получится — зачем вообще брал с собой Розу?
Плюс, оставались те же опасения, что я высказал ей. Влезать в чужой разум свыше необходимого не хотелось. Даже если это просто память, чистая информация — а я даже в этом не мог быть полностью уверен — неизвестно, какие могут быть побочные эффекты. Я и схожей функцией Системы предпочёл бы не пользоваться, но увы… Уже не раз отмечал — не могу позволить себе этого.
В любом случае, допрос оказался плодотворным. Жаль только, нельзя и Розе передать знание языка — моё заклинание только "поглощает", передать другому им невозможно. Постараюсь в будущем изучить нужное, но пока что нет смысла тратить очки.
Возвращаясь к допросу. Информация была достаточно подробная — и тревожащая.
Пойманные нами гоблины были остатком маленького племени, беглецами от заварушки в глубинах. В последнее время в Подземье заметно усилилась активность тамошних, условно, государств. В принципе, эхо этого я видел во время знакомства со Стражем, однако тот полагал, что это очередной кратковременный всплеск, и всё быстро вернётся в норму. Однако или он смотрел слишком позитивно, или, что тоже возможно, просто иначе расценивает "кратковременность" и масштабы. Учитывая возраст и Шаг червя-химеры, последнее очень вероятно.
В любом случае, кто-то из сил Подземья принялись агрессивно расширяться, зачищая пространство от ненужных для них элементов, в число которых попали и гоблины нескольких племён. На поверхности им, на самом деле, не нравилось; слишком всё незнакомо и непривычно, и даже дышать сложнее. Однако здесь было безопаснее, и они планировали как минимум попытаться восстановить силы племени, а потом — как получится, то ли остаться, то ли вернуться в привычную среду.
Пойманная пятёрка принадлежала не к тому племени, с которым столкнулись ученики на задании, но планы у этих были те же: шаману племени нужны были жертвы для ритуала поглощения. Судя по тому, что о нём знали наши пленники — нечто из Нечистой ветви, функционально похожее на смесь Метода поглощения крови с только что использованным мной заклинанием. Попросту, шаман хотел получить знания о поверхностном мире — а заодно, если повезёт, получить некое усиление, и поднять мораль беглецов мероприятием. Этих пятерых шаман послал с таким же заданием.
Всего к поверхности выбрались остатки семи племён, однако на поверхности образовалось три группы. Одна — относительно крупная, образованная несколькими шаманами, собиравшими вокруг себя наибольшее количество последователей, и две поменьше, по разным причинам не пожелавших объединяться с сильнейшими. Все три были враждебно настроены друг к другу; заключить реальный союз не смогли заставить даже обстоятельства.
Гоблины оказались совсем не такими тупыми, как тот образ, что связан в моей голове со словом "гоблин", и их можно было бы попробовать использовать, но… Дикари, каннибалы и людоеды, вероятно практикующие Нечистую ветвь. Как минимум поедание разумных и кровавые жертвоприношения — точно часть их культуры.
Таких соседей нам не надо.
— Как ты относишься к идее добавить к нашей прогулке ещё толику кровопролития? — обратился я к Розе.
— …Как романтично — ответила она после маленькой паузы.
Определённо, подхватила моё чувство юмора.
…По крайней мере, надеюсь, что дело в этом.
POV: Роза. Романтическая прогулка.
Я ощущала странное желание извиниться перед сестрой Сакурой.
…И ещё более странное желание не извиняться. Сестра в последние дни вообще проводит с учителем много времени, и даже до того её способности позволяли находить на это время, одновременно занимаясь другими делами. Я же присутствовать, пусть даже ограниченно, сразу в нескольких местах… не то, чтобы совсем не могла, но для моих способностей столь удобных применений не было, хотя я и смогла использовать для охоты пару смертолисов. В любом случае, эта охота на гоблинов оказалась возможностью, ставшей в последнее время редкой.
Я мысленно отругала себя. Вероятно, во мне говорит жадность. Насколько неприлично и недостойно желать больше, чем то, что я уже имею? Однако лишь потеряв постоянную близость учителя, я поняла, насколько она… Не уверена, каким словом следует назвать это чувство. "Важна"? "Ценна"? "Необходима" Может быть, "комфортна"?
Иронично, но именно тот, кто мог бы помочь как со словом, так и с этой моей жадностью, был как раз тем, кому я не решусь сказать об этом. Учитель и так сделал для меня всё и больше того. Насколько же бесполезной я буду выглядеть в его глазах, если не смогу справиться даже с такими простыми вещами?
Сестра Сакура… с ней можно было бы обсудить. Но я не уверена, стоит ли. Я всё ещё отношусь к учителю иначе, нежели она, но… насколько же всё сложно.
Раньше я полагала, что смогу доверить решения учителю, и лишь выполнять то, что от меня требуется, но это невозможно. Есть то, что я должна решать сама.
И речь даже не о моих желаниях и мыслях, которые я не могу полноценно понять. То, чего учитель хочет от нас — чтобы мы могли не только быть самостоятельны, но и вести за собой других. Для его Цели это необходимо, а значит — я должна научиться.
Обучая других одному, сама я обучаюсь сразу нескольким вещам. Учитель мудр.
…На фоне этих попыток освоить новую, непривычную для меня роль, прогулка с учителем была вдвойне комфортной и приятной. Кого-то найти и убить, или даже взять живьём? Это то, что привычно, и над чем не нужно ломать голову.
С учителем я просто могу расслабиться и получать удовольствие.
Глава 3: Предложение, от которого можно отказаться.
Наш "язык" знал местонахождение всех трёх гоблинских поселений (хотя третьего — лишь примерно), так что найти их не составило труда, даже с учётом некоторых сложностей перевода ориентиров в понятные, и необходимости подойти незаметно. Последнее даже не столько потому, что я предпочитал иметь преимущество внезапности, сколько потому, что не хотелось вылавливать разбежавшихся одиночек.
Сперва мы с Розой направились к лагерям "независимых". Суммарно в двух лагерях их должно быть не больше трёх десятков; можно будет лично проверить, на что они способны, и транспортировать всех к школе — на переработку, своим ходом.
Звучит неприятно, да. Даже очень. Как-то… антиутопично, пожалуй. Однако они похитили для жертвоприношения моих людей, пошедших ко мне под защиту, и даже того, что я успел узнать о них из допроса и из крох информации, доставшихся вместе со знанием языка, было достаточно, чтобы не жалеть этих карликов. По крайней мере, не жалеть сознательно, разумом; мои чувства и эмоции оставались чувствами человека Земли двадцать первого века. Вероятно, через пару лет в этом мире многое изменится — если доживу — но пока что я не настолько промариновался в здешних нравах.
Всё же, даже имеющегося достаточно, чтобы принять осознанное решение пустить несколько
