Через полчаса я уже открывала дверь цветочного. Колокольчик на двери звонко зазвенел, оповещая о новом посетителе.
Я огляделась, рассматривая обстановку. Красота. Вокруг все было в цветах, в магазине было очень уютно, как в оранжерее. Такого обилия и разнообразия цветов в одном месте, мне кажется, я еще не видела. Прошла вглубь магазина к прилавку.
— Добро пожаловать в нашу волшебную цветочную лавку. Чтобы вы хотели? — на меня с улыбкой из-за прилавка смотрела женщина лет пятидесяти.
Волосы её уже были тронуты сединой, но лицо было очень теплым и радушным, а вокруг глаз была сетка морщинок так, будто она много смеялась.
— Добрый день. А я ваша новая помощница, Сэмми, — с улыбкой ответила я.
— О, это прекрасно! Как раз вовремя. Пойдем-пойдем, я все тебе покажу, — женщина засуетилась, и я невольно улыбнулась.
У меня было ощущение, как будто я пришла в гости к бабушке. Такой, которая очень давно меня ждала и очень рада была видеть. Родных бабушек и дедушек уже не осталось в живых. Родители по папиной линии умерли, когда я еще не родилась. По маминой линии была только мама, отца она своего никогда не знала. Бабушка даже не рассказывала дочке никогда, кто был отцом её ребенка, а сама умерла, когда мне было пять лет. Поэтому я мало знала о заботе бабушек, но владелица цветочной лавки почему-то вызвала у меня именно такие ассоциации.
Через полчаса мне уже провели экскурсию. Лавка была небольшая, но очень уютная. Холодильник, основная зона, прилавок, небольшой склад и комната отдыха для персонала. Женщину, которая мне так понравилась, звали Силия, она была владелицей лавки. Магазин назывался не вычурно — “Цветочная лавка”. Всё здесь внутри было как-то просто и одновременно продумано до малейших деталей. Чувствовалось, что владелица вложила душу в это место.
— Расскажи-ка, что ты знаешь о цветах.
Я неуверенно пожала плечами, потому что, если быть честной, у меня умирали абсолютно все растения. Даже кактусы. Да, периодически я забывала их поливать и в целом не знала, какой ещё уход кроме полива им нужен. И особенно не интересовалась этой темой. Все, что связано с садом, посадкой, выращиванием — было мне совершенно неинтересно.
Помню, последний раз мама мне подарила просто кактус со словами “самое неприхотливое растение”. Несмотря на то, что мне кактусы никогда не казались эстетически приятными растениями, конкретно этот кактус мне очень понравился — он был красивой цилиндрической формы с красным цветком. Всё, что от меня требовалось, по словам мамы, поливать кактус каждую неделю. Каково же было удивление мамы, когда через пару месяцев кактус засох. И нет, я не забывала его поливать, честно! Мама мне так и не поверила.
— Если быть до конца откровенной, цветы рядом со мной не выживают.
Силия засмеялась. Смеялась она как-то невероятно. Смех у неё был не звонкий, как у многих людей, а очень мягкий, низкий, какой-то медленный, и она немного закидывала голову и прикрывала глаза.
— Что ж, тогда тебе многому нужно будет научиться.
Силия была влюблена в свою работу и обожала цветы. Это было заметно в каждом её слове, жесте, интонации.
— Флористика — это искусство чувствовать красоту. Флорист — художник. Только вместо красок он использует цветы, листья, создавая разные композиции. Он включает фантазию, он творит. Здесь нет законов и правил. Букет — это творчество, эмоции, чувство, ассоциации, атмосфера. Например, — Силия взяла нежно розовый букет, — о чём этот букет для тебя?
Я протянула руку, коснувшись нежного, хрупкого лепестка розы. В букете были нежные розовые бутоны вперемешку с какими-то золотистыми, зелеными и белыми… я даже не знала, что это. Какие-то растения? Но букет выглядел невероятно красивым.
— Нежность. Утонченность. Я думаю, букет хорошо подойдет какой-то милой девушке.
Силия довольно закивала.
— Да, у каждого букета своё настроение и предназначение.
Ещё несколько часов она рассказывала мне о цветах. Я удивленно заметила, что мне действительно все это нравится. Будучи студенткой и учась на экономическом, я мало занималась творчеством, как-то было не до этого. Но в детстве я любила рисовать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Настоящей художницей у нас в семье, конечно, была Эмма. Та рисовала потрясающие вещи. Мы с сестрой в детстве сидели и часами рисовали вместе. Я даже отучилась в художественной школе, правда, всего несколько лет. Эмма же в отличие от меня доучилась и сделала это своим призванием.
Я уже не помнила, почему я бросила когда-то художественную школу. Кажется, мне было сложно конкурировать с Эммой. Я в целом всегда была спокойным, тихим ребенком и не любила соревнования, не стремилась быть в чем-то лучшей, избегала конфликтов. Я больше ушла в учебу, оставив творчество Эмме.
Колокольчик на двери зазвенел, оповещая о новом покупатели.
— Так, вставай рядышком и наблюдай, впитывай, — я согласна закивала.
К прилавку подошел статный мужчина. На нем был серый костюм и белая рубашка. На руках часы, на висках виднелась седина.
— Добрый день! Чтобы бы хотели? — с теплой улыбкой спросила Силия.
— Букет для жены.
И тут началось волшебство. Никогда я не видела, чтобы так собирали букеты. Силия начала задавать много вопросов.
— Что за событие? Годовщина? Ого, это знаменательное и важное событие! Сколько вы вместе? 20 лет!? Боже, это должен быть невероятно большой и роскошный букет. Какие цветы предпочитает ваша жена? Не знаете? Думаете, у неё нет предпочтений? О поверьте, у всех женщин есть предпочтения во всем. Так, давайте попробуем другим методом. Какая она? Опишите её.
Удивительно, что этот серьезный мужчина очень быстро втянулся в диалог и охотно выдавал подробности. А какой цвет любит его жена? Что она любит в одежде — строгость, лаконичность или, может быть, наоборот? Через полчаса мужчина вышел с роскошным букетом. В букете были красные и желтые розы вперемешку с зеленью. Букет был одновременно достаточно ярким, а с другой стороны желтый и зеленый гармонировали возможную пестрость.
— Страсть, любовь благодаря красному. Легкость благодаря желтому. Умиротворение благодаря зеленому, — тихо предположила я.
— Да, девочка. Он описал её как очень яркую женщину, любящую внимание и восхищение, любящую приковывать к себе взгляды. Красный цвет именно такой. Но одновременно он любит в ней то, как она создает теплоту, уют. Ему нравится, что она может быть роковой, сексуальной и одновременно домашней, спокойной.
Я восхищенно посмотрела на Силию. Было ли в моей жизни что-то, к чему я бы относилась так? Силия не просто делала свою работу, она по-настоящему любила творить. Ей важно было создавать букеты со смыслом.
Ближе к вечеру на телефон пришло смс от Майка: “Крошка, увидимся сегодня?”. Я закусила губу, раздумывая.
После секса с Тимом я не могла больше воспринимать Майка как раньше. И я не могла, не хотела больше быть с ним в физическом плане. От одной мысли об этом я чувствовала сопротивление. И в целом, общество Майка сейчас давала мне тяжело из-за чувства вины и какой-то неправильности происходящего.
Я тянула время, придумывала отговорки, стала часто игнорировать Майка. Но это не могло продолжаться долго. Во-первых, я не хотела быть стервой с ним. Он всегда относился ко мне хорошо. Во-вторых, это выглядело уже действительно странно и вызывало вопросы. Но что мне было делать? Если я порву с Майком, то больше не увижу Тима. Это я допустить не могла.
Не знаю, как так получилось, что я сама себя загнала в какую-то немыслимую ловушку, из которой не видела выхода. Я хотела быть с Тимом, но и не хотела одновременно. Хотела, потому что меня тянуло к нему физически, мне было жизненно необходимо узнать его, понять, изучить. Не хотела, потому что он — это сплошная проблема и гарантированная боль. И я металась в этот запутанном состоянии, неспособная принять решение, а что же делать дальше.
Майк приехал вечером к цветочной лавке. Я не стала динамить его в очередной раз, потому что это выглядело уже действительно слишком подозрительно. МЫ стояли, облокотившись на байк, очень близко. Слишком близко, чтобы я чувствовала себя комфортно. Но Майк не принял попытки ни обнять, ни поцеловать меня при встрече, за что я ему была очень благодарна.
