Читаем без скачивания История Кольки Богатырева - Гарий Немченко

Обычно больничный сад мальчишки обходили стороной, так как его охраняли три сторожа. Но ведь сегодня это не имело значения. Будь там хоть целый полк сторожей — что они могут поделать против волшебной палочки?

Вдруг Писаренок остановился, и глаза его хитро заблестели.

— Стойте, пацаны! Я что-то знаю! — сказал он, и все остановились.

— Что? — спросил Колька.

— А вот что! — Писаренок перешел на шепот: — Айда к Лютику.

— К Едкому?..

О, этот Писаренок был мастером своего дела. В огороде у ботанички Ольги Федоровны, которую все ребята звали Лютиком Едким, росла яблоня, каких больше не найдешь во всей станице.

Ах, что это за яблоня! В погожие дни вокруг нее вьются пчелы. Даже с улицы видны большие румяные яблоки. Они прячутся в густой зелени, они висят на виду, на длинных ножках — так, как висят на елке шары. Наверное, именно поэтому всегда так хотелось потрогать эти замечательные яблоки.

Но…

Ольга Федоровна, наверное, тоже знала об этом, потому что еще в школе, когда Колька вызвался обрабатывать свою делянку, она сказала:

— Если ты, Богатырев, будешь занят делом, яблоки в садах останутся в безопасности, не так ли?..

Но Колька ни разу не лазил в сад к Лютику Едкому, и это дало ему право сделать тогда такое лицо, как будто Ольга Федоровна обидела его в лучших чувствах.

— Да я сам дам тому по шее, кто полезет за вашими яблоками! — горячо сказал Колька.

— Мне очень приятно, что ты все понял, Богатырев, — серьезно сказала Ольга Федоровна. — Оч-чень приятно!..

Колька вспомнил весь этот разговор, и теперь ему стало неловко.

Почему обязательно к Ольге Федоровне? Да и вообще — почему в сад? Своих яблок мало, что ли?.. Ведь можно же испытать волшебную палочку по-другому.

— Знаете что, пацаны? — сказал Колька. — А что, если…

И осекся.

На него глядели решительные глаза Шурки Меринка.

— Что «если»? — подозрительно спросил Меринок. — Может, ты, Коля, боишься?..

Кто боится — Колька?

Кого — Лютика?

— Оч-чень я боялся! — презрительно сказал Колька и сплюнул под ноги Меринку. — Аида к Лютику, ребята!

И они пошли к реке, к тому месту, где к обрыву спускался сад Ольги Федоровны.

Рядом со старым плетнем, опоясавшим сад, тянулась неглубокая, заросшая болиголовом канава. Сейчас в ней стояла мутная желтоватая вода, но это, конечно, не могло остановить армию.

Мальчишки засучили штаны и один за другим спустились вниз.

Они наблюдали за домом.

Сердце у полководца колотилось. Ах, не подвела бы эта волшебная палочка! Стыдно будет, если Ольга Федоровна увидит Кольку в своем саду.

Но разве мальчишкам что-нибудь объяснишь? Только ты открыл рот, как тебя тут же готовы обвинить в трусости. А что может быть страшнее этого?

Надо сказать сейчас ребятам, чтобы сорвали по одному яблоку, и все.

— Ну, чего, Коль? — спросил Писаренок нетерпеливо. — Можно лезть, да?..

— Сейчас, — сказал Колька. — Сейчас…

Он вытащил из-за пазухи волшебную палочку и осторожно воткнул ее в мягкую землю на краю канавы.

— Приготовиться! — шепотом раздалась команда.

И вдруг случилось то, от чего мальчишки вытаращили глаза: дверь дома открылась, и на пороге появилась Ольга Федоровна.

В руках у нее был замок. Она повесила его на дверь и посмотрела на небо. Потом раскрыла черный зонтик, поправила, нагибаясь, галоши и пошла к калитке.

По правде говоря, никто не ожидал, что сила волшебной палочки так велика!

— Ложись! — прошипел Колька.

Мальчишкам больше ничего не оставалось делать. Захлюпала вода, предательски затрещал сухой болиголов. Но волшебная палочка выручила и тут. Ольга Федоровна только мельком взглянула на канаву. Она плотно притворила за собой калитку и пошла от дома вверх по улице.

Мальчишки радостно переглядывались — ай да палочка!

Опасность осталась позади.

Колька потихоньку проделал в плетне узкий лаз и, когда зонтик скрылся за углом, юркнул в огород. За ним потянулась армия.

В огороде у Лютика между кустами картошки тянулись вверх толстые стебли кукурузы, по ним вились плети фасоли. Джунгли, а не огород.

С широких, как мечи, кукурузных листьев срывались капли, ноги мальчишек путались в густой картофельной ботве.

Они смело шли к дереву, которое стояло на небольшой полянке, заросшей горохом.

Мокрые яблоки глянцем блестят в жирных шершавых листьях. На яблоках висят маленькие бусинки — дождевые капли. Они светятся под щедрым закатным солнцем, и от этого яблоки кажутся еще красивей. И все в армии, кроме, может быть, только самого Кольки, уже чувствуют на языке их холодноватый вкус, чувствуют, как они сочно хрустят под зубами.

— Вперед! — командует Колька как можно уверенней, и мальчишки бросаются к дереву.

Ствол мокрый, лезть неудобно. Босые ноги скользят по дереву, и каждый сантиметр достается с трудом. Вот метрах в двух от земли остановился Вовка Писаренок — лучший в армии древолаз. Висит, ни с места. Приник, как дятел, к стволу, ищет, куда бы поставить ногу — хоть один большой палец.

Кольку не обманешь. Он зашел с той стороны яблони, которая осталась сухой, подпрыгнул повыше и сначала повис, обхватив ствол руками и ногами. Потом Колька согнулся в три погибели, правой рукой впился в ствол и пошел по стволу на полной подошве.

Это ничего, что с той стороны ствол мокрый. Колька всегда гордился своими ногтями. Он молча выслушивал длинные упреки бабушки. Он считал, что его ногти ничуть не хуже железных когтей тех самых «кошек», на которых лазят по столбам монтеры. Недаром он ни разу не надевал хитроумные Писаренковы «кошки», на которые они выменяли подкрашенного ужа!

Правая рука вверх, левая, правая, левая…

Колька, как и подобает настоящему военачальнику, первым взобрался на дерево и удобно сидит теперь на толстом сучке и уже тянет вниз руку:

— Цепляйся, Писарь…

Он помогает Володьке дотянуться до сучка, а потом Писаренок уже сам по стволу лезет выше. Колька помогает взобраться остальным, и вот уже вся армия расползлась по сучкам и развилкам над Колькиной головой.

— Ку-ку! — раздается сверху.

Колька задирает голову. Писаренок чудом сидит на самом верхнем сучке и обеими руками держит у рта желтоватое яблоко величиной с добрую дыню.

Кольку почему-то вдруг охватила тревога.

Он прилег на толстый сучок, измазанный ногами прошедшей по нему армии, и внимательно посмотрел вниз.

В кукурузе мелькнуло что-то большое и рыжее, из огорода на полянку медленно вышла громадная собака.

Колька никогда не видел таких собак. Ростом чуть меньше годовалого теленка, длинные уши — с три Колькиных ладони — торчат, как у волка. Собака облизывалась.

— Пацаны! — прошептал Колька.

Мальчишки обомлели.

Теперь они тоже увидели собаку. Она спокойно стояла на краю полянки. Она даже потянулась, выпячивая грудь и отставив задние ноги, густо заросшие бурой шерстью. Она зевнула, громко щелкнув зубами.

По Колькиной спине поползли мурашки. Их было столько, что в другое время хватило бы на целых пять приключении.

Но ведь Колька недаром был вожаком, и сейчас командирский опыт подсказывал ему, что медлить нельзя ни в коем случае.

И Колька принял отчаянное решение: пусть собака погонится за ним — остальные спасутся.

Он быстро приподнял голову, оглядывая ребят.

— Она за мной погонится, — прошептал громко. — Бегите в другую сторону!..

Колька резко взмахнул руками и прыгнул вниз.

Собака присела на задние лапы, но Колька, словно заяц, с места прыгнул в кукурузу и помчался, сшибая кукурузные стебли. Он одним махом перескочил плетень, плюхнулся в канаву и побежал по ней к речке. Но канава заканчивалась отвесной стеной, и Колька подпрыгнул, но не дотянулся до верхней кромки и сначала повис, уцепившись за какие-то корни, а потом медленно сполз обратно.

Ему представилось, как громадная рыжая собака настигает его большими прыжками, и Колька тоскливо сжался и зажмурил глаза, прикрыв руками штаны.

Прошла, наверное, минута, прежде чем он открыл глаза. Прямо перед собой он увидел глиняную стену с белыми мохнатыми корешками травы, чуть выше — чью-то нору. Вверх по стене полз черный жук.

Колька еще больше втянул голову в плечи и оглянулся. Собаки не было.

Тогда он лихорадочно вырыл в глине одну за другой две ступеньки, ухватился за кустик крапивы и пулей выскочил из канавы на улицу. Здесь Богатырев снова оглянулся.

Все было спокойно. Тишина царила в саду. На дереве по-прежнему сидела армия. Вовка Писарь все так же сжимал в руках яблоко, похожее на дыню.

А под деревом в той же мирной позе сидела рыжая собака.

Значит, напрасно рисковал Колька — она не бросилась за ним.

Он хотел спасти свою армию, а вышло, что спасся только он один. Стоит сейчас тут цел и невредим, а ребята томятся на дереве, под которым сидит собака.