давил её.
— Нет, — выпалил он. — Не убивай меня.
Рука Вира легла ей на затылок, как будто он пытался защитить её, когда выстрелил огненным шаром в самую плотную толпу охранников. Они отскочили в сторону, и стены сотряслись от силы взрыва. Кожа Вира горела. Очень горячий, слишком.
— Убей его, или я отдаю
