Братские могилы
Волны тяжки и свинцовы,Кажет темным белый камень,И кует земле оковыПозабытый небом пламень.
Облака повисли с высей,Помутнелы – ослабелы,Точно кисти в кипарисеНад могилой сизо-белы.
Воздух мягкий, но без силы,Ели, мшистые каменья…Это – братские могилы,И полней уж нет забвенья.
1904 СевастопольСирень на камне
Клубятся тучи сизоцветно.Мой путь далек, мой путь уныл.А даль так мутно-безответнаИз края серого могил.
Вот кем-то врезан крест замшенныйВ плите надгробной, и, как тень,Сквозь камень, Лазарь воскрешенный,Пробилась чахлая сирень.
Листы пожёлкли, обгорели…То гнет ли неба, камня ль гнет, —Но говорят, что и в апрелеСирень могилы не цветет.
Да и зачем? Цветы так зыбки,Так нежны в холоде плиты,И лег бы тенью свет улыбкиНа изможденные черты.
А в стражах бледного ЭребаОкаменело столько мук…Роса, и та для них недуг,И смерть их – голубое небо.
Уж вечер близко. И путиПередо мной еще так много,Но просто силы нет сойтиС завороженного порога.
И жизни ль дерзостный побег,Плита ль пробитая жалка мне, —Дрожат листы кустов-калек,Темнее крест на старом камне.
<1904>Опять в дороге
Луну сегодня высиУпрятали в туман…Поди-ка, подивися,Как щит ее медян.
И поневоле сердцуТак жутко моему…Эх, распахнуть бы дверцуДа в лунную тюрьму!
К тюрьме той посплывалисьНе тучи – острова,И все оторочалисьВ златые кружева.
Лишь дымы без отрадыИ устали бегут:Они проезжим рады,Отсталых стерегут,
Где тени стали ложныПо вымершим лесам…Была ль то ночь тревожнаИль я – не знаю сам…Раздышки всё короче,Ухабы тяжелы…А в дыме зимней ночиСлилися все углы…
По ведьминой рубахеТоскливо бродит тень,И нарастают страхи,Как тучи в жаркий день.
Кибитка всё кривее…Что ж это там растет?«Эй, дядя, поживее!»– «Да человек идет…
Без шапки, без лаптишек,Лицо-то в кулачок,А будто из парнишек…»– «Что это – дурачок?»
– «Так точно, он – дурашный…Куда ведь забрался,Такой у нас бесстрашныйОн, барин, задался.
Здоров ходить. Морозы,А нипочем ему…»И стыдно стало грезыТут сердцу моему.
Так стыдно стало страхуОт скраденной луны,Что ведьмину рубахуУбрали с пелены…Куда ушла усталость,И робость, и тоска…Была ли это жалостьК судьбишке дурака, —
Как знать?.. Луна высокоВзошла – так хороша,Была не одинокаТеперь моя душа…
30 марта 1906 Вологодский поездЕль моя, елинка
Вот она – долинка,Глуше нет угла, —Ель моя, елинка!Долго ж ты жила…Долго ж ты тянуласьК своему оконцу,Чтоб поближе к солнцу.Если б ты видала,Ель моя, елинка,Старая старинка,Если б ты видалаВ ясные зерка́ла,Чем ты только стала!На твою унылостьГлядя, мне взгрустнулось…Как ты вся согнулась,Как ты обносилась.И куда ж ты тянешьСломанные ветки:Краше ведь не станешьМолодой соседки.Старость не пушинка,Ель моя, елинка…Бедная… Подруга!Пусть им солнце с юга,Молодым побегам…Нам с тобой, елинка,Забытье под снегом.Лучше забытья мыНе найдем удела,Буры стали ямы,Белы стали ямы,Нам-то что за дело?Жить-то, жить-то будемНа завидки людям,И не надо свадьбы.Только – не желать бы,Да еще – не помнить,Да еще – не думать.
30 марта 1906 Вологодский поездПросвет
Ни зноя, ни гама, ни плеска,Но роща свежа и темна,От жидкого майского блескаВсё утро таится она…
Не знаю, о чем так унылы,Клубяся, мне дымы твердят,И день ли то пробует силы,Иль это уж тихий закат.
Где грезы несбыточно-дальнейСквозь дымы златятся следы?..Как странно… Просвет… а печальнейСплошной и туманной гряды.
Под вечер 17 мая <1906> Вологодский поездИ.Ф. Анненский. 1900-е гг.
Ноша жизни светла и легка мне…
Le silence est l’âme des choses.
Rollinat[14]
Ноша жизни светла и легка мне,И тебя я смущаю невольно;Не за Бога в раздумье на камне,Мне за камень, им найденный, больно.
Я жалею, что даром поблеклаПозабытая в книге фиалка,Мне тумана, покрывшего стеклаИ слезами разнятого, жалко.
И не горе безумной, а иваПробуждает на сердце унылость,Потому что она, терпеливоЭто горе качая… сломилась.
Ночь на 26 ноября 1906Лира часов
Часы не свершили урока,А маятник точно уснул,Тогда распахнул я широкоФутляр их – и лиру качнул.
И, грубо лишенная мира,Которого столько ждала,Опять по тюрьме своей лира,Дрожа и шатаясь, пошла.
Но вот уже ходит ровнее,Вот найден и прежний размах.
……………………………
О сердце! Когда, леденея,Ты смертный почувствуешь страх,
Найдется ль рука, чтобы лируВ тебе так же тихо качнуть,И миру, желанному миру,Тебя, мое сердце, вернуть?..
7 апреля 1907 Царское СелоEgo[15]
Я – слабый сын больного поколеньяИ не пойду искать альпийских роз,Ни ропот волн, ни рокот ранних грозМне не дадут отрадного волненья.
Но милы мне на розовом стеклеАлмазные и плачущие горы,Букеты роз увядших на столеИ пламени вечернего узоры.
Когда же сном объята голова,Читаю грез я повесть небылую,Сгоревших книг забытые словаВ туманном сне я трепетно целую.
Когда, влача с тобой банальный разговор…
Когда, влача с тобой банальный разговорИль на прощание твою сжимая руку,Он бросит на тебя порою беглый взор,Ты в нем умеешь ли читать любовь и муку?
Иль грустной повести неясные чертыНе тронут никогда девической мечты?..Иль, может быть, секрет тебе давно знакомИ ты за ним не раз следила уж тайком…
И он смешил тебя, как старый, робкий заяц,Иль хуже… жалок был – тургеневский малаецС его отрезанным для службы языком.
Еще лилии
Когда под черными крыламиСклонюсь усталой головойИ молча смерть погасит пламяВ моей лампаде золотой…
Коль, улыбаясь жизни новой,И из земного житияДуша, порвавшая оковы,Уносит атом бытия, —
Я не возьму воспоминаний,Утех любви пережитых,Ни глаз жены, ни сказок няни,Ни снов поэзии златых,
Цветов мечты моей мятежнойЗабыв минутную красу,Одной лилеи белоснежнойЯ в лучший мир перенесуИ аромат и абрис нежный.
Сила Господняя с нами…
– Сила Господняя с нами,Снами измучен я, снами…
Хуже томительной боли,Хуже, чем белые ночи,Кожу они искололи,Кости мои измололи,Выжгли без пламени очи…
– Что же ты видишь, скажи мне,Ночью холодною зимней?Может быть, сердце врачуя,Муки твои облегчу я,Телу найду врачеванье.
– Сила Господняя с нами,Снами измучен я, снами…Ночью их сердце почуяШепчет порой и названье,Да повторять не хочу я…
Печальная страна
Печален из медиНаш символ венчальный,У нас и комедийФиналы печальны…Веселых соседейУ нас инфернальныКосматые шубы…И только… банальныКосматых медведейОт трепетных снедейКровавые губы.
С кровати
(Моей garde-malade[16])
Просвет зелено-золотистыйС кусочком голубых небес —Весь полный утра, весь душистый,Мой сад – с подушки – точно лес.И ароматы… и движенье,И шум, и блеск, и красота —Зеленый бал – воображеньяЕдва рожденная мечта…Я и не знал, что нынче сноваТам, за окном, веселый пир.Ну, солнце, угощай больного,Как напоило целый мир.
Из окна
За картой карта пали биты,И сочтены ее часы,Но, шелком палевым прикрыты,Еще зовут ее красы…
И этот призрак пышноризыйПод солнцем вечно молодымГлядит на горы глины сизой,Похожей на застывший дым…
Зимний сон
