Читаем без скачивания Отвергнутые Мертвецы - Graham McNeill

Афина прошествовала мимо Кая. Химический душок её кожи, вызванный прописанными ей лекарствами, сменили запахи корицы и миндаля. 

– Ты прекрасна, – сказал ей Кай.

Она оглянулась через плечо, на её лице играла улыбка.

– А ты деликатный. Большинство людей сказало бы, что я была прекрасной.

– Ты ещё поймёшь, что я не "большинство людей".

– Уверена в этом, – ответила Афина. – Так это твоё пространство грёзы?

– Да, это Руб-эль-Хали[32], – сказал Кай.

– Я не знаю, что это значит.

– Это означает "Пустая Земля", – пояснил Кай. – Так называлась пустыня Древней Земли, которая всё росла и росла, пока не слилась с ещё одним огромным песчаным пространством, в итоге заместившим средиземноморские водные просторы, создав "пыльный котёл" – засушливую область, где свирепствуют пыльные бури.

– Это порождение воображения грезящего, который не желает грезить, – сказала Афина. – Обитать на уровне восприятия, который препятствует любой разрядке подсознания, – нездоро́вая практика. Никакой символики, отсутствует всё, что напоминало бы грезящему о мире бодрствования, и нет ничего, что открыло бы хотя бы одну-единственную грань его личности.

– Итак, чем мы теперь займёмся? – спросил Кай.

– Мы будем исследовать, – ответила Афина. – Мне нужно прочувствовать твой разум, прежде чем я смогу увидеть трещины.

– В Руб-эль-Хали небогато материала для исследований.

– Посмотрим. Скажи мне, почему ты здесь находишься?

– В этом трансе?

– Нет, в Городе Прозрения. Я читала твоё досье. Ты был прикомандирован к принадлежащему Ультрадесанту фрегату "Арго", укомплектованному обычными людьми из числа приписанных к Легиону. Корабль шёл на верфи Юпитера для модернизации, чтобы потом совершить переход на Калт. Расскажи мне, почему ты находишься здесь, а не на пути в Ультрамар.

– Не думаю, что нам стоит это обсуждать, – сказал Кай. Очертания далёкого горизонта волновались, как будто прямо под поверхностью песка двигалось что-то огромное. Кай попытался проигнорировать этот эффект, но безликая пустыня его грёзы изменилась, вмещая в себя новый чужеродный элемент.

Афина увидела, как с гребня возвышающегося над ними бархана каскадом посыпался белый песок, и проследила за взглядом Кая.

– Что это? – спросила она.

– Ты читала моё досье, – ответил Кай, изо всех сил стараясь, чтобы в его голос не прокрался страх. – Ты должна знать, что это такое.

– Я хочу, чтобы ты мне это сказал.

– Нет, – ответил Кай.

Из-под песка что-то показалось. Оно походило на вырвавшегося из-под глади океана морского змея, чья чешуйчатая шкура блестела железом, кобальтовой синью и золотом. Оно двигалось с грацией охотника и терпеливостью убийцы. Затем оно снова скрылось под землёй.

– Здесь, под открытым небом, мы очень уязвимы, – констатировала Афина.

– Я это знаю, – огрызнулся Кай.

– Не приходит ли тебе в голову, что нам стоит найти какое-нибудь безопасное место?

– И что ты предлагаешь? – рявкнул Кай. – Мы в пустыне.

Его сердце колотилось о рёбра, ладони взмокли от пота. Во рту пересохло, а мочевой пузырь просто-таки жаждал опорожниться. Кай заслонил глаза от пылающего солнца и всмотрелся в горизонт, выискивая любой признак подземного хищника.

– Нет, – сказала Афина. – Мы в твоём разуме, вместе испытываем твой страх. Эта штука там вдали, чем бы она ни была, – это часть тебя, и ты единственный, кто может позволить ей причинить нам вред. Шевелись, Кай, разве ты забыл главные правила псионической защиты?

– Я не могу предотвратить её приход.

– Ещё как можешь, – возразила Афина, беря его за руку. – Создай то, что оберегало тебя раньше.

Кай заметил отблеск металла, вырывающегося из-под песка за плечами Афины, и из его головы вылетели даже самые базовые принципы. Страх поглотил его целиком, и он услышал крики. Казалось, что песок сочится воплями множества перепуганных голосов, как будто под ним похоронена живьём целая армия солдат.

– Ты можешь это сделать, Кай, – сказала Афина, бросая взгляд вниз на песок. – Сосредоточься на моём голосе.

Афина начала проговаривать базовые упражнения Нунцио. Умиротворяющие интонации её голоса навевали покой, как колыбельная песня.

– Грёзу эту творю для себя. Везде безмятежность вокруг меня. Повелитель этих владений – я. Говори это вместе со мной, Кай.

– Повелитель этих владений – я, – произнёс Кай, пытаясь заставить себя поверить в это. Тень твари, прячущейся под песком, растекалась по поверхности земли, сгущалась тьмой, даже не думая исчезать. Она кружила под ними, она поднималась к поверхности,  лениво скользя своим металлическим телом. Она знала, что её добыча беззащитна, и ей незачем спешить с убийством.

– Говори это так, как будто ты в этом убеждён! – прошипела Афина. – Я не сильнее тебя хочу видеть эту штуку.

– Повелитель этих владений – я! – проорал Кай.

– Теперь создай нам какое-нибудь убежище, – сказала Афина.

Кай попытался очистить голову от мыслей. Под ними сдвигался песок. Сейчас голоса кричали ближе к поверхности. Под ногами Кая и Афины двигалась махина, окружая их своей немыслимо огромной, растянутой на километры тушей.

Он прекрасно представлял себе, что это за тварь, но это знание лишь увеличивало решимость Кая избежать встречи с ней.

– Я знаю, где будет безопасно, – сообщил он.

– Покажи мне, – ответила Афина.

Кай представил себе сияющую крепость, возводимую медленно, камень за камнем, чистой силой его воображения. Из окружающего песка вырвались ложные башенки, увенчанные куполами башни, парки развлечений и обсаженные деревьями процессиональные дороги, вырастая всё выше и выше с каждым проходящим моментом. Кубики воображения и памяти складывались в золочёные арки, декорированные балконы и минареты из нефрита, перламутра и электрума.

Это была твердыня древних времён, уже не существующее чудо света.

Афина округлила глаза при виде величественной крепости, чьи стены, сверкающие белым инеем, были отполированы до такой гладкости, словно они были сделаны из расплавленного песка. Земля под их ногами вздыбилась, и высокая стена унесла их в воздух, подняв на сотни метров вверх от волнующегося песка.

– Что это за место? – спросила Афина, когда их головокружительный подъём окончился.

Вокруг них хлестал свирепый ветер, пытаясь сбросить их со стен, и Кай крепко обнял Афину.

– Это крепость города Арзашкун[33] страны Урарту, – ответил Кай. – Она когда-то стояла у верховьев огромной реки, которая, как говорят, брала свои истоки в садах, что породили человечество.

– Она сохранилась до сих пор? – спросила Афина. Из искрящегося песка пространства грёзы формировались новые башни, более высокие стены и ещё больше зарешёченных врат.

– Нет, она была уничтожена, – сказал Кай. – Великий царь сравнял её с землёй много тысячелетий тому назад.

– Но ты знаешь, как она выглядела?

Кай слышал рокот чего-то огромного, приближающегося к поверхности песка, но стойко концентрировал всё своё внимание на вопросе Афины. Если он позволит себе отвлечься на то, что было за стенами крепости, они грохнутся вниз. Вместо этого он воскресил в своей памяти стеклянные стены потрясающей библиотеки, которая угнездилась среди высоченных горных лесов.

– Вскоре после того, как я приступил к своим обязанностям в XIII Легионе, мне посчастливилось получить разрешение на посещение Хрустальной Библиотеки на Прандиуме, – сказал Кай, сосредотачиваясь на прошлом, чтобы избегнуть настоящего. – Афина, ты бы только её видела. Десятки миллионов книг, картин и фонических кристаллов с симфониями, которые размещены по всей длине стен каньона. Хранитель показал мне одну из рукописей примарха Жиллимана. Она просто лежала там, в скале, как будто в ней не было ничего особенного. Но это было что-то невероятное, и в то же время она совершенно не совпадала с тем, чего я ожидал. Никаких красочных миниатюр, никакой изысканной каллиграфии – лишь скрупулёзное внимание к мелочам, с которым никогда не смог бы состязаться ни один смертный писатель.

– И эта крепость была в книге? – спросила Афина.

– Да. На странице, где говорилось о времени, которое лорд Жиллиман провёл на Терре, прежде чем его флотилии выступили в Крестовый Поход по Галактике. Я видел эскиз этой крепости, и он был таким реалистичным, что я просто-таки ощутил твёрдость её камня и прочность её стен. По правде говоря, это было всего-навсего примечание, завуалированная отсылка к тем временам, когда отец примарха путешествовал в тех местах и изучил её архитектуру. Я бывал в тех землях. От Арзашкуна нынче не осталось ничего, даже воспоминаний, но талант лорда Жиллимана воссоздал крепость с такой точностью, как будто её чертежи вручил ему сам Рогал Дорн.