в одном лице. Значит берут только самое лучшее. Но остальным тоже надо как-то выживать. Только вряд ли я смогу узнать о жизни простых людей у девушки, что родилась за три границы отсюда.
— Хорошо, я почти закончил, — выдохнул я, посмотрев на садящееся светило. — Попробую успеть до темноты. А завтра с утра отправимся на поиск людей.
— И как ты собираешься их искать? — уточнила девушка.
— Как обычно, в начале пройдем вверх по течению реки. Если никого не отыщем, срубим себе плот и спустимся вниз. Если поблизости есть люди, мы найдем или жилье, или переправу, — ответил я. — В крайнем случае доберемся до берега океана и пойдем вдоль него.
— Но это может затянуться на месяцы! — с ужасом проговорила Ами. — А у меня камней всего на несколько дней. Максимум — на неделю!
— Значит в процессе будем искать восходящие растения или животных, — пожал я плечами. — Если ты не можешь вытянуть из них силу другим способом, будешь жевать.
— Но они же горькие… — морщась проговорила девушка, на что я лишь усмехнулся. — Ладно, хорошо, ты прав. Уж лучше так, чем умереть от истощения.
— Я рад, что ты со мной согласилась. — ответил я, улыбнувшись. — Пока я заканчиваю, закати в костер два булыжника по крупнее. И добавь толстых веток.
— Это ещё зачем? — удивленно спросила Ами.
— Ну вот вернусь и узнаешь, — ответил я, заканчивая разделывать тушу. — На ужин у нас опять медвежатина, вряд ли в ней сохранилась сила, так что попробуем мясо сварить, а не зажарить до черной корочки как вчера.
— Я не прислуга, чтобы уметь готовить, — фыркнула девушка, направляясь в наш временный лагерь. Интересно, кому такое счастье достанется, хотя, если такому же аристократу, которому слуги сопли вытирают, то он даже и не заметит.
Как говорится, не спрашивай девушку о её возрасте, мужчину о его заработках, а попавших в черную аномалию, за что их приговорили к смерти. Не просто же так она брела с нами по кишкам каменного дракона. Её кто-то предал, или она кого-то предала. И сделали всё, чтобы избавиться не просто от девушки, но от любого воспоминания о ней. Так что вряд ли кто-то ждет её дома.
Решив оставить этот вопрос на потом, я закончил разделку, покидал самые крупные кости, от которых больше всего щипало пальцы, и несколько хороших кусков мяса в шкуру, и притащил её к разгоравшемуся в ночи костру. Ами, как я и приказал, положила в него несколько крупных камней, но совершенно не понимала зачем.
— Отлично. — улыбнулся я, посмотрев на результат двухдневной работы. — Теперь можно и искупаться как следует.
— Солнце уже зашло, вода холодная. — недовольно поморщилась девушка.
— А это мы сейчас исправим. — усмехнулся я, и взяв сучковатую корягу выволок шипящий от жара камень из костра. В нескольких шагах, вниз по склону, я ещё вчера заметил небольшую удобную заводь, в которую и вогнал разгоряченный булыжник. Раздался резкий хлопок, камень не выдержал перепада температур и лопнул, отдавая накопленное тепло, я же, не мешкая, вернулся к костру и уволок второй, а потом и третий булыжники. В результате в свете костра стало видно, как от воды в заводи валит пар.
— Ух, хорошо!.. — проговорил я, садясь в горячую воду, и погружаясь в неё с головой. — Если хочешь успеть погреться — залезай быстрее. Вода минут через пять остынет, а второго шанса не будет ещё долго.
— Но ты же весь в крови! Вода грязная! — возразила девушка, на что я не стал отвечать, вновь погрузившись в импровизированное джакузи с головой. Минуты не прошло, как смущающаяся девушка, прикрываясь руками, села рядом со мной и тоже с облегчением вздохнула. Правда, почти сразу вскрикнула, одернув ногу.
— Осторожнее, камни ещё горячие, — усмехнувшись сказал я. — Пусть они тепло отдают быстрее, чем вода, но ещё немного продержатся. Можешь расслабиться. А мне пока нужно как следует отмыться.
— Ты ведешь себя совершенно не так, как выглядишь, — проговорила девушка через пару минут нахождения в теплой воде. — Тебе же на вид даже двенадцать не дать. Тощий, маленький, но седой… зато знаешь, как разделывать добычу, умеешь снимать шкуры и такие удивительные вещи. Но совершенно ничего не знаешь про империю. Кто ты такой? Сколько тебе лет?
— Спроси что по легче, — со вздохом ответил я. — Сам бы хотел знать ответы на эти вопросы. А заодно, что здесь вообще происходит. Да и вообще, разве это умею? Вряд ли настоящий охотник бы перемазался с ног до головы в крови. Руки испачкать — ещё может быть. Но нехватка времени и инструментов не оправдание. А про камни и воду, это не знание, это элементарная логика. Мне кажется, я так никогда раньше не делал. В этой жизни точно.
— Но ты догадался, а я нет, — нахмурилась девушка. — Я до последнего не знала зачем класть булыжники в огонь. И там ещё несколько осталось.
— Это на ночь, подложить под спальное место, — пояснил я. — Они будут остывать несколько часов, так что поспим в тепле. Если ты, конечно, не собираешься опять мерзнуть отдельно.
— Только если ты не будешь распускать руки! — тут же проговорила Ами.
— Я повернусь к тебе спиной, и руки можешь распускать ты, — усмехнувшись ответил я. — Но укрываться нам всё равно нечем, только твоим халатом и ветками.
— Это не халат, а гофуку. Официальное женское одеяние для путешествий, — ответила Ами. — Жаль, не сохранилось нижнего белья…
— Доберемся до деревни, там этот вопрос решим, — ответил я, тщательно отскребая грязь песком и пучками травы. — Остался только вопрос, в чем идти мне.
Ночь прошла спокойно. Без сновидений. Хотя мне постоянно мерещилось, что со мной кто-то разговаривает, пытается до меня докричаться, но я слишком устал, чтобы отвечать на зов призраков. Не сегодня. Зато, к моему удовольствию и смущению Ами, девушка уже через полчаса крепко меня обняла и прижалась вполне выдающейся грудью. Стало даже жарко.
А ещё я понял, что мне точно не двенадцать, и тело это давно уже повзрослело. На столько, что я сумел сдержать себя в руках и не наброситься на доверившуюся девушку при первой возможности, и даже с
