Не менее показательны сведения о продажах Часовника – следующей после Азбуки книги, по которой традиционно обучали в XVII в. грамоте и вере. 2082 экземпляра Часовника, вышедшего 15 марта 1643 г. (тираж 2400 экз., себестоимость – 4 алтына, цена – 6 алтын 4 деньги, т. е. 20 коп.), разошлись на Печатном дворе за 8 дней продажи: 402 экземпляра купили 103 человека самого разного чина, а 1680 – 168 мастеровых Печатного двора (в среднем по 10 экземпляров), настолько выгодной, очевидно, была перепродажа этой книги. (Именно в этом издании была впервые опубликована замечательная, в полном и сегодняшнем смысле, методическая статья «Наказ ко учителем, како учити детей грамоте, и како детем учитися…»[87].) Часовник, изданный 15 июня 1644 г. (1200 экз., себестоимость – 4 алтына, цена – 6 алтын 4 деньги, т. е. 20 коп.), разошелся с 1 по 12 июля всего за 5 дней продажи. Мастеровым людям самой типографии было в этот раз разрешено приобрести только по одной книге (113 экз.), десять экземпляров были поднесены царской семье и патриарху, шесть – переданы справщикам, остальные 981 экземпляр купил 61 человек, причем от четырех до шести экземпляров были куплены только 8 раз, а среднее число купленных одним человеком Часовников составляет около 19 экземпляров. Самое большое число экземпляров издания приобретено попом боярина Ф. И. Шереметева и в казну ярославского Спасского монастыря – по 50 экземпляров; 40 Часовников приобрела казна Соловецкого монастыря. 191 книгу купили семь рядовичей (из пяти московских торговых рядов), четыре представителя сотен (Гостиной, Суконной, Сретенской) и один гость. Среди покупателей – садовник, сторож, житель огородной слободы и др.
Насколько типична эта картина распродажи и по быстроте реализации, и по социальному составу покупателей, видно, если привести данные о продаже Часовника, вышедшего 15 февраля 1645 г. (тираж – 1200 экз., цена – 18 коп. при себестоимости 12 коп.). Нам известна судьба 1191 экземпляра этого издания. Они были раскуплены с 1 по 13 марта за семь дней продажи. Исключая единовременную покупку мастеровыми типографии (купившими 219 книг), 975 часовников были приобретены 89 покупателями (в среднем по 11 книг). Самые крупные приобретения сделаны тем же попом Ф.И.Шереметева Михаилом (45 книг) и Троице-Сергиевым монастырем (40 книг). В отличие от судьбы издания 1644 г., новую книгу купили и два представителя знати – И. Д. Пожарский (5 экз.) и В.И. Стрешнев (6 экз.). 231 экземпляр книги приобрели: 13 рядовичей восьми московских рядов (117 экз.), шесть человек из Гостиной и Сретенской сотен (71 экз.) и два гостя (43 книги). Снова среди покупателей есть садовник, стрелец, бараш и, естественно, переплетчики.
Чтобы не занимать слишком много места, расписанные нами и обработанные данные о продаже на Печатном дворе важнейшего, самого популярного и распространенного в народе издания, Псалтыри учебной, приведем суммарно. Отношение к этой книге прекрасно передает запись на экземпляре издания 1634 г., который принадлежал в XVII в. посадскому человеку Соли Вычегодской, а потом крестьянину-мезенцу: «Лета 7155 году (1647) июня… сия книга… душе полезное есть, ово Бога хвалит со ангелы вкупе превозносит велиим гласом, за цари и за князи Бога молит, и за весь мир псалтирию и о самом себе Бога умолишь. Больше и выше есть всех книг сия, убо нарицается Псалтирь»[88]. Из записей продажи шести изданий Учебных псалтырей 1645–1649 гг. мы узнаем судьбу 5667 экземпляров (из 7200 напечатанных, так как все издания имели уже установившийся стандартный тираж – по 1200 экз.). Продавались эти книги по цене от 50 коп. (два последних издания) до 70 коп. (два первых), третье и четвертое стоили соответственно 54 и 60 коп. 5667 экземпляров книги были куплены 549 людьми[89], из них 4036 экземпляров книги приобретены москвичами, 589 книг купили 113 человек: торговые люди, рядовичи, жители посада; 342 Псалтыри приобрели 120 приказных и служилых; представители высших светских кругов купили всего 8 % тиража этого издания. 96 книг – 38 % общего тиража – оказались в руках работников Печатного двора; четвертая часть шести изданий Псалтыри приобретена церквями и монастырями, в значительной степени также для школьных нужд. Например, вышеупомянутый дьякон московской Климентовской церкви купил 129 экземпляров всех шести изданий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Приведем также результаты обработки записей реализации, очевидно, самого первого издания, проданного в новой лавке Московского печатного двора, – Псалтыри следованной выхода 8 сентября 1632 г. Ею открывается книга, озаглавленная «Книга Приказу книжново печатного дела, а в ней записывать выход из печати и продажю всяких книг». Один экземпляр издания Следованной псалтыри стоил 1 рубль 20 алтын; тираж разошелся к 10 ноября 1632 г. В росписи учтены покупки 468 человек, приобретших 658 экземпляров издания, продававшегося «во что в деле стало»; записи свидетельствуют, что три книги отнесены царю, 25 – куплены восемью высшими иерархами, а 83 экземпляра приобрел 31 представитель властей светских. Среди них имена И.Н.Романова, И.Б.Черкасского, Д.М.Пожарского, И.И.Шуйского, Ф. И. Шереметева; среди покупателей есть кравчий, спальники, думные дьяки, стольники. В росписи степенных монастырей, которые купили 31 Псалтырь, указаны 15 названий, да трое «людей патриарха» приобрели 4 книги; список «соборных протопопов с братьею» включает служителей 84 церквей, для которых куплено 168 книг. Более всего куплено для кремлевских соборов – Богородицкого (18 экз.) и Архангельского (10 экз.). Кроме того, по одной книге было разрешено купить всем мастеровым людям
Печатного двора (150 книг); 35 книг приобрели в разные дни продаж 24 человека, также из высших «властей». Таким образом, 202 представителя Церкви купили на Печатном дворе 329 книг и ровно столько же – 266 человек из светских высших кругов общества.
9 ноября 1632 г. было отписано для продажи 1145 Учебных псалтырей, напечатанных крупным шрифтом не в 4-ю долю листа, как делалось всегда, а «в десть» (2°). Сохранилась роспись на покупку 1104 книг. 80 монастырей купили 181 книгу, высшие церковные власти – 28, а церковный клир – 133. Таким образом, Церковь приобрела 312 книг – 28,2 % всех известных нам покупок; светские власти (дьяки, подьячие, стряпчие) купили вместе с торговыми людьми 129 книг (50 человек). Что касается остальных книг, то 51 экземпляр приобрели работники Печатного двора (в том числе Василий Бурцов) и 612 книг – люди без указания должностей или званий и представители социальных низов общества, среди них конюхи, истопники, сторож, ремесленники, крестьяне (в том числе и крепостные). Таким образом, в данном случае при реализации книги для обучения более 70 % тиража первоначально оказалось в руках людей светских.
В том же источнике есть сведения о продаже Апостола 1633 г. (30 сентября, 1150 экз., цена 30 алтын)1. Всего зафиксирована продажа 192 книг. Если исключить из этого списка 55 имен людей, чья социальная принадлежность не указана, то покупатели остальных 137 книг распределились следующим образом: 51 % (70 книг) приобрели москвичи, из них 19 Апостолов купили попы и дьяконы, 21 – приказные, подьячие, дьяки, стряпчие, 13 – люди знатных фамилий, восемь – мастеровые и шесть – рядовичи.
Таким образом, книги действительно раскупаются людьми всех «чинов и званий», но в зависимости от характера книги, естественно, меняется (и довольно значительно!) соотношение различных социальных групп покупателей. В основном представителями широких демократических групп раскупались книги для обучения, всегда активна была и Церковь, но покупала непосредственно значительно меньше, чем представлялось ранее. Однако надо помнить, что значительная часть покупок людей из светского общества сразу или через какое-то время предназначалась для вкладов.
Не менее важен для нас и ответ на вопрос, как далеко книги попадали в ближайшее время после выхода. Работал ли Печатный двор на центральные области или на всю Россию? В решении этой проблемы также незаменимо сопоставление росписей продаж (в которых, как правило, указано, откуда покупатель), записей на книгах и других источников.
