– Признаюсь честно, да. Только не супы и каши, – засмеялся он.
Грэг справлялся с приготовлением блюда с подтекстом сексуального шарма представителя сильного пола, в результате чего Аделина ела самый вкусный завтрак в своей жизни.
– Мне надо сделать несколько звонков, – покончив с едой, сказал он.
Аделина лучше, чем кто-либо другой, понимала, что являться владельцем собственной фирмы в большинстве случаев предполагает работу без выходных.
– Личного присутствия на пару дней я могу избежать, но мне надо дать кое-какие указания, – извинился он, выходя на балкон.
Аделина тем временем перезвонила Ирен. Та уже оставила ей несколько сообщений.
– Куда ты запропастилась? Ты в порядке? – с волнением спросила Ирен.
– Более чем, – не сдержав довольного возгласа, произнесла Аделина.
Вид по пояс раздетого Грэга, расхаживающего взад-вперед в течение разговора, при всем ее желании не позволил бы ей скрыть своих чувств.
– Я слышу нотки удовлетворенной женщины или мне показалось? – ахнула подруга.
– Ирен, прекрати, я не люблю, когда ты меня спрашиваешь о личном, – воскликнула она.
– Значит, не показалось, – хихикнула та, – Грэг еще у тебя? Мы хотели вас вытащить на прогулку… или вы перерывов не берете?
– Ирен, ну честное слово, ты заставляешь меня сердиться. А куда вы собрались?
– В парк, погода стоит чудесная.
– Я даже не знаю, мне надо сначала у Грэга спросить, – отозвалась она.
– Ах, так он все-таки там, и в такой ранний час. Я была права, – крикнула она Тиму.
На что Аделина лишь покачала головой.
– Что ты хотела у меня спросить? – поинтересовался Грэг, услышавший часть их разговора.
– Ребята приглашают нас прогуляться, – ответила она.
– Ну если только ненадолго, – нехотя протянул он, – у меня на сегодня имелись несколько другие планы, в которых участвуют только двое, – сказал он, одаривая ее своей сексуальной улыбкой.
– Мне кажется, тебе сегодня все-таки придется выйти из дома. Не будешь же ты в костюме целый день ходить, а у меня, кроме моей, никакой другой одежды здесь нет, – намекнула она ему.
– Я надеялся, что мне одежда сегодня не понадобится, – хриплым голосом объяснил он ей свои намерения.
– Давай все же выйдем на свежий воздух, я уже сто лет в парке не гуляла, – попросила она.
– Не могу тебе отказать, однако не обещаю, что вскорости не начну тащить тебе обратно.
***
Почти три месяца пролетели незаметно. Будние дни недели Грэг занимался переводом своей компании в Нью-Йорк, а выходные проводил с Аделиной. Не отпуская ее от себя, он насытил ее жизнь новизной, которой ей так не хватало. Все свои потусторонние дела ей приходилось совершать в дни, когда он был занят, или перекладывать на Чада. Две недели назад Грэг наконец стал собственником своего жилья и вовсю настаивал на ее переезде к нему.
– Я не могу так, – который раз убеждала она его, – я снимаю свою квартиру уже много лет, и у меня неплохие условия. Я не готова все так кардинально менять.
– Послушай, ты все равно проводишь все свое время здесь. Если мы перевезем твои вещи ко мне, тебе будет удобней. Плюс на работу отсюда добираться тебе будет ближе.
– Ты же знаешь, что я все время нахожусь тут потому, что ты нанял меня оформить твою квартиру. Забыл? Когда я закончу, я буду жить у себя.
– Нет, Лина, так дело не пойдет. Я не просто так прошу, чтоб ты все отделала тут по своему вкусу, я хочу, чтобы ты жила здесь вместе со мной и тебе было уютно. Я и так слишком загостился у тебя. Поверь мне, нам здесь будет лучше.
– Я не спорю с тобой, просто я еще не готова к переезду.
– Ты слишком все усложняешь. Мы любим друг друга, нам хорошо вместе. К чему ты должна быть готова?
Грэг на самом деле не мог понять, что останавливает ее. С их первой совместной ночи они не расставались, за исключением его коротких визитов в Нью-Джерси. Они жили вместе сначала на два, а теперь на три дома. Он не видел в этом смысла и планировал уговорить ее перебраться к нему как можно скорее. К тому же планировал он не только это.
– Ладно, я постараюсь быть терпеливым и не настаивать до тех пор, пока ты не закончишь тут с отделочными работами. Но как работодатель я сокращаю твои сроки. Ты должна уложиться в десять дней.
– Грэг, ты же знаешь, это невозможно, – взмолилась она, – я уже договорилась с подрядчиками на более поздние даты.
– Я могу сам переговорить с ними и поторопить. Лина, я люблю тебя и хочу заботиться о тебе. Все, что я прошу, – чтобы моя любимая женщина была рядом со мной. Неужели это так много?
– Нет, не много. Я уложусь в сроки, – подумав, ответила она.
Аделина понимала, что Грэг прав. Они скучали безумно, когда находились врозь. Жить вместе в одной квартире было бы правильным решением, за исключением одного: Грэг не предлагал ей руку и сердце. Он предлагал ей современные отношения, существующие между тысячью мужчин и женщин, такие же, как у ее подруги Ирен и Тима. Переезжая к нему, Аделина фактически принимала такие условия, а это было не совсем то, о чем она мечтала.
– Спасибо, – притягивая ее к себе, сказал он, – и еще, в эти выходные у нас с тобой важная дата. Ровно три месяца, как мы познакомились. Я хотел бы отметить это событие. Думал сделать тебе сюрприз, но, наверное, не получится. Ирен сказала, что, со всеми вашими девичьими штучками, ты захочешь это знать заранее.
– Что же ты задумал, если тебе потребовались консультации Ирен? – улыбнулась Аделина.
– Я задумал пригласить тебя в оперу на «Ромео и Джульетту». Очень хорошие места на отдельном балконе.
– О, как здорово, я давно мечтала о чем-нибудь подобном. Это тебе тоже Ирен подсказала?
– Да, – засмеялся Грэг, – она неплохо тебя знает и объяснила мне, что тебе надо будет подобрать вечернее платье, туфли, в общем, что-то в этом роде.
– Ирен права. Туда надо подготовиться соответственно, и мне понадобится время.
***
– О боже, Аделина, ты выглядишь просто изумительно, – проговорил Грэг, обводя ее взглядом, – ты самая красивая женщина на свете.
Вечернее облегающее платье, которое она выбрала для похода в театр, как нельзя лучше подчеркивало ее фигуру. Темно-синий цвет оттенял ее глаза так, что они были похожи на море в ночи. Открытые плечи и глубокий вырез на самом деле делали ее неотразимой. Восторг Грэга был очевиден, и он не мог оторвать от нее глаз.
– Ты тоже выглядишь умопомрачительно, – не скрывая своего восхищения, ответила она.
Темный смокинг, очевидно сшитый на заказ, сидел на нем безупречно, обозначая телосложение в самом эффектном виде. Белоснежная рубашка, подчеркивая смуглость кожи, придавала настолько элегантный лоск, что ей было сложно оставить это без внимания. Манера себя держать, уверенность в действиях и движениях в сочетании с мужественностью – способны были с легкостью покорить не одну представительницу слабого пола.
– И я еще отказываюсь переезжать к нему, – с укором себе подумала она, – да любая другая на моем месте, чтоб только лицезреть его сногсшибательную внешность, летела бы за ним на край света. Все, решено, перебираюсь завтра же и без разговоров.
Несмотря на пробки, добрались они до театра вовремя. На собственном балконе они могли переговариваться без стеснения. Грэг сыпал комплиментами, благодаря которым Аделина чувствовала себя прекрасной принцессой.
До начала представления оставалось еще минут десять, когда на фоне закрытого занавеса она заметила мелькающие темные пятна. Словно размытые кометы, они беспорядочно проносились, задевая занавес своими длинными хвостами. Их негативную сущность Аделина почувствовала еще до того, как увидела их.
– Я выйду на минутку, – обратилась она к Грэгу.
– Тебя проводить?
– Нет, я только носик припудрю.
На самом деле ей надо было позвонить Чаду, и она не хотела, чтобы Грэг слышал ее разговор.
– Чад? Ты сейчас в Нью-Йорке или на выезде? – спросила она, как только отошла на безопасное расстояние.
– Почти дома, как раз возвращаюсь из Коннектикута. Что-то случилось?
– Не уверена, но хотела бы, чтобы ты был поблизости. Я с Грэгом в театре оперы, поэтому не могу долго с тобой разговаривать, но здесь какие-то странности. Темные пятна, которые никто, кроме меня, не замечает, носятся по всему залу. Меня аж передернуло от их негативной энергии.
– Я знаю это здание. Там кое-кто в подвале все никак не может успокоиться. Не думаю, что происходит нечто неординарное, но я проверю. Оставайся на связи, не отключай телефон. Я пошлю тебе сообщение, как только разберусь, что к чему.
– Спасибо, Чад.
Она вернулась в ложу как раз вовремя. Занавес дрогнул, открывая великолепную сцену. Негативные сгустки успокоились, и Аделина даже засомневалась в целесообразности своего вызова. Действие началось, и она забыла обо всем на свете. Она была полностью поглощена зрелищем до самого момента объявления перерыва.
