Господи! Ну что же это такое? Он что, специально меня преследует?
Я смотрю, как Грозный поднимается из-за стола, за которым остаются сидеть Виктор и ещё какая-то женщина, и армагеддоном движется ко мне через танцпол.
Глава 20. Фантазии
Иван
Я беру ее в этом чертовом дизайнерском душе. Раскладываю на стекле и трахаю медленно, с оттяжкой. Она задыхается и скользит руками по запотевшей стенке в поисках опоры. Нежные бёдра дрожат в моих руках. Узенькая девочка — ей немного больно от моего размера, но это добавляет вкуса. Ее волосы пахнут шампунем. Да, я помню этот запах. Втыкаюсь в мокрую копну носом, прикусываю островок голой шеи и дальше скольжу вниз зубами по нежной коже.
— Да… — ее стон.
Находит мои руки и впивается в них ноготками. Это срывает мне крышу…
— Не так… — снова ее голос. Только теперь капризный. — Ты в ритм не попадаешь.
— Какой ритм? — Мне хочется ее придушить за этот мерзкий тон.
— А слышишь?..
И я слышу! Мать его, имперский марш…
Там, там, там, тамдадам, тамдадам. Там, там там, тамдадам…
Сон развеивается моментально, а вот болезненный утренний стояк никуда не девается.
Отключаю будильник и чувствую, что уже с утра меня все бесит. А причина этому — одна мелкая девица!
Откидываю одеяло и встаю с кровати. Возбужденный член покачивается на каждый мой шаг, доставляя одновременно сладкое и болезненное удовольствие. Бабу себе что ли постоянную завести? Сейчас бы не было так стремно.
Захожу в душ и там спускаю себя, как школьник, вспоминая вкус губ своей квартирантки.
Дальше наскоро моюсь и, обмотавшись полотенцем, выхожу из душа. Подхожу к компьютеру на тумбочке и загружаю страничку электронной почты. Счета, спам, отчет бухгалтера… Открываю, пытаюсь вникнуть в цифры. И на первой же странице сдаюсь, сознаваясь себе, что хочу увидеть девчонку. Утренний гештальт закрыт не до конца.
Захожу в систему видеонаблюдения и загружаю изображение с камер квартиры.
Ну на хрена я это сделал? Мне хочется приложиться головой об клавиатуру.
Ольга летает по дому с одним полотенцем на голове. Пытается собрать сумку. Наклоняется… я теку головой от чёткости картинки. Мое полотенце оттопыривается. Замуж что ли эту шальную, правда, отдать? Или просто хату купить? А зачем покупать, если она все равно потом вступит в наследство и свою захочет?
И что? Пялиться теперь на неё вот так пол года? С психом захлопываю крышку ноутбука. Ну а трогать ее просто так ради поиметь и кинуть — ну совсем отстой. И так у девчонки никого. Молодая, восторженная — жалко. Надеваю рубашку и костюм — сегодня дочерта встреч. И Виктор обещал с одной старой знакомой встретиться. Опытный ресторатор. Если сойдёмся, должна взять на себя ресторан в первый месяц после открытия.
Машинально засовываю руку в карман пиджака, чтобы выложить ключи. Сегодня наконец-то Виктор в моем полном распоряжении. Пальцы скользят по нежному кружеву моего вчерашнего трофея. Я выдёргиваю его из кармана и сжимаю в кулак, снова сокращаясь от возбуждения. Может быть, я гоню? И девочка сама не против хорошо провести время. Губки мне она подставляла, не смущаясь.
Психуя от реакций тела, открываю ящик прикроватной тумбочки. Но прежде чем закинуть туда свой трофей, раскрываю кулак и вдыхаю тонкий женский запах… Твою мать! Девочка за несколько дней сделала из меня истеричного сталкера и фетишиста.
Захлопываю тумбочку и слышу в коридоре шаги своего личного помощника. Ещё не хватало, чтобы он меня за этим извращением запалил. Тогда боюсь, что наживу себе в его лице ещё одного врага, и старые обязательства не помогут. А вот Виктора мне бы терять не хотелось. Очень мало людей, которым можно доверять, как себе.
День пролетает с невероятной скоростью, принося небольшое облегчение в бесконечный поток мыслей о девчонке. Я злюсь на себя и пытаюсь разобраться, что же в ней такого. Прихожу к выводу, что дело в эмоциях. Искренних, непредсказуемых до такой степени, что хочется разобраться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы с Виктором паркуемся на стоянке ночного клуба.
— Ну а потише место и пораньше время мы не могли найти для встречи с твоей Риной? — Недовольно бурчу, идя следом за помощником.
— Она показать хотела, — отзывается Виктор, — как налажена здесь система официантов. Жёсткая иерархия и электронный контроль. Платит она им не за смену, а за количество отработанных секунд. Вначале персонал был а шоке, а теперь считают, что это лучшее, что с ними произошло. Ну по крайней мере те, кто хочет работать, а не жрать на кухне и курить в подсобке.
Рина встречает нас на входе в вип зону. Холодная брюнетка в брючном костюме и с интеллектом в глазах. Ну допустим. Похоже, что Виктор снова не ошибся в выборе сотрудника.
— Официант — это не безмолвный пюпитр под меню. Он должен разговаривать с клиентом, продвигать ваш продукт точно также, как и любой продавец-консультант. — Она делает взмах рукой, подзывая молодого парня. — Меню должен знать так, чтобы я позвонила ночью, и мне сказали состав салата.
— Ты действительно звонишь сотрудникам ночью, — посмеивается Виктор.
— Только тем, кто работает в вип зоне. Но здесь такие чаевые, что не все элитные проститутки столько зарабатывают за ночь, поэтому, — она цинично стреляет глазами в подошедшего парня. — Пока никто не жаловался.
— Закажи мне что — нибудь. — Трогаю за рукав помощника и спускаюсь ниже в мягком сиденье. Мне не хочется читать меню. После зарплатного дня всегда так — в глазах рябит от цифр и букв.
Я скольжу взглядом по толпе, вспоминая, что когда-то был сам не против вот так отжечь. Особенно, десять лет назад, когда все деньги отца резко попали в мои молодые руки.
Передо мной на столе появляется бокал с коктейлем. Я беру его и делаю глоток. Терпко, горячо… Да ладно! Сознание не в адеквате или… Ольга!
Я чувствую, как алкоголь разбегается по венам и бьет в голову.
А эту маленьку сучку тискают на танцполе две девки из подтанцовки. Троица привлекает к себе все больше внимание, их снимают на телефоны. Только я могу на неё смотреть! Хлопаю стакан на крышку стола.
— Виктор, дай мне ключи от тачки, — киваю головой в направлении Ольги.
— О… — хмыкает Виктор. — Девочку несёт.
— Здесь безопасно, — бесстрастно комментирует Рина. — Ее никто не выпустит из здания просто так. Вызовут такси.
Но я уже не готов адекватно воспринимать ситуацию. Слежу глазами за Ольгой, пока она возвращается к своему столику и падает на диван между двумя парнями.
— Ключи, — я повторяю Виктору и протягиваю ладонь. — Рина, благодарю вас, — проворачиваюсь к женщине. — Мне все нравится. Обсудите гонорар с Виктором. Я согласен на все обоснованное и в пределах разумного.
Пока я расстилаюсь в деловых любезностях, зараза снова меняет место дислокации. Топает к бару и, флиртуя с барменом, покупает себе коктейль. Оборачивается, посасывая его через трубочку.
И тут ее глаза шокировано распахиваются. Заметила меня. Усмехаюсь. Ну и прекрасно.
— Всего хорошего… — встаю из кресла и иду в сторону Ольги. Я тебе задницу надеру, детка!
Глава 21. Зараза
Оля
Бежать! Не понимаю, почему у меня вдруг включается режим антилопы, но я плюхаю коктейль на первый попавшийся столик и газую в сторону женских туалетов. Ну не станет же Иван вламываться в кабинки? И вообще, что он тут делает? Если отдыхает, то что за приступ ханжества? Почему мне нельзя?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но если меня сдал Ивану охранник жилого комплекса, тогда бешенство Грозного вполне понятно — я снова отвлекла его от важных дел своим поведением, и степень моей «виноватости» подскакивает в разы. Интересно, его «дела» сегодня новая блондинка или та самая «старенькая» брюнетка?
Каблуки скользят по каменному полу.
