— А должно значить — после того как вы силой заставили меня жениться?
— Я надеялась… Не важно. Калли может поехать в город вместе с вами. Или лучше он поедет один и отправит ваше письмо.
— Не беспокойтесь, жена. Я не собираюсь никуда уезжать… пока. — Пирс бросил на Зои обжигающий взгляд, от которого сердце ее тревожно забилось. — Нам с вами еще предстоит завершить одно незаконченное дело, прежде чем я уеду. Калли останется здесь, с вами. Мне не хочется оставлять вас одну на ранчо.
Зои трудно стало дышать. Что это с ней случилось? От скрытого обещания, звучавшего в словах Пирса, ее бросало то в жар, то в холод.
«Одно незаконченное дело» было вежливым способом сообщить, что он все еще ожидает брачной ночи и, прежде чем уедет, намерен получить ее. Как долго сумеет она удерживать его на расстоянии? Зои надеялась, что достаточно долго, чтобы осуществить свои замыслы. Она была уверена, что, как только лишит ее девственности, Пирс немедленно покинет ранчо и ни разу о ней не вспомнит.
— Ну ладно, поезжайте в город. Но предупреждаю: если не вернетесь к ужину, я пошлю за вами законников. Вам не удастся уйти далеко.
— Недоверчивая душа, вот вы кто, — насмешливо сказал Пирс.
— Я не могу позволить себе быть доверчивой.
— Я сказал, что вернусь, — значит, вернусь. Калли может…
Пирс повернулся к Калли и очень удивился, увидев, что старик улизнул за дверь, пока они с Зои спорили. Пирс внезапно поднялся.
— Думаю, пора мне ложиться спать. Если вы не возражаете, я поеду в город на одной из свободных лошадей. Между прочим, вы в состоянии прилично платить потенциальным работникам?
Зои подумала о своем пустом кошельке и нахмурилась.
— У меня нет других денег, кроме тех, что я взяла из кармана вашей жилетки.
— Что, совсем?
— Нет, пока я не продам своих бычков армии. И то при условии, что мы сумеем собрать большую часть нашего затерявшегося в горах скота. А для этого нужны работники, которых я не в состоянии нанять.
— Вы получите своих работников, — обещал Пирс с мрачной решимостью.
Несмотря на то что его взбесила эта вынужденная женитьба, он не мог просто взять и покинуть Зои, не решив хотя бы части ее проблем. Благодаря ей он остался жив. Сам он имел счет в банке, ранчо Делейни процветало, и он мог положиться на своих двух братьев. У Зои же нет никого… кроме мужа.
Проклятие! Подумать только, в какой переплет он попал.
Его обвинили в том, что он соблазнил и избил Кору Ли. Шантажом вынудили жениться на Зои. Его преследуют бдительные, которым в высшей степени наплевать, что он на самом деле сделал, раз уж им представилась возможность вздернуть одного из Делейни. И, словно всего этого недостаточно, Кора Ли назвала его отцом ублюдка, которого носит.
Пирс медленно поднимался по лестнице, усталый, но очень довольный, что уже настолько поправился. Готовясь ко сну, он задумался, что станет делать Зои, если он ворвется к ней в спальню и заявит свои права. Эта мысль вызвала у него улыбку. Наверное, она завопит, как оскорбленная девственница. Его мучил вопрос: сколько времени пройдет, прежде чем она не отвергнет… нет, пригласит его к себе в постель.
Зои занимали совершенно другие мысли. Она и вправду не знала, вернется ли Пирс завтра из города. Не исключена возможность, что он просто уедет и отправится куда глаза глядят. Если он не вернется, она потеряет свою землю, но по крайней мере Уиллоби больше не сможет донимать ее своим сватовством.
Зои закончила мыть посуду и с трудом доплелась до постели, измученная до предела. Разыскивать заблудившийся скот в горах — тяжелая работа. Почти непосильная для двух человек. Чтобы должным образом вести дела на ранчо, ей требовалось самое меньшее восемь — десять работников, а лучше всего — дюжина.
Кого она пытается обмануть? Зои выругала себя. Если Пирсу удастся нанять пару-тройку мужчин, она может считать, что ей сильно повезло. Это значительно больше того, что она имела сейчас.
Зои замедлила шаг, проходя мимо комнаты Пирса. «Спит ли он?» — задумалась она. Первый день, что он провел вне постели, был полон событий. Заставив себя выбросить из головы странно возбуждающий образ Пирса, лежащего на кровати, Зои побрела в свою комнату. Она разделась, умылась и надела строгую белую ночную сорочку, которая окутывала ее как саван. Затем она уселась перед туалетным столиком, расплела косу и принялась расчесывать волосы. Мысли ее бездумно блуждали, когда она мечтательно смотрела в зеркало.
Внезапно Зои очнулась, когда дверь в ее комнату отворилась и порог переступил Пирс. Она вскочила на ноги, широко раскрыв глаза от неуверенности.
— Что вам надо? Разве вы не знаете, что принято стучать?
— Я постучал, но вы не услышали. Я увидел полоску света под вашей дверью и понял, что вы еще не спите.
Зои смотрела на него во все глаза. На нем не было ничего, кроме брюк. Ноги его были босы, грудь обнажена.
— Вам не следовало сюда входить.
Пирс насмешливо улыбнулся.
— Я ваш законный муж. У кого больше прав, чем у меня?
— Вы мой муж лишь формально, — возразила Зои. — Что вам нужно?
Взгляд его пробежался по ее телу.
— Вы похожи на монахиню в этом белом одеянии.
— Какое вам дело до того, что я надеваю на ночь? Уйдите и займитесь своими делами. Я устала.
Пирс приподнял темную бровь.
— Я куплю в городе что-нибудь более подходящее для новобрачной.
— Не стоит беспокоиться. Зачем вы пришли? Не для того же, чтобы посмеяться надо мной из-за ночной сорочки.
— Вы правы, любовь моя. Не возражаете, если я буду вас так называть? — спросил Пирс. Не получив ответа, он продолжал: — Я передумал ехать в город в одиночестве. Вы должны сопровождать меня.
— Для чего?
— Если— нас увидят вместе, это поможет убедить Уиллоби и остальных горожан в том, что теперь у вас есть муж, чтобы присматривать за хозяйством.
Зои посмотрела на него с подозрением.
— Почему вас это волнует? Вы ведь с нетерпением ждете отъезда.
— Верно, но вы спасли мне жизнь, хотя и потребовали взамен слишком высокую плату. Я признаю тем не менее, что кое-что должен вам за ваши хлопоты. Кроме того, я почувствовал глубокую неприязнь к Сэмпсону Уиллоби. Поэтому решил остаться здесь до тех пор, пока не положу конец его домогательствам.
— Как великодушно с вашей стороны, — с насмешкой сказала Зои.
— Не поймите меня превратно, любовь моя. Мы оба знаем, что наш брак пустой фарс. Когда придет время, я уеду отсюда без сожалений и не оглядываясь.
— На большее я и не рассчитываю, — согласилась Зои. — Я использовала вас, и не могу гордиться этим. — Она отвернулась от него. — Доброй ночи, Пирс.
